Продавец острых ощущений - Алексей Макеев

Жили у него по большей части командировочные, а те приключения себе на задницу в чужом городе редко находят. До того как случилась резня, квартира больше месяца пустовала, никак, видно, не срасталось у хозяина с поиском квартирантов. А все потому, что цену ломил. Другие поскромнее суммы назначали, а этот зарядил, как за пентхаус в центре Москвы, вот и остался без дохода. Как только аппетиты поубавил, сразу жилец нашелся.

Откуда Марго так много знает про хозяина квартиры? Соседка его — Маргошина подруга, она ей все сплетни и приносит. Только про людей, которые мужика искромсали, спрашивать бесполезно. Не повезло полковнику, подруга сначала лета в больницу загремела, что-то серьезное с сердцем. Так что квартира ее в день убийства пустовала, подслушать и подглядеть было некому.

— Что, даже во дворе не обсуждали, предположений не выдвигали? — спросил Лев.

— Так все хреново, полковник, что рад и сплетням? — сочувственно покачала головой Марго. — Ладно уж, поделюсь сплетнями. Но, чур, уговор: от меня ты ничего не слышал.

Гуров быстро согласился, и Марго пересказала все дворовые сплетни. Версий выдвигали целый список. И наркоторговцам жилец задолжал, и супругу кого-то из «шишкарей» оприходовал, и на «бабки» не того, кого следовало, насадил. Один даже целую историю выстроил, как жилец новый, отработав на приисках, прихватил оттуда мешок золотых самородков и решил в Москве устроиться, а «быки» приисковые узнали и за ним в столицу приехали. Его версию обсмеяли, он же настаивал на своем, утверждая, что лично знаком с убитым и историю его из первых уст слышал.

Выслушав все версии, Гуров понял, что в Гольяново ему найти полезного свидетеля не «светит», нужно возвращаться в Управление. Попрощавшись с Марго, он вышел в подъезд и остановился в тамбуре между двумя коридорами. «Идти по квартирам или не тратить время попусту?» — думал он, разглядывая обшарпанные двери, когда одна из них открылась, и в коридор вышел невысокий мужчина в возрасте. За ним следовали два крепких парня: взгляд настороженный по сторонам рыскает, руки возле пояса, а на поясе шокеры.

Парни увидели Гурова, моментально сориентировались, оттеснили мужчину назад, а сами двинулись ему навстречу.

— Чего стоим, кого ждем? — спросил один из них.

— Вопрос решаю, — честно ответил Гуров.

— Вопросы в офисах решают, а тут люди живут, площадкой по назначению пользуются, — назидательно проговорил парень. — Тебе пора, приятель. Топай отсюда.

— Остынь, Корень! — подал голос шедший с ним мужчина. — У гражданина полковника в каждом подъезде офис.

Гуров внимательнее вгляделся в его лицо. Черты вроде знакомые, но с ходу и не скажешь, знакомы ли они. Губы мужчины тронула еле заметная улыбка.

— Вижу, не припоминаешь, — после паузы произнес мужчина. — А я вот тебя за двадцать лет ни разу не забывал.

— Я так понимаю, мы знакомы, — предположил Гуров.

— Знакомы, полковник, близко знакомы, — подтвердил мужчина.

— Двадцать лет — долгий срок, — философски заметил Лев, — всего не упомнишь.

— Трап я, гражданин полковник. И двадцать лет Трапом был. Заозерск помнишь? Девочку там убили, а повесить решили на меня. Честного вора в «мокрушники» записали. Да еще кого, ребенка! — Голос Трапа звучал глухо. — Твоими стараниями с крючка меня сняли, припоминаешь?

Услышав название Заозерск, Гуров сразу вспомнил Трапа. Тогда его откомандировали в Заозерск для расследования убийства малолетки, совершенного с особой жестокостью. Помощь вызвали не сразу, почти неделя прошла после того, как труп обнаружили. Гуров приехал к готовым выводам местных правоохранителей и отработать собственные версии ему никак не хотели давать. У них в камере сидел Трап, рецидивист со стажем, и улики против него по делу об убийстве девочки сходились как нельзя лучше. И решили местные, что лучше пусть он сядет, за чужое преступление срок отмотает, раз у него все равно рыльце в пушку, а за собственные преступления поймать его не удается. У них «глухарь» вырисовывался, а по такому резонансному делу начальство «глухарей» не прощает.

Но Гурова такой расклад не устраивал. Пусть Трап вор со стажем, пусть пробу ставить негде, но девочку-то он не убивал. Получается, раз Трап бывший зэк, его можно посадить, подогнав улики, подтасовав факты, а настоящий убийца останется на свободе? Две недели бился Лев, землю носом рыл, чтобы найти убийцу и снять обвинение с Трапа. И нашел. И снял. А потом забыл про этот случай и не вспоминал больше ни разу. А гляди ты, Трап запомнил.

— Вижу, и ты вспомнил. Приятно. Да, много времени прошло. — В голосе Трапа прозвучала ностальгия по прошлому. — Кем ты тогда был, полковник? Капитаном? Майором?

— Не вспомню теперь, да и неважно это, — ответил Гуров. — Выходит, вы в Москве обосновались?

— Да, суечусь помаленьку. От дел отошел, восьмой десяток дохаживаю. — Трап подал едва заметный знак и, когда парни отошли на приличное расстояние, спросил: — По «мокрухе» в соседнем доме ноги топчешь?

— Есть такое дело, — кивнул Лев.

— Зря. Не найдешь здесь ничего, — уверенно произнес Трап.

— Как знать? Человека убить — не воду в стакан налить. Что-то да отыщется, и я выясню, кто и за что убил Кадацкого. В тот раз тоже безнадега была, а нашел же. Если бы каждый раз, когда мне говорят «ничего не найдешь», я разворачивался бы и уходил, где бы был сейчас ты?

— Слушать надо уметь, — делая ударение на последнем слове, заметил Трап. — Здесь ты ничего не найдешь. Бывает, убийцы находят жертву, а бывает и наоборот. Думай, полковник. И бывай. Надеюсь, больше не встретимся.

Трап подозвал охранников и вместе с ними вошел в лифт. Мотор мягко гудел, пока лифт спускался вниз, а Гуров все стоял и смотрел на закрытые двери. «Что он хотел сказать? Что имел в виду?» От жары в голове звенело, во рту пересохло и ужасно хотелось пить. Он вызвал лифт, спустился вниз и направился к знакомому магазину, где в первый день опрашивал продавца. Новости его не интересовали, он просто хотел купить бутылку воды, чтобы смочить горло.

Продавец в магазине оказался из другой смены. За минуту продал Гурову минеральную воду, такую, какая тому требовалась, причем цена оказалась не выше, чем в сетевых магазинах. Не выходя из магазина, Лев открыл бутылку, сделал три больших глотка, и сразу стало легче.

— Приятно холодненьким освежиться, правда? — подал голос продавец, молоденький парнишка невыразительной внешности.

— Приятно, — согласно кивнул Лев.

— Я специально слежу, чтобы запас в холодильнике был. А то придет покупатель, потный от жары, пить страшно хочет, а воды нет. Не успели или не захотели подсуетиться, — оживился продавец. — А вы из полиции?

— Почему так решил? — поинтересовался Гуров.

— Я вас видел, вы приезжали, когда в том доме труп нашли, — ответил парнишка. — Мне на смену нужно было заступать, а живу далеко, так что приезжаю рано.