Три дня без любви - Андрей Кивинов

– Куда всегда. Фабрика-мануфактура.

– А зачем?

– Ну вы даете… А зачем еще в Италию ездить?

Ответ озадачил еще больше.

В ангаре, где температура доходила до тридцати градусов выше ноля по местному градуснику, туристы ринулись к стеллажам, на которых в огромных количествах лежала обувка и висели шмотки. Платья, рубашки, брюки, ремни и прочий ширпотреб. И принялись заполнять ими захваченные с собой огромные пластиковые баулы.

И только застывшие, словно Давид на постаменте, молодожены ничего не заполняли. Женщина-гид, заметив их нерешительность, поторопила:

– Давайте побыстрее, мы здесь всего три часа и больше не приедем.

– Простите, – робко уточнила Лерка, – а зачем нас сюда привезли? Мы ничего не хотим покупать. У нас и денег нет… Только на экскурсию.

Женщина посмотрела на них, словно алкаш на безалкогольное пиво.

– Как денег нет? Зачем же вы приехали?

– Ну, это… Медовый месяц…

– При чем здесь медовый месяц? Это шоп-тур!

– Какой еще шоп-тур? – переспросили хором молодожены.

– Обыкновенный. Сейчас сезонная распродажа. Народ закупается и делает бизнес.

– Погодите, а Милан? Флоренция?

– И туда поедем. В Милане на кожевенную фабрику – там хорошая обувь и куртки, а во Флоренцию за трикотажем.

Теперь до Вадика дошло, почему тур был таким дешевым… Но он с честью и достоинством выдержал взгляд молодой супруги.

– А море?.. Море будет?

– Обязательно. Километрах в десяти от отеля. Полчаса на автобусе. Только там пока холодно, никто не купается… Да и зачем вам море? Кстати, в Милане могу показать очень хороший магазинчик кожгалантереи…

Вадик понял, откуда в питерских подвальных магазинчиках обувь от «Поллини». Прямые поставки из Милана.

На фабрике они пробыли больше четырех часов. Без обеда. И только к восьми вечера приехали в Сан-Бенедетто. Причем не в сам городок, а, как и предупредил гид, километров за десять от него. В дороге народ активно обсуждал какие-то оптовые цены и бонусы. И только молодожены ничего не обсуждали. Молча смотрели в окно и любовались мелькающими горными пейзажами.

Гостиница оказалась потрепанной, с прокуренным номером, окнами, выходящими на мусорную свалку во дворе. Хотя в турфирме гарантировали романтический пейзаж. За смену вида на ресепшене потребовали денежки. Но денежки были отложены на экскурсию, поэтому приходилось любоваться помойкой и вдыхать ее аромат.

В Милан и Флоренцию они не поехали. Ибо обязательным условием поездки была закупка фабричных товаров. Хотите экскурсию? Заказывайте отдельно. В Венецию тоже не вырвались. Не набрали группу. Ездили каждый день на холодное море и гуляли по скучному Сан-Бенедетто вместе с местными бродячими собаками. По вечерам шопники собирались в ресторане, активно бухали и обсуждали коммерческие вопросы. На второй день молодожены уже знали, зачем надо заполнять счета-фактуры и разбирались в оптовых ценах и скидках. А на третий день очкарик положил перед ними список товаров и адреса магазинов.

– Ребята, вы все равно без дела болтаетесь, зайдите в эти лобазы и купите кое-что. Это здесь, в Бенедетто. Я просто не успеваю. Вот деньги. – Он положил под стакан несколько мятых банкнот достоинством по сто евро. – Только проверьте, чтоб брака не было. Итальяшки ушлые, хуже турок.

Зашли, купили. И сами же повезли через границу.

– Ребята, вы все равно пустые летите, а у меня перевес. Выручайте. На человека по двадцать кило.

– Наркотиков-то нет?

– Нет, что вы… Только тротил.

Вот такое получилось романтическое путешествие. И тем не менее им было хорошо. Ибо они пока находились в состоянии влюбленности, а это состояние тонирует любой негатив. Они были в настоящей Италии. Рядом с настоящим морем. С настоящим «Поллини» и «Труссарди», сделанными не в Китае. Ели спагетти, паэлью и пили кьянти. Что еще надо? Что такое аромат помойки и бездомные собаки по сравнению с возможностью видеть друг друга каждый день? Тьфу, и забыть.

И даже претензий туристической фирме по возвращению не предъявляли. А с толстячком еще целый год перезванивались. Он, кстати, оказался неплохим мужиком. Хотя так и не стал богатым.

…Сейчас бы Лерка наверняка закатила в фирме скандал и выбила бы компенсацию за сорванный отдых. Да и он бы поддержал претензии. Потому что теперь это стояло на первом месте.

Если бы Вадик знал, почему так происходит, наверняка бы получил Нобелевскую премию мира.

– Нет, свадьба здесь ни при чем. – Он с грустью вернулся из итальянских воспоминаний.

– Ну, может, год какой-нибудь?.. Как можно забыть четыре самые важные цифры в жизни человека?! Это же важнее дня рождения!

– Все зависит от силы удара. Завтра съезжу в банк, они поменяют карточку и пин. Денег, правда, снимут.

– Завтра это завтра. А сегодня это сегодня.

Никита открыл «бардачок» и среди рекламных проспектов «Любовь с первого взгляда» отрыл мятую десятирублевку.

– Во! Помню, что должна быть. Для инвалидов приготовил. А теперь мы сами инвалиды. Давай свою пятерку.

Вадик достал из бушлата бумажник, который по привычке переложил туда из пиджака. Никита сбегал к магазинчику просроченных товаров и вернулся с пачкой самых дешевых сигарет, украшенных предупреждением Минздрава «КУРЕНИЕ КРАЙНЕ ПОЛЕЗНО ДЛЯ ВАШЕГО ЗДОРОВЬЯ В ЦЕЛОМ И ДЛЯ ЛЕГКИХ В ЧАСТНОСТИ! НЕ ВЫЗЫВАЕТ ОТВЫКАНИЯ». На дорогих сигаретах предупреждение выглядело бы более приветливым и начиналось бы словами «Уважаемые господа…».

– Ну вот. Теперь хоть не с пустыми руками.

Покрутившись еще с полчаса и возродив «опель» из пепла, они вернулись на базу. Никита предложил отдохнуть перед ночным десантированием и подал другу пример, захрапев на тахте. Вадик уснуть не смог. Все представлял, как отреагировала Лерка на вчерашний сюжет в криминальных новостях. Возможно, пыталась позвонить ему на мобильник и поздравить. В принципе, она знает телефон Никиты. Или не знает? Нет, нет – знает. Месяц назад она ездила к нему на биржу и предварительно созванивалась. А зачем ездила? Они хотели купить кровать вместо старого, подаренного тестем на новоселье дивана. От дивана пахло казармой и гуталином, видимо, когда-то он нес службу в офицерской комнате. Лерка привезла из Финляндии первый заработок. В евро. Обычно они меняли деньги в ближайшем обменнике, но Никита, узнавший об этом, подсказал, что для крупной суммы биржа гораздо более выгодный вариант, и пообещал свести там с нужным человеком. Сам Вадик поехать не смог, попросил Лерку. Тогда она и созванивалась с Никитой. Выгода оказалась не так уж и велика, рублей пятьсот со всей суммы. Но, как говорится, евроцент евро бережет. Мелочь, а прикольно. Потом она еще пару раз ездила на биржу.

Пока однополчанин спал, Вадик принял душ и побрился. Заклеил боевые ранения свежим пластырем.