Церковный вор - Алексей Макеев

Мы не стали покупать билеты на экскурсию в монастырь, чтобы не быть привязанными к гиду и группе туристов, а потому отправились в Барберу своим ходом. Сначала ехали на электричке, потом на автобусе, потом на двух такси. Для того чтобы не шататься по собору Санта-Лучина и окрестностям монастыря толпой, привлекая к себе внимание работников Барберы, мы разбились на группы, каждой из которых была отведена определенная роль. Егору и двум сестренкам предстояло обследовать сторожку охранника, территорию вокруг нее и принцип несения службы, а также Егору нужно было пробраться в закуток, где находился щит с сигнализацией, и попытаться сфотографировать его. Мне и Саше досталась не очень сложная задача – нужно было сфотографировать запорное устройство на входных воротах, дверях собора, а также в самом храме на двери из прутьев, ведущей в коридор, где находилась усыпальница Святого Иоанна. Ну и попутно сделать несколько фотографий самого собора внутри. Сильвестров должен был попытаться приникнуть в электрощитовую и сфотографировать электросоединения, учительнице испанского следовало пробраться на террасу второго этажа и сделать снимок датчиков движения, чтобы впоследствии определить их тип. Кроме того, сфотографировать камеры наблюдения, чтобы определить их местоположении и угол обзора. Несложная задача выпала и Михаилу Березину. Ему предстояло походить по окрестностям, пофотографировать, определить место, где наша группа должна была дожидаться удобного момента для проникновения в собор, пути подхода и отхода от него.

Туристов было много, и мы в самом деле особого внимания не привлекали, спокойно, как и все, щелкали фотоаппаратами, снимая интересующие нас места и коммуникации. Все со своими задачами справились успешно, правда, не обошлось без накладок – Сильвестрова, когда он выходил из щитовой, застукал какой-то служитель собора и стал что-то бурно ему объяснять, однако в конфликт вмешалась оказавшаяся неподалеку Евгения Аксенова, которая выступила в качестве переводчика и разрулила ситуацию, объяснив работнику Санта-Лучины, что любопытный турист случайно забрел туда, куда не следовало бы. Учительницу испанского языка тоже согнали со второго этажа террасы, куда доступ туристам был закрыт. В этом случае, правда, обошлось без скандала.

Три часа спустя мы покинули монастырь, спустились пешком до остановки автобуса и тем же путем, что приехали в Барберу, вернулись в Сусанну Круз. В отеле сразу же поднялись в «штаб-квартиру», где отчитались о проделанной в монастыре работе и скинули на компьютер Теплякова нащелканные нами снимки. Все происходящее казалось мне детской игрой, почему-то не верилось, что из этой глупой затеи у нас что-нибудь выйдет. Я был уверен, что до ограбления дело не дойдет, когда члены нашей банды начнут действовать в реальной обстановке, они обязательно струсят, и наша попытка попасть в монастырский собор Санта-Лучина так и останется только лишь попыткой. Убедив себя в этом, я стал как-то проще смотреть на подготовку к проникновению в Санта-Лучину и снисходительнее на моих товарищей – пусть развлекаются до поры до времени.

На обед в «Индиана Парке» мы опоздали, поэтому пришлось пойти в одну из кафешек, где мы с Сашей плотно пообедали, а потом пошли на пляж.

– А почему ты не женишься? – спросила меня моя подруга после того, как мы, искупавшись в море, легли на песке под прихваченный из номера зонт в черно-белую елочку.

Я достал из сумки солнцезащитные очки, чтобы было не видно по глазам, что буду врать.

– Не нашел пока ту единственную, которую бы полюбил на всю оставшуюся жизнь.

На самом деле я не женился потому, что привык к холостой жизни, меня устраивала независимость, возможность заводить с разными женщинами интрижки, интимные отношения, а то и романы. Но не скажешь же этого женщине, с которой несколько дней как закрутил роман и пока еще не прочь его продолжить. Возможно, она рассчитывает на нечто большее, чем интрижка, а узнав, что у тебя относительно нее несерьезные намерения, больше не захочет спать с тобой. А вот если ты уже собираешься расстаться с ней, тогда дело другое, тогда можно говорить правду – будет причина для разрыва.