Визит черной вдовы - Марина Серова

Нет, Катьке впору отдыхать, развлекаясь со своим возлюбленным! А все шишки сыплются на Татьяну Александровну!..

Примерно так думала я, плутая по дворцовым закоулкам. Коридоры были пустынны — видимо, гости еще тусовались внизу, пока сам хозяин благополучно дрых под своим балдахином. Я миновала красную гостиную, обставленную старинной мебелью с бордовой обивкой и увешанную гобеленами, повернула, прошла мимо выхода на балкон и очутилась в искомом коридоре.

Отсчитав третью дверь, я припала ухом к замочной скважине. Ни черта не видно и не слышно! Что мне теперь — прикорнуть тут под дверью, чтобы утром Курбатов споткнулся об меня? Можно было бы, конечно, прикинуться страдающей от неразделенной любви… Так, однако, как бы мне что-нибудь подслушать? Если попробовать подлезть к окну — все-таки второй этаж, может, доберусь через балкон?

Я дошла до балконной двери и вдруг услышала странный шорох. Я замерла: сердце предательски забилось о ребра. Шорох был где-то под ногами — может, тут водятся мыши? В этом доме меня уже ничто не удивит.

Мои несчастные юбки болтались на честном слове. До конца ночи они точно не доживут. Полукруглый балкон выходил на заднюю сторону дома. Я очутилась там и осмотрелась: тишина и пустота. И ночная прохлада. Темнел парк. Под балконом пробегала асфальтовая дорожка и виднелись кусты чайных роз. Окна нужной мне спальни находились слева от балкона. Я перегнулась через перила и увидела весьма широкий карниз, идущий вдоль стены под окнами. Подобраться к ним было не так уж и сложно.

Два окна были темны и закрыты, а из третьего, распахнутого, лился свет. Конечно, я не представляла, что скажу господину советнику и мадам Пальцевой, если они заметят меня за их окошком! Надеюсь, примут за сексуальную маньячку, увлекающуюся подглядыванием.

Но вот беда — я не смогу перемахнуть через перила в этом своем шедевре тарасовского кутюрье! Что ж, придется оставить юбки здесь и лезть в корсете и трусах! Поблизости вроде бы никого не предвидится, да и вообще, какая разница, торчу я на карнизе в бальном платье или в чулках и трусиках! Семь бед — один ответ. После наших забав с Федей меня сегодня уже ничто не скомпрометирует.

Хотя, конечно, эта парочка и не подумает меня компрометировать. Они не станут долго разбираться и просто отправят меня вслед за Пальцевым… Если что — прыгаю вниз. Второй этаж — Катька прыгала с третьего, правда, я не знаю, насколько удачно.

Я стала расчехляться из своих юбок и вдруг опять услышала шорох: он шел откуда-то снизу. Я освобождалась от булавок, когда моя юбка как-то странно зашевелилась, причем независимо от моих усилий! Парча сама по себе совершала волнообразное движение… Да, Танюша!.. Может, ты немного переутомилась? Я вдохнула полной грудью свежий воздух и решительно разделалась со всеми застежками… Юбки поехали вниз, и в сложной конструкции из обручей и крахмальной жесткой ткани стрелой мелькнула… ай, мамочки — змея!

Мама дорогая, она чуть не заползла на меня! Я ладонями зажала собственный визг и отскочила в сторону, змея медленно разворачивалась на моих юбках, лежащих на полу балкона. Так, надо срочно куда-то деть эту гадину, а то я все-таки не выдержу и заору. Как бы ее скинуть вниз с балкона? Я даже не знаю, ядовитая она или нет! Но зато знаю, откуда она взялась! Это подарок другой змеи. Эльвиры. Нетушки, я до нее не дотронусь ни за что!

Я огляделась: в углу балкона валялась метелка — очень кстати! Я взяла метелку и… протолкнула свои юбки вместе со змеей в щель между перилами и полом.

Ура! Все это удачно плюхнулось вниз. Теперь под балконом белела в темноте важнейшая часть моего платья, а пресмыкающееся, вероятно, уползло в кусты!

Фух! Ну и ночка выдалась!

Да знаю я, как это вышло: во время нашей небольшой потасовки Федькина подружка слишком настойчиво дергала меня за юбки, а у меня там столько разрезов и складок. Туда можно было беспрепятственно запустить и крокодила. Но где она держала эту змею? Может быть, она их здесь дрессирует?

Однако теперь эта опасность позади! Главное — я в двух шагах от цели: вон оно, заветное окошко! Я сбросила вниз туфли — в любом случае мне туда прыгать, не пойду же я в обход по дому в одних трусиках! Думаю, немецкий консул был бы немало удивлен, встретив меня в таком виде.

Я достала из сумочки подслушивающее устройство и диктофон, подвесила их себе на шею. Телефон Игорька затолкала в корсет, а свою неразлучную сумку тоже подвесила на шею.

Так, ну все — лезу! Ан нет — надо снять и чулки, а то в них ноги скользят. Чулки плавно полетели вниз — вот теперь порядок — я в полной боевой готовности.

Мои босые ноги уверенно передвигались по карнизу, руки цепко нащупывали неровности кирпичной кладки. Вниз, Таня, не смотреть! «Всего-навсего второй этаж — я даже ногу не подверну!» — внушала я себе. Ширина карниза, по которому я передвигалась, была не меньше сорока сантиметров — вполне прилично!

У светящегося окна обнаружилась небольшая площадочка — как предусмотрительно со стороны архитектора!

Переведя дыхание, я заглянула в распахнутое окно — вот молодцы, понимают, что надо дышать свежим воздухом! Желтая портьера на две трети скрывала от меня обзор. Открытая для глаза треть комнаты дала мне возможность узреть самого господина советника. В трусах до колен он стоял у бара и шумно пил воду.

Пока он был повернут своим чемоданным задом, моя рука прилепила жучок к стене внутри комнаты. Я нажала магнитофон на запись. Лучшей слышимости и обзора и пожелать нельзя. «Жучок» всего лишь для четкости звука.

— Ну, старая дура! Может, скажешь теперь, что ты собираешься делать? — обратился Курбатов к своей возлюбленной, скрытой от меня занавеской. Он решительно развернул свой голый волосатый торс, и я быстро отпрянула и прижалась к стене спиной.

Да уж, грозный мужчина! Что, если он подойдет к окну и обнаружит милую даму из Москвы, в наряде стриптизерши торчащую у него на карнизе?

Но Курбатову было не до любования из окна ночным пейзажем парка. Его голос загремел так, что у меня сердце опустилось в низ живота.

— Если ты, б…, завтра вечером не выложишь мне на стол кассету — тебе конец! И тебе, и твоему Сашке! Сначала прикончат твоего сынка, потом тебя — поняла, сука?!

Из-за занавески послышались истеричные женские всхлипывания:

— Ну послушай, Витя… Я сделала все возможное — наняла детектива!

— Ты сделала все возможное, чтобы подставить меня, дура! И ты думаешь, я это все так оставлю! Не забывай — ты единственная, кто все знает! Благодаря своей тупости ты проморгала кассету, которая может стоить мне головы!

Я вся превратилась в слух. Мое сердце от волнения пустилось вскачь. Вот она — сердцевина тайны!

Из открытого окна неслись истеричные женские выкрики:

— Не забывай, благодаря моему мужу ты получил все! Все! Это он сделал для вас все кредиты! А ты — ты убил его!

Курбатов взревел тигром: