Семейная реликвия - Елена Дорош

Ничего себе поворот! Настоящие драгоценные камни! Откуда они могли появиться? Сказка про больную мать не выдерживает никакой критики. А если речь идет о камнях из кокошника? Это вполне вероятно. Выходит, это Гуля его украла? Ничего себе! Они ищут матерого преступника, коллекционера и знатока, а вором оказалась уборщица? Продать кокошник целиком она, конечно, не сможет, сразу спалится, поэтому решила вынуть камни и сбыть поштучно. Как только рука поднялась испортить такую вещь! Впрочем, ей-то что от этой красоты! Деньги нужны.

Котя так возбудилась от того, как вдруг повернулось дело, что вскочила и дрожащими руками вынула телефон. Надо немедленно рассказать Игнату. То-то парень удивится!

– А кто ей камеры помог отключить? – выслушав ее торопливый рассказ, спросил Игнат.

Вот черт! Камеры! Она совсем о них забыла!

– Значит, Гуля действовала не одна, – продолжал Игнат. – А если ее сообщник Генка Гусь, то для тебя это может быть опасным. Их двое, ты одна. Лучше не ввязывайся.

– Да ты что! – шепотом вскричала Котя, выглянув в коридор, чтобы убедиться, что Гули нет. – Пока выясняем, камни уйдут! Надо срочно искать ювелира! По крайней мере, мы увидим, те камни или нет!

Игнат долго молчал и наконец нехотя согласился.

– Только больше с работы не звони. И к Гусю не ходи. Гуля может заметить и занервничать. Я тебя встречу. Поняла?

Котя кивнула в телефон и побежала работать, подхватив ведра и швабры.

В этот раз она закончила быстрее обычного, потому что не могла сосредоточиться на уборке, вытирала и мыла кое-как, занятая своими мыслями.

Засунув в каморку инвентарь, она пулей выскочила наружу и стала оглядываться в поисках машины Черного. Игнат, который припарковался почти напротив входа, с минуту удивленно наблюдал, как она по-сорочьи крутит головой, а потом не выдержал, открыл окно и окликнул ее.

– Ты что, в неадеквате? – поинтересовался он, когда Котя плюхнулась рядом.

– Не могу успокоиться, – призналась она. – Все так неожиданно случилось. Она со мной раньше не здоровалась даже, а тут такое! Приняла меня за местную и сразу попросила помощи.

– Видно, в самом деле приперло.

– Конечно. Ей нужно избавиться от камней как можно быстрее. Надо только ювелира найти и договориться с ним.

– Насчет ювелира я все придумал. Завтра дашь ей вот этот адрес.

Он протянул бумажку.

– А кто там будет? Ты ему доверяешь?

– На все сто. Деня меня еще ни разу не подводил. Правда, это было давно.

– А он кто?

– Мент вообще-то.

– Так ты хочешь полицейского за ювелира выдать? – догадалась Котя.

– А что?

– Получается, я сдала Гулю ментам?

– Он представляться не будет. Это дружеское одолжение, не более.

– Да от него наверняка за версту ментом несет!

– Фу, как некрасиво ты выражаешься! А еще интеллигентная девочка! Где только нахваталась!

Игнат округлил глаза и посмотрел с праведным негодованием. Это было настолько смешно, что Котя прыснула и сразу почувствовала, что немного расслабилась.

– Так Гулю не арестуют? – на всякий случай еще раз уточнила она.

– Я же сказал: дружеское одолжение. Не хочу, чтобы тебя совесть замучила. К тому же Гуля может заявить, что камушки случайно нашла, и все. За это не сажают. Серов – опытный оперативник. Его задача – разговорить и получить максимум информации. Порядочный ювелир должен знать, откуда товар.

Котя кивнула, заметив, что едут они вовсе не к дому.

– Ты что, покатать меня решил? – поинтересовалась она.

– Вообще-то проверил, не следит ли за нами кто-нибудь, но, если хочешь, покатаю. Ты же Питера не видела почти.

– Один денечек только погулять удалось, – посетовала Котя.

– Тогда прокатимся, пока с улиц не сняли новогодние украшения.

И он лихо повернул к Троицкому мосту, успев проскочить на зеленый.

У Коти радостно затрепетало сердце. Пару часов в его машине, да по Питеру, да так близко… Что может быть прекраснее?

Она тихонько улыбнулась, приготовившись к хорошему.

И тут же ее скептически настроенные мозги шепнули, что радуется она зря. «Ну прокатит он тебя, а потом? Высадит у дома и поедет ублажать прекрасную Иду. Она ему подходит по всем статьям, не то что девочка в клетчатом платье из далекого города Иркутска!»

Как обычно, Котя выслушала все, что ей говорил внутренний голос, и уже хотела расстроиться, а потом подумала и решила, что даже небольшие покатушки рядом с Игнатом стоят хорошего настроения.

Вот так-то!

Катались они вовсе не два часа, как она предполагала, а все четыре. Даже на заправку заехать пришлось. Говорили мало. Игнат о чем-то думал, а Котя смотрела в окно, пытаясь запомнить как можно больше. Когда еще удастся тут побывать?

Совсем стемнело, и стало еще интересней. «Новогодний Петербург – это что-то волшебное», – решила она.

Черный в самом деле уехал, как только высадил ее у дома, и это Котю огорчило. Однако объяснение, будто направляется он к одному другу, пообещавшему кое-что узнать по их делу, стало приятным бонусом.

Счастливая Котя пропорхала до самого подъезда.

А на следующее утро она подошла к Гуле и сунула ей в руку бумажку с адресом ювелира.

Игра началась.

Мозговой штурм

Коте казалось, что ожидание будет тягостным, но день неожиданно промчался с крейсерской скоростью. Она даже не заметила, как наступил вечер.

Дома она долго разглядывала фотографию кокошника, стараясь запомнить размер и форму камней. Их было много, и все разные. Какие из них собирается продать Гуля? Сумеет ли полицейский Денис добыть нужную информацию? В тревоге она даже не заметила, как слопала огромную пиццу, которой собиралась поделиться с Лариком и Игнатом, когда те вернутся. Спохватившись, заказала еще две и стала ждать.

Когда через двадцать минут в дверь позвонили, она резво поскакала открывать, уверенная, что явился курьер.

За дверью стояла Ида, и вид у нее был, мягко говоря, не очень доброжелательный.

Не здороваясь, она оттеснила Котю плечом и, громко стуча каблуками, протопала к комнате Черных.

Ах так! Ну и стой перед закрытой дверью до посинения!

Котя молча вернулась в свою комнату и повернула в замке ключ.

Немного погодя к ней постучали, и было очевидно, что это Ида.

Выждав минуту, Котя открыла дверь и с бесстрастной миной на лице посмотрела на визитершу.

– А где Игнат? – спросила Ида, не глядя на нее и ковыряясь в сумочке.

Ни здрасьте, ни пожалуйста? Котя решила, что дальше терпеть уже невозможно.

– Это вы к кому обращаетесь, не имею чести вас знать? – поинтересовалась она, глядя надменно и, как ей казалось, бесконечно