Искатель, 1996 №4 - Юрий Дмитриевич Маслов

Краковская — его любовница. И не только любовница — с любовницами квартирами не расплачиваются, она — его тайный агент! А подумав так, я решил этим обстоятельством воспользоваться и, чтобы оградить себя в дальнейшем от неприятностей, стал с Краковской заигрывать — вешать лапшу на уши: какая ты талантливая! как ты умеешь прочитать пьесу! как ты прекрасно чувствуешь партнера! Ну и, конечно, центральные роли подкидывал… В общем, все эти годы я жил за ней, как за каменной стеной — в полной безопасности!

Борис Ильич скроил вежливую улыбочку и вдруг выбросил вперед свои длинные костистые руки.

— А сегодня ко мне заявляется некий господин Родин и задает вопросы, которые ставят его же в неловкое положение. Почему? Отвечаю. Что ваш Редькин хам, скотина и продажная сволочь, я знал, повторяю, еще пятнадцать лет назад, но по известным причинам молчал. А вы, господин Родин, узнали об этом, извините меня за каламбур, пятнадцать лет спустя. Стыдно, батенька! Плохо работаете!

Оплеуха была настолько увесистой, по-еврейски смачной и горячей, что Родин почувствовал, как у него зарделись щеки. Он стыдливо опустил глаза и, приложив ладонь правой руки к своему короткому ежику волос, сказал:

— Борис Ильич, снимаю шляпу! Вы — гениальный режиссер!

— Мне это говорили так много раз, что я этому не верю, — рассмеялся Борис Ильич. — У вас есть еще ко мне вопросы?

— Есть. Мне показалось, что вы очень иронично отнеслись к моему предстоящему разговору с Краковской. Почему?

— Хороший вопрос. — Борис Ильич окинул свой кабинет цепким взглядом, легко поднялся, подошел и ткнул пальцем в рекламный плакат спектакля «Так победим», который он ставил по пьесе Михаила Шатрова.

— Люди ломились на эту чушь!..

— Я не исключение, — сказал Родин.

— А сейчас, если вернуть постановку, лавиной хлынут: народ больше не верит демократам, которых представляет наше лживое, коррумпированное, проворовавшееся правительство. Он устал, сбился с дороги и, отчаявшись, ооратил свой взор назад, в коммунистическое прошлое — вспомнил, что при большевиках ему жилось не так уж плохо: и конура была, и кормили регулярно — три раза в день, и погулять выпускали…

— А про плетку он забыл?

Борис Ильич взорвался гомерическим смехом.

— Дорогой Александр Григорьевич, народ соскучился по плетке, ибо он — ездовая собака. Он привык ходить в упряжке, привык вкалывать до седьмого пота, он уже не может без окрика, он верит не в себя — в хозяина, которому рабски предан и без которого просто не может представить своего существования! Уловили мою мысль?

— Вы хотите сказать, что Краковская — тоже ездовая собака?

— Абсолютно верно! Она Редькину обязана всем — образованием, квартирой, работой, успехом на сцене и в жизни. Она знает, что он — ее Господин, Властитель! Она знает… Обратите внимание — я говорю: знает! Знать — это значит не думать. Дважды два — не думают, а знают! Вы можете возразить: знание — сила! Верно. Но только в том случае, если ты знаешь: это можно, а то — ни в коем случае. Редькин же уверен, что ему можно все. И передал свою веру Краковской. И она приняла ее и теперь знает, что для господина Редькина невозможного не существует. Он для нее — авторитет: командовал парадом при коммунистах, командует парадом при демократах и будет командовать всегда! Он для нее — Вечный жид! — Борис Ильич грозно и предостерегающе вскинул вверх указательный палец. — Ив этот — кульминационный — момент вваливаетесь вы и по секрету сообщаете ей, что он — не вечный, а дерьмо собачье! Представляете, что она с вами сотворит? Она спустит на вас всех ездовых собак России — безработных, голодных, озлобленных до сумасшествия! Так что, Александр Григорьевич, прежде чем ступить на сей тонкий лед, подумайте. Крепко подумайте!

Родин нервно рассмеялся.

— Я уже подумал. — Он раскрыл кейс и вытащил две бутылки — коньяк и шампанское. — Борис Ильич, не буду лгать, эти напитки я приготовил для разговора с Краковской, а дарю вам — вы их заслужили!

— Спасибо, — сказал Борис Ильич. — Я рад за вас: вы не захотели знать, вы сразу же начали шевелить мозгами.

— Благодаря вам.

— В таком случае давайте выпьем за дураков — они дают очень богатую пищу для размышлений.

МАГНИТОФОННАЯ ЗАПИСЬ ДОПРОСА

ПОДОЗРЕВАЕМОГО ГЛАЗОВА В. П.

Вопрос следователя: Вам предъявляются три фототаблицы. Поясните, есть ли среди этих людей кто-либо, кто вам знаком?

Ответ: Да есть. Добровольская Екатерина Васильевна и Конькова Маргарита Петровна.

Вопрос: Где вы познакомились с Коньковой?

Ответ: В агентстве недвижимости «Онега».

Вопрос: Вы оба там работали?

Ответ: Да.

Вопрос: Ваши отношения с Коньковой можно назвать… близкими?

Ответ: Можно.

Вопрос: Вы состояли в гражданском браке?

Ответ: Нет. Мы все сделали гораздо проще: я завещал ей свою дачу в Пахре, она мне — квартиру. Так надежнее.

Вопрос: Кто проживал в этой квартире?

Ответ: Сперва мы ее сдавали, а потом… она решила ее продать.

Вопрос: Конькова утонула. Где вы находились в это время?

Ответ: В Ярославле. На гастролях.

Вопрос: Вы в этот день были заняты в спектакле?

Ответ: Да.

Вопрос: Кто вам сообщил о смерти Коньковой?

Ответ: Мой сосед по даче драматург Голодарский.

Вопрос: Он дал вам телеграмму?

Ответ: Позвонил по телефону.

Вопрос: Кому продала квартиру Конькова?

Ответ: Продажей квартиры занималось агентство «Онега».

Вопрос: Деньги за квартиру Конькова получила?

Ответ: Не знаю. Я был в это время на гастролях.

Вопрос: Агентство «Онега» знало, что Конькова завещала квартиру вам?

Ответ: Ответить на этот вопрос могла бы только Конькова — она оформляла документы на продажу квартиры.

Вопрос: Где вы познакомились с Добровольской?

Ответ: На суде. Мы оба претендовали на квартиру.

Вопрос: Квартира по завещанию осталась за вами. Вы согласны, что в смерти Коньковой были заинтересованы только вы?

Ответ: Что вы этим хотите сказать?

Вопрос: То, что сказала: вы были заинтересованы в смерти Коньковой?

Ответ: Это домыслы! Гнусная инсинуация! Закон признает только факты. И, как юрист, вы должны это понимать.

Вопрос: Хорошо. При обыске на вашей даче нашли вот это золотое кольцо и серебряный браслет… Эти вещи принадлежат Добровольской. Каким образом они попали к вам на дачу?

Ответ: Мне их подбросили.

Вопрос: Кто?

Ответ: А вот это уже должны выяснить вы или ваши сыщики. Если они, конечно, профессионалы.