Посланница небес - Марина Серова

Не следователи же решили оторваться и покататься немного по городу на машине подследственного. С легким беспокойством я свернула карту, вошла в сеть и просмотрела новости на сайте областной телерадиокомпании. Ни слова про бесчинства отца Глеба. Не врал он, когда говорил о «своих людях». На сайтах газет тоже ничего. Я вновь посмотрела на карту, засекла местоположение машины настоятеля и поехала по указанному адресу.

Внедорожник отца Глеба стоял припаркованный у кафе рядом с казино. Я притормозила на обочине и, вытащив бинокль, осмотрела окна кафе. И тут настоятель, облаченный в мирскую одежду, вышел из дверей кафе в сопровождении гориллоподобных качков, пестрых от наколок. Последним вышел из кафе Бубен. Форму его головы значительно изменила гигантских размеров шишка на лбу. С ней он мог без грима играть жертву родовой травмы или мутанта, у которого мозгом раздуло черепную коробку.

Попрощавшись, накачанные громилы сели в вишневую «десятку» и уехали. Отец Глеб с Бубном остановились у внедорожника, о чем-то оживленно переговариваясь. Настоятель выглядел счастливым и умиротворенным, совсем не так, как должен выглядеть человек, за которым охотится милиция. Он благодушно улыбнулся Бубну, и я прочитала по губам:

— Не парься. Мы их возьмем и прикончим.

Что же происходит, черт возьми? Чем занимается милиция? Сделала за них почти всю работу, а преступник разгуливает по городу, будто ничего не было.

Я, глядя в бинокль на то, как со стоянки отъезжает внедорожник противника, позвонила в следственное управление ГУВД Тарасова знакомому старшему следователю и поинтересовалась, не приходил ли к ним материал на любопытную тему.

— Вы, Евгения Максимовна, о священнике из нашей церкви? — сразу угадал Земляной. — Да, я так сразу понял, что это вы на него слили. Ваш стиль. Что ж, порадую, расследование ведется, его нам пришлось пока отпустить под подписку о невыезде.

— Как же так? — возмутилась я. — Отпустили такого бандита. Да он же уберет всех свидетелей и доказательства.

— А вы думаете, легко вот так просто задержать человека с его положением и деньгами, — спросил следователь. — У него целых три адвоката. Прокурор тоже не спешит лезть на рожон. Во всех эпизодах надо доказать преступный умысел, ваша видеозапись сейчас проходит экспертизу. Со скрипом удалось провести обыск в доме священника, но ничего не нашли. Проверяем, каким образом в паспорте Голова перепуталась первая буква фамилии. Он валит на ошибку паспортистки.

— Вам самому не смешно от этого заявления? — поинтересовалась я, завела двигатель и отъехала от обочины, одной рукой удерживая руль, а другой сотовый у уха.

— Нет, мне что-то не до смеха, — проворчал следователь. — Ночью в городе были какие-то пьяные гонки. Один идиот на джипе заехал в гипермаркет, несколько машин столкнулись на перекрестке. Кто-то стрелял. Во всех машинах нашли оружие, водители и пассажиры практически в невменяемом состоянии от спиртного и наркоты. Одних отправили в больницу, других арестовали. Все из бывших заключенных. Принадлежали к группировке Мусаева. В общем, Евгения Максимовна, жаркая ночка выдалась. Так что ваш отец Глеб не первоочередная задача.

— Вячеслав Юрьевич, а вы не думали, что ваши ночные гонщики и настоятель могут быть связаны? — спросила я. — Советую проверить подпольных врачей в городе. Уверена, у них вы найдете кучу народа со свежими огнестрелами. К тому же ночью был вызов от соседей Голова. Они сообщили о стрельбе, а ваши так и не доехали до них.

— Да это не стрельба была, — возразил следователь. — Там на набережной народ развлекается, салюты всякие, петарды взрывают, и постоянно вызовы, что, мол, стреляют. Парни замучились выезжать. Потом, когда разобрались с гонщиками, отправили наряд и на набережную, но там было все тихо. У священника полный порядок. Вышел к нам в полном облачении, сказал, что у него ночные бдения какие-то. За кого-то он молится, а про стрельбу сказал, что это, как мы и предполагали, молодежь с петардами баловалась.

— Проверьте у него почву внимательно, — посоветовала я, — если повезет, найдете гильзы и кровь, еще окно одно разбито, которое в сад выходит. Рядом с ним в потолке гостиной вы сможете найти пули — следы его так называемых бдений. А кровь во дворе пролили люди, что сейчас лечатся у подпольных врачей.

— Значит, ваших рук дело, — вздохнул следователь. — Устроили перестрелку во дворе, а потом они за вами по городу гонялись? Надеюсь, трупов вы не наделали?

— О чем это вы, Вячеслав Юрьевич, — спросила я с непониманием, — какие трупы? У меня ночью вчера было пророческое видение. В нем я и видела, как там у священника все было.

— Понятно, пророчить начали, — проворчал следователь. — Вы, Евгения Максимовна, кажется, на вишневом «Фольксвагене» ездите? — он продиктовал мне номер машины и ехидно спросил: — Ваш?

— Мой, — призналась я честно, затем добавила, грустно вздохнув: — Был до вчерашнего вечера. Не поверите, оставила его вчера перед домом, не успела оглянуться, и уже нет. Угнали. И ведь совершенно новый, магнитолу недавно поставила, колонки. Я до сих пор не могу успокоиться. Утром подала заявление об угоне.

— С огнем играете, — предупредил следователь. — Вашу машину изрешеченной нашли на набережной у дома священника и по данному факту ведется расследование. Молите бога вместе со своим клиентом, чтоб ничто не указывало на вас, иначе возникнут серьезные проблемы.

— Вячеслав Юрьевич, я сейчас дни напролет провожу в молитвах, — серьезным тоном произнесла я, — подумываю даже в монастырь уйти. Мне не до мирских проблем, и если что случится, то помните, что я к этому не имею никакого отношения.

— Вы что, в открытую заявляете, что что-то должно случиться? — зло воскликнул следователь.

Притормозив, я свернула на перекрестке и ответила:

— Вы отпустили бандита, жаждущего смерти моему клиенту, и думаете, что все будет нормально? Мне придется защищаться, и это право, Вячеслав Юрьевич, вы у меня не отнимете.

— Не делайте глупостей, — попросил следователь взволнованно. — Голов сейчас достаточно напуган нашим расследованием, и он не посмеет вам ничего сделать. Вы тоже к нему не лезьте. Мы сами во всем разберемся.

— Разбирайтесь, не буду вам мешать, — ответила я спокойно. Хотела сказать, что только что видела отца Глеба и он совсем не показался мне напуганным, но решила промолчать, а вместо этого поинтересовалась — ведет ли доблестная милиция хотя бы слежку за священником? Вопрос возник потому, что я видела, как за внедорожником настоятеля от кафе увязалась синяя «девятка». Было не совсем понятно: прикрытие это или хвост.

— А вы как думали? — язвительно спросил следователь. — Сделали все по правилам, наблюдение за домом, за ним самим. Телефон поставили на прослушку. Решись он на какую-нибудь гадость, мы его сразу возьмем. И еще одно, можете забрать свою машину. Мы что надо с ней сделали, зафиксировали должным образом. Она у нас на стоянке. Знаете, где это?

— Да, Вячеслав Юрьевич, спасибо, заберу. Желаю удачи, — попрощавшись, я отключила сотовый, посмотрела на экран навигатора и увидела, что нахожусь рядом с целью своей поездки — городским Музеем искусств.