Ворюга в клеточку - Валерий Гусев

«Пшенная перловка»

Сейчас самое время заняться каким-нибудь житейским делом. Картошку, например, почистить. Или посуду помыть. А еще лучше - обои поклеить. Чтобы прийти в себя…

Не слабо получается! Зажигалка Акимова снова у Хорька. Как она к нему попала? Только одним путем. Это ясно. Значит, эти, в камуфляже и в масках, были охранниками ломбарда. Значит, они работали на Модесту. А зачем ей Карлсон? Ей игрушек и так хватает. У нее золотые кольца даже на больших пальцах висят. А ей все мало.

– Дим, - с ходу предложил Алешка, - нужно в ломбарде обыск сделать.

– А чего искать?

– Чего-нибудь. Еще какие-нибудь улики. Акимова, например.

Мало ему зажигалки! И машины.

– Зажигалку он мог просто так подобрать. Акимов выронил, а Хорек подобрал…

Ага, подобрал… С книжной полки. Заодно с Акимовым и Карлсоном.

– …А машина, может, просто похожая. Сколько их в Москве! С мятыми багажниками. Мигалки-то на ней нет! Давай обыск сделаем.

Тут я всерьез разозлился.

– Давай! Надевай папин парадный мундир со всеми наградами. Он тебе в самый раз будет, до пяток. Как пальто. Модеста испугается тебя и во всем признается.

– Испугается, - Алешка кивнул, ничуть не обидевшись. - Только не меня.

– Меня, что ли? - тут я сам испугался.

Алешка смерил меня насмешливым взглядом. И ничего не сказал.

Через полчаса мы с Ленкой стояли за деревом, напротив входа в ломбард.

А мимо ломбарда проходил не спеша громадный пес по имени Норд. Рядом с ним, держа в руке поводок, шел мелкий такой мальчуган, с хохолком на макушке. И с невинными такими, чистыми глазками с длинными ресницами.

Они шли себе не спеша и никого не трогали. Около синей машины они приостановились. Мальчик что-то негромко сказал собаке. Собака внимательно обнюхала машину и подняла заднюю лапу на ее заднее колесо. А потом вдруг вскинула голову и, словно приняв неслышную команду, рванулась внутрь. Мальчик не ожидал такой прыти, испуганно вскрикнул, выпустил из рук поводок и бросился за собакой, истошно вопя:

– Стоять, Норд! Ко мне! Рядом!

На первом этаже был магазин. Собаку он не заинтересовал. Она огромными скачками взметнулась на лестницу и, вовсю размахивая громадным хвостом, влетела в помещение ломбарда. А мальчик растерянно застыл в дверях.

Люди, которые стояли в очередях к разным окошечкам, немного остолбенели. Охранник, который сидел в углу с газетой, вскочил. Пес, не обращая ни на кого внимания, деловито принюхиваясь, сваливая по пути стулья и банкетки, обежал помещение. Остановился перед дверью с табличкой «Директор», встал на задние лапы, а передними бухнул в дверь. Дверь распахнулась. Оттуда послышался дикий женский визг:

– Пошел вон! Фу! Охрана! Охрана!

Охранник выхватил из чехла на поясе дубинку, но с места не двинулся.

А пес, не обращая никакого внимания на Модесту Петровну, вскочившую на свой рабочий стол, обежал ее кабинет, обнюхал все углы, зачем-то вытянул зубами ящик тумбочки, сунул туда нос, что-то подхватил, выскочил в зал и, как лошадь, помчался галопом на улицу. Мальчик растерянно бросился за ним.

Охранник влетел в кабинет директора и заботливо осведомился:

– Не пострадали, Модеста Петровна?

Модеста Петровна, красная от страха и злости, неуклюже сползла со стола, упала в кресло. Выдохнула зловещим шепотом:

– Я не пострадала… - И вдруг заорала, как дворник поутру: - А ты пострадал, хорек вонючий! Охранник называется! Вон отсюда! Навсегда!

…Забежав за угол, мы остановились. Алешка отдышался. Усмехнулся.

– Шуму наделали! Да все без толку. Ничего не нашли.

– А это? - спросила Ленка, указывая на Норда, который спокойно сел с ней рядом, будто и не он только что наделал такого шума.

В пасти Норд держал… цветной стаканчик-мигалку.

Да, похищенного Акимова мы в ломбарде не нашли. Но след его отыскали. Теперь главное - этот след не потерять. А ведь привел он нас к бывшей дворничихе, а ныне - крутой тетке Модесте. Мы не сомневались, что похищение Акимова - ее рук дело. Она это зачем-то придумала, она и организовала. Но справиться с таким противником не просто. А надо…

Мы с Алешкой сидели в своей комнате, у аквариума. Грустно смотрели, как резвятся подаренные Акимовым рыбки. А где он сам? И что с ним сделали?

– Они хотят его заставить золото Карлсоном воровать, - сказал Алешка. - Этой Модесте своего золота мало. Бренчит, как копилка.

– И орет, как паровоз.

– Дим, а давай мы тоже так!

– Как?

– Как она. Помнишь, папа говорил: врага лучше всего бить его же оружием.

– Модесту украдем? И обменяем на Акимова? - Мне стало немного смешно. Алешке - тоже. - Чтобы ее украсть, самосвал нужен.

– Не Модесту, Дим. Спрячем ее Жужу. Она в ней души не чает. Посходит-посходит с ума, а мы ей как позвоним! Из автомата! И скажем…

– Нам нельзя, - строго остановил я его фантазии. - Мы же не бандиты.

– Да, - вздохнул Алешка. - Не бандиты. Мы честные люди. - И опять вздохнул. Еще тяжелее.

В его вздохе мне почудилось едва скрытое сожаление.

– Нужно следить за ней, - сказал я. - А когда узнаем, где Акимов, что-нибудь придумаем.

– Ага! - обрадовался Алешка. - На Жужу его обменяем.