Крах лицедея - Чингиз Абдуллаев

Он посторонился, пропуская ее. Она не успела переодеться ибыла в джинсах и светлой рубашке.

— Комиссар считает, что к вечеру обыск будет закончен, —сообщила она, — пока проверили только правое крыло и центральную часть. Послеобеда начнут проверять помещения в левой части здания.

— Прошу прощения за свой вид, — пробормотал Дронго, — я недумал, что мне придется принимать гостей.

— Ничего страшного, — улыбнулась Ирина, — вы отличновыглядите в кимоно. Вы пойдете на обед?

— Пойду, — кивнул Дронго, — попозже. Я хотел ненадолгоприлечь отдохнуть. Когда вы постучались, я подумал, что это сеньор Галиндо.Кстати, вы не видели его? Он был ужасно возмущен поведением полицейских, и янаправил его к комиссару.

— А что случилось?

— Они забрали у него какие-то эскизы. Он говорит, что вместес ними по комнатам ходил какой-то эксперт. Очевидно, специалист в ювелирномделе. Он-то и предложил забрать эскизы Галиндо.

— Странно, — произнесла она задумчиво, — я сейчас вышла откомиссара Рибейро. Галиндо к нему не подходил.

— Он был ужасно зол на полицейских, — сказал Дронго.

— Но не дошел до Рибейро, — убежденно произнесла она, —можно я от вас позвоню?

— Конечно.

Она прошла к телефону, набрала номер и попросила соединитьее с кабинетом менеджера отеля, где расположился комиссар Рибейро. Он сам снялтрубку.

— Я вас слушаю.

— Сеньор комиссар, — она присела на край стола, на которомстоял аппарат, и взглянула на Дронго, перед тем как начать говорить, — у насбыла жалоба от сеньора Энрико Галиндо. Он сообщил нашему эксперту, что у негозабрали личные эскизы, которые ему не вернули. Вы что-нибудь об этом знаете?

— Да, сеньора Петкова. Их забрал наш консультант. Онсчитает, что эскизы Галиндо почти в точности повторяют рисунки новых работКарраско. Эти странные наброски было решено забрать, чтобы проконсультироватьсяс одним из местных ювелиров. А разве он жаловался? Ко мне он не подходил.

— Извините, комиссар. Возможно, сеньор Дронго что-тонапутал. Я постараюсь уточнить.

Она положила трубку.

— Зачем вы делаете из меня дурака? — мрачно спросил он,подойдя к Ирине, продолжавшей сидеть возле телефона. — Неужели вы думаете, чтоя вам соврал?

— Нет, не думаю. У него действительно забрали какие-тоэскизы, которые показались подозрительными консультанту полиции. Ничего большея вам сказать не могу, пока идет проверка. Но удивительно, что он сам неподошел к комиссару. Вам не кажется его поведение несколько странным?

— Возможно, — согласился Дронго. — Но в настоящий момент яменьше всего думаю о Галиндо. — Он приблизился к ней почти вплотную.

— А о чем вы думаете больше всего?

— О том, что я хотел бы поменяться с вами одеждой, — сказалон, глядя ей в глаза, — чтобы у вас было кимоно, а у меня джинсы.

— Для чего? — Глаза у нее были не просто карие, а с теплымбархатным оттенком и чуть раскосые.

— Может быть, тогда и все остальное, о чем я думаю,произошло бы быстрее. Мне было бы гораздо легче снять джинсы с себя…

— Стоит ли все так усложнять? — Она отодвинула от себятелефон и потянулась к нему. Ее ищущие губы коснулись его губ. Поцелуй былдолгим и приятным. Дронго обнял Ирину и одной рукой скользнул по ее груди. Подтонкой тканью блузки обозначились слегка напрягшиеся соски. Он опустил рукуниже и попытался расстегнуть джинсы.

— Нет, — попросила Ирина. Он остановил руку. — Только несегодня, — чуть виновато произнесла она, — завтра я буду чувствовать себягораздо лучше.

— Ясно, — улыбнулся он, убирая руку, — когда женщина нехочет, она придумывает именно эту причину.

— Можете продолжать, — она испытующе смотрела ему прямо вглаза. — Хотите убедиться, что я не вру?

Он поднял руку… Затем опустил и рассмеялся.

— Вы храбрый человек, — сказал он с явным одобрением.

— Стараюсь. — Ее глаза светились лукавством. Она вновьпотянулась к нему…

В этот момент в дверь постучали. Дронго недовольнооглянулся.

— Если опять полицейские, то я стану бандитом, — проворчалон, подходя к двери и распахивая ее. На пороге стоял Бернардо. Он мрачносмотрел на Дронго.

— Извините, что беспокою вас, — сказал Бернардо, — но мненужна сеньора Петкова.