Ловушка для пай-девочки - Марина Серова

Я стала расспрашивать Игоря о его бывших девушках. Однако выяснилось, что Игорь долгое время ни с кем не встречался и, по его словам, находился в активном творческом поиске.

– Романы у меня, конечно же, были, – признал он. – Я знакомился с девчонками в клубах, но потом быстро разочаровывался в них. Все девушки, с которыми у меня были отношения, хотели денег, бриллиантов и развлечений. Мне это надоедало, иногда я бросал, иногда бросали меня. Ничего серьезного у меня до Снежаны не было.

– То есть никто из твоих бывших пассий не мог затаить злобу на тебя или на Снежану? – уточнила я.

– Ну этого я наверняка не скажу, – пожал плечами Игорь. – Хотя я сильно сомневаюсь, что кто-то из них специально нанял тех бандитов, чтобы они напали на меня и Снежку. Все девицы, с которыми у меня случались краткосрочные романы, были… как бы так сказать, глуповаты, что ли. Ну вряд ли у них хватило мозгов нанять кого-нибудь для того, чтоб отомстить. В конце концов, при желании можно было поссорить меня со Снежаной, отправив мне или ей откровенные фото, – при помощи фотошопа можно сделать что угодно, вот на такие пакости мои бывшие пассии способны. Но ни мне, ни Снежане никто ничего не присылал, поэтому я уверен, что нанял преступников кто-то… поумнее и поопаснее.

Я поняла, что Игорь и в самом деле не имеет представления о том, кто мог так ненавидеть его и Снежану. И все же я решила проверить все имеющиеся у меня теории.

Прежде всего мне не давала покоя красотка Маргарита Правдина, та самая девушка, которую я видела на фотографии Снежаны. Я нашла девицу в базе данных и прочла имеющуюся о ней информацию. Маргарита Правдина оказалась не только красивой, но еще и умной девушкой – она с отличием окончила гимназию, поступила на факультет иностранных языков, где учится очень успешно. Замужем Рита не была, жила вместе с родителями и младшей сестрой Ниной, увлекалась художественной гимнастикой и ирландскими танцами. Отец Маргариты – Правдин Анатолий Сергеевич – работал преподавателем химии в политехническом университете, мать – Елена Ивановна Правдина – была врачом «Скорой помощи». Нине, сестре Риты, было шестнадцать лет, она перешла в одиннадцатый класс той же гимназии, которую окончила Маргарита. Семья целиком положительная, никто из родственников Риты к уголовной или административной ответственности не привлекался. Могла ли такая талантливая особа увлечься местью? Кто знает, возможно, Маргарита считает себя исключительной и неповторимой, и равнодушие Игоря восприняла как смертельное оскорбление…

Я узнала адрес девушки – согласно официальным данным, квартира находилась на улице Фрунзенской, дом пятьдесят пять. Я быстро нашла нужный дом, позвонила по домофону в двадцать первую квартиру. Вскоре женский голос спросил, кто это. Я назвалась следователем и заявила, что хочу поговорить с Маргаритой Правдиной.

– Следователь? – переспросила недоуменно женщина. – Что вы хотите от моей дочери? Она в чем-то обвиняется? Я ничего не понимаю!

– Успокойтесь, мне надо задать Маргарите несколько вопросов. Она дома? – спросила я.

– Да, Рита болеет, она дома… Может, вы со мной поговорите? Дочь плохо себя чувствует…

– Я не отниму много времени, – заверила я мать Маргариты. Женщина открыла мне дверь, я поднялась в двадцать первую квартиру.

Как я поняла, дома сейчас находились только Елена Ивановна и ее старшая дочь. Мать Маргариты оказалась довольно привлекательной светловолосой женщиной лет сорока – сорока трех, с ярко-голубыми глазами и подтянутой фигурой. Одета она была в домашние бриджи и футболку темно-синего цвета. Судя по всему, Елена Ивановна занималась приготовлением пищи – я сразу почувствовала божественные ароматы какого-то изысканного блюда, доносящиеся с кухни.

– Проходите, – пригласила меня женщина. – Только я не понимаю, что вы хотите спросить у Риты… Я точно не могу вам помочь?

– Если у меня останутся после разговора с Маргаритой какие-либо вопросы, я с вами побеседую, – заявила я. – Теперь я могу увидеть вашу дочь?

– Да, конечно, она у себя в комнате…

Елена Ивановна проводила меня в спальню своей старшей дочери. Квартира была трехкомнатная – как я поняла, отец с матерью Риты занимали гостиную, у обеих дочерей было по отдельной комнате. Маргарита и в самом деле выглядела больной – бледное лицо, круги под глазами, покрасневшие, усталые глаза, спутанные волосы, завязанные в низкий хвост. Девушка была одета в цветастую пижаму. Когда я зашла в комнату, она лежала на кровати с телефоном в руках.

– Здравствуйте, Маргарита, – поздоровалась я с ней. – Следователь по уголовным делам Евгения Охотникова. Понимаю, что я не вовремя, но мне очень нужно с вами побеседовать.

– Здравствуйте… – растерялась девушка. – А что случилось?

– Дело касается вашей одногруппницы Снежаны Дубровиной и ее молодого человека, Игоря Соловьева, – пояснила я, оглядывая комнату Маргариты. Довольно уютная, чистая и светлая, с большим окном и светлыми обоями. Комната выходила на южную сторону, поэтому в солнечные дни здесь наверняка было очень светло и тепло. Прямо под окном находился письменный стол, на котором не было ничего, кроме современного ноутбука. Похоже, все больше людей отказывается от стационарных компьютеров в пользу более компактных и удобных переносных устройств. Ни учебников, ни тетрадей, ни художественных книг я на столе не увидела. Не было в комнате и книжного шкафа, зато имелся большой платяной шифоньер. Столик рядом с кроватью был заставлен разнообразными косметическими средствами – лосьонами для лица, блесками для губ, корректорами, хайлайтерами, шиммерами и другими полезными принадлежностями. Вот только сейчас на красивом личике Маргариты не было никакого макияжа, из чего я сделала вывод, что ей сейчас явно не до косметики.

– А что случилось со Снежаной? – удивилась Рита. – Я давно с ней не виделась…

– Когда вы в последний раз встречались со Снежаной и при каких обстоятельствах это было? – спросила я.

– Я же говорю, давно – вроде в июне, точного числа не помню, – сообщила девушка. – Мы с одногруппницами праздновали окончание семестра в ночном клубе «Орхидея». Туда даже Снежана пришла, мы все были очень