Обратный отсчет - Фиона Келли

Дэнни пришел в себя, и страшная боль скрутила его. В голове стучало, слышался вой и визг. Под веками плясали языки пламени. Он открыл глаза. В комнате неровно горела красная лампочка. Застонав, юноша попытался сесть, в голове шумело.

Он прикоснулся к ноющему месту на затылке.

Кто-то ударил его. Дэнни попытался вспомнить. Вот один из телохранителей Примы. Он протягивает ему сигарету… А дальше — мрак. Ого! Погас свет. Что там за шум?

До Дэнни наконец дошло, что этот ненавистный шум рождается не в его голове, а доносится снаружи.

Шатаясь, он поднялся на ноги и, растопырив руки, стал пробираться в кромешной мгле. Стена. Полки. Он пошарил руками вокруг себя. Похоже, что он в стенном шкафу.

Внизу под дверью пробивалась тонкая полоска серебристого света. Дэнни стал искать ручку. Ее не было.

Он закричал, и его голова чуть не разорвалась от боли.

Этот вой был сигналом пожарной тревоги. Его охватил панический страх. Капли пота выступили на лбу.

— Выпустите меня!

Дэнни со всего маха ударил плечом в дверь, и, громко вскрикнув от боли, отвалился назад. Однако дверь чуть поддалась. Он ударил по двери еще раз, и опять боль пронзила плечо, но дверь не сдвинулась с места.

— Бог любит троицу, — пробормотал юноша. Вложив в удар все свои силы, он обрушился на дверь. Та распахнулась, и он вывалился в пустой коридор. Где он, Дэнни не знал. Скорее всего, где-то в служебной части здания. Спотыкаясь, юноша побрел по коридору. Вот и лестница. Он стал спускаться вниз. У него кружилась голова, и от раскалывающейся боли его тошнило. Юноша остановился, вытер струящийся по лицу пот и вновь побрел вниз, цепляясь руками за перила и волоча за собой собственное тело.

Наконец, он оказался в фойе. Мимо него пробегали люди. Пожилая дама споткнулась, и Дэнни машинально поддержал ее.

— Осторожней! Так недолго и убиться! — крикнул он, забыв на мгновение про боль в голове.

Та все усиливалась, почти слепила его, однако Дэнни крепился. Отыскав ближайший выход, он вывел на улицу перепуганную даму.

Затем он присел на ступеньки. От боли и подкатывающей тошноты юноша не в силах был сделать больше ни одного шага.

До взрыва — ноль часов четырнадцать минут.

Удар, нанесенный Сесилией Росси, отбросил Мэдди назад.

Женщина, точно помешанная, вела машину. Прима, не переставая, орал на нее на итальянском. Сесилия что-то визгливо прокричала в ответ, и Прима тут же замолк. Его лицо побледнело, глаза выкатились из орбит, а челюсть отвисла.

— Она тронулась умом, — с трудом выдавил он из себя. В его глазах появился страх, и вспыхнуло отчаяние. — Сделайте что-нибудь! Остановите ее!

Мэдди пристально посмотрела на него:

— Что она вам сказала?

— Ничего! — Он забил руками в воздухе. — Ради всего святого! Заставьте ее остановить машину! Чего вы ждете?

«Мерседес» несся все быстрее и быстрее. Сесилия вела его на бешеной скорости по середине дороги. Встречным машинам приходилось сворачивать в сторону, чтобы избежать столкновения.

— Она убьет нас! — заорал итальянец.

— Если вы попытаетесь помешать мне, то я точно расшибу машину в лепешку, — крикнула в ответ женщина.

— Мы не станем мешать вам, — ответила девушка. Она прилагала все силы, чтобы ее голос был спокоен. — Пожалуйста, Сесилия! Просто сбросьте скорость. Вы владеете собой — никто в этом не сомневается. Однако это не повод попасть в аварию, могут пострадать невинные люди. Подумайте об этом.

Машина поехала чуть медленнее. Слова девушки, казалось, подействовали на женщину. Мэдди облегченно вздохнула. Хоть и говорила она спокойным тоном, ее сердце билось, как паровой молот.

— У вас есть сотовый телефон? — спросила у нее Сесилия.

— Да.

— Отключите его и бросьте на сиденье рядом со мной.

Мэдди повиновалась. Отныне она могла рассчитывать только на собственные силы.

Откинувшись назад, девушка старалась сообразить, куда они едут.

Сесилия свернула с Кенсингтонской дороги налево.

«Думай, Мэдди! Куда она нас везет?»

На юг, к Кромвельской дороге, к Челси и реке.

Прима, казалось, несколько успокоился. Подавшись вперед и склонившись к Сесилии, он принялся тихо и горячо шептать ей что-то на ухо. Женщина пренебрежительно бросила ему в ответ несколько слов. Он покрутил пальцем у лба, показывая Мэдди, что Сесилия, видимо, сошла с ума. Однако девушка думала иначе.

Сесилия, несомненно, была зла, но, несмотря на обуявшую ее ярость, она отдавала себе отчет в том, что делает. Женщина вела машину не наобум.

Мэдди решила ждать подходящего момента. Пусть Сесилия сначала успокоится, а она пока понаблюдает, как будут развиваться события.

Проехав Кромвельскую дорогу, они действительно выскочили на Глочестерскую и помчались на юг. Сесилия сбавила скорость, но машина по-прежнему неслась. Стоит какому-нибудь автомобилю выскочить из боковой улочки, и столкновение неминуемо.

Они проскочили Бромптонскую дорогу и въехали в Челси. Мэдди прекрасно знал этот район — здесь жила ее подруга Лора. Сейчас они на Крэнли Гарденс. На их пути лежала вечно забитая транспортом дорога на Фулхэм. Сесилии волей-неволей придется там остановить машину.

Мэдди посмотрела на Приму. «Успею ли я вытащить его из машины, — подумала девушка, — пока Сесилия будет стоять в пробке?»