До первого выстрела - Александр Тамоников

— У вас, козлов немытых, только спички попросили!

— Ты че? — ошарашенно спросил один из них.

— А тебя это теперь е…т? А ну встал! Быстро! — приказал Сергей тому, кто задал вопрос.

Охранник подчинился. Роенко приказал:

— Взял сумку пообъемней и собрал всю жратву. Не забудь сигареты и пойло. Вперед!

Тот метнулся по комнате, но шок от внезапного нападения еще не отпустил его — бритоголовый бесполезно шарахался от стены к стене.

— А ну стой! — вновь приказал Сергей. — Смотри на меня!

Охранник замер, глядя мутными глазами на Роенко.

— Успокойся и не дергайся! Посмотри вокруг! Сумка вон в углу, рядом с холодильником. Затаривай ее.

Тот наконец понял, что от него требуется, и стал перекладывать продукты из холодильника в спортивную сумку. Выполнив требование Сергея, поставил ее там, где недавно стоял стол.

— А теперь камуфляж давай.

Утепленный военный костюм лег рядом с сумкой. Сергей спросил:

— У тебя размер какой?

— Че?

— Бревно через плечо! Размер обуви, спрашиваю, какой?

— Сорок второй.

— А у тебя? — спросил Роенко у второго охранника.

— Сорок третий!

— Снимай «берцы»!

— А?

— Снимай, говорю, а то с трупа друг твой стягивать их будет.

Через минуту пара военных полевых ботинок перешла в собственность Сергея.

— Вот так! Теперь ты, — он обратился к первому охраннику, — сверни все аккуратно и перетяни веревкой.

И это требование было выполнено.

— Теперь выложили ваши мобильники!

— Он у нас один!

— Отвечаешь? Найду еще, всех захерачу!

— Да один, отвечаю, — сказал первый охранник.

— Давай сюда!

Бритоголовый протянул аппарат сотовой связи. Сергей бросил его на пол и раздавил кованым каблуком ботинка.

— Другая связь в доме имеется? — спросил Роенко.

— На втором этаже, городской. Но у нас от комнаты той ключа нет.

— Черт с ним!

Сергей поднял автоматы охраны, поочередно вытащил из них затворные рамы с затворами, забрал полные магазины и сунул в сверток белья. Бесполезное теперь оружие бросил под ноги бандитам.

— А «волыну» вашего Геры я забираю с собой, ясно?

— Не надо! Хозяин узнает — не сносить тебе головы.

— Срать я хотел на хозяина, у которого в бойцах такие чмыри ходят. Все! Я ухожу! Сунетесь следом — завалю!

Сергей вышел из дома. Посмотрел на провода, тянущиеся от столба к изолятору дома, поднял автомат и одной короткой очередью срезал их. Посыпались на землю искры и куски проводки.

Проходя мимо Геры, Сергей увидел, что тот, тряся головой, пытается встать на колени. Ударил его каблуком по затылку, впечатав разбитое лицо в липкую холодную грязь.

Уже обойдя озеро, Сергей зашел в свой домик.

Сумку с костюмом поставил в угол. Покурив трофейный «Кэмэл» и плотно поужинав, прилег на кровать. Спал он чутко.

А наутро следующего дня Гофмана ждала неприятность. С нее начал утренний доклад его помощник:

— Доброе утро, босс!

— Доброе! Что у нас там за прошедшие сутки?

— ЧП на даче у озера, Эдуард Генрихович!

— Какое же тогда утро доброе? Что случилось?

— Да как сказать. Вроде пустяк, но пустяк уж больно интересный.

— Виктор! Что за манера тянуть резину?

— На даче ночью на наших ребят напал бомж!

— Что значит бомж и что значит напал?

— Он дня три назад поселился в поселке, а вчера ночью перелез через забор, попросил спичек. Наши ребята, понятно, погнали его с территории, но бомж упертым оказался. Оскорбил Геру.

— Смелый, видно, бомж!

— Ну, Гера, сами понимаете, хотел проучить обидчика, но тот оказался резвее — вырубил Геру, причем надолго!

— Вырубил Геру? — Гофман был по-настоящему удивлен, Гера слыл у него в банде одним из сильнейших бойцов.

— Именно так!

— Что же это за бомж такой?

— Но это еще не все. Бомжара зашел в дом, где устроил настоящий погром на первом этаже.

— Наши же были вооружены, — еще больше удивился босс.

— Были! Но тот разоружил их! Заставил собрать весь провиант, что был у наряда, забрал один теплый камуфляж да еще ботинки с Чугуна снял. Из автоматов вытащил затворы и магазины с патронами. Автомат Геры забрал с собой. Предупредил: если будут его разыскивать, убьет! Разбил им сотовый и очередью перебил провода. Поэтому Кокс прикатил утром на тачке. Доложить обо всем!

— Да! Ну и охрана. А Гера-то? Не понимаю. Эти идиоты проследили хоть, куда направился этот так называемый бомж?

— Кокс говорит, что они знают, где он обитает.

— Вот это новость! До чего же мы дожили! Троих вооруженных, подготовленных бойцов спокойно «делает» какой-то бомж. А? Что же это за дела? Что это за охрана? И что это за бомж такой?

— Эдуард Генрихович, разрешите сделать предположение?

— Давай!

— Помните, недавно прошла информация о беглом офицере — том, который охранника в кабаке замочил и в Коротыша стрелял?

— Ну помню, и что? Ты думаешь, это тот самый капитан?

— Его же так и не взяли менты.

— Не взяли! Он еще к Гураму как-то наведывался?

— Да! Но скоро ушел. Дальше о нем ничего не известно.

— Хочешь сказать, что в дачном поселке нашел пристанище?

— А куда ему еще? Он ведь в розыске.

— А что? Возможно, ты и прав. Ведь налет на дачу он сделал, чтобы добыть пищу и теплую одежду. Может, готовится зиму зимовать здесь? Но почему не покидает город?

— Может, некуда! Насколько мне известно, кроме Галины, его супруги, у этого капитана никого больше не было.

— Да! Но он же в розыске, а решается на открытый разбой. Сам на себя ментов выводит? Хотя что ему еще остается.

— А если он узнал, ЧЬЯ это дача, — сказал помощник, — и решил, что такой человек, как вы, в ментовку заявлять не будет?

— Ты хочешь сказать, что он специально на меня вышел?

— Я ничего не хочу сказать. Среди военных о нем слухи разные ходят. Особенно о том, как воевал в Чечне. Легенды складывают. И все, без исключения, отмечают его решительность, расчетливость и бесстрашие, граничащее с безумием. Ему, когда он в ярости, лучше под руку не попадаться. А в Чечне он, говорят, за своих погибших ребят лично сам чуть ли не сотню пленных порешил. Вот так!