Капкан для медвежатника - Евгений Сухов

Она невольно царапнула своими коготками его крепкие плечи, обхватила ногами и стала отдаваться той неге и наслаждению, которое охватывало ее, подобно волне, с каждым приливом откусывающей от берега все больший и больший кусочек. Мир вокруг рухнул, исчез в небытие, оставив только жгучее стремление к чему-то там впереди, некой вершине, сверкающей в ореоле раскаленного, бешено вращающегося пространства. Каждое движение Савелия, как и движение Елизаветы ему навстречу и в такт, были шагом к этой вершине, и они были едины и не разделимы на пути к апогею наслаждения друг другом. Пока не достигли его.

Боже, сколько дней она уже без Савелия... Руки Лизаветы сами, будто это были его руки, потянулись к интимным местечкам. Одна ладонь легла на грудь, другая притронулась к набухшему венчику... Нет. Она дождется любимого Савушку. Обязательно.

Лиза вздохнула: надо отвлечься. Где же этот гид?

* * *

–  Как это нет угля? И куда же он подевался? – неистовствовал капитан «Нижнего Новгорода».

Но помощник только пожимал плечами:

– В Константинополе мы забили углем полный трюм!

–  Да? И где же он? Не могли же его сжечь весь, даже еще не дойдя до Сингапура и тем более до Коломбо!

–  Я не исключаю, что произошла диверсия, – сказал старпом ради того, чтобы хоть что-то сказать.

Капитан замолчал.

–  Вы думаете? – после минутной паузы спросил он уже своим обычным ровным голосом.

–  Я не исключаю такого, – подтвердил старпом, радуясь смене настроения капитана. Пусть думает, что на корабле имеются опасные люди. Или даже пираты, которые тайком пробрались на пароход и похитили весь уголь. А славно он с двумя матросами потрудился! Весь уголек теперь в море. И никто ни сном ни духом! И деньги эта мадам заплатила в Одессе очень и очень неплохие. И скоро еще приплатит, как только пароход бросит якорь в Бомбее, как и было ею задумано. Такая обещание сдержит, не может не сдержать...

Старпом свел брови к переносице:

–  Возможно, на пароходе орудует целая шайка заговорщиков, господин капитан. Может, к нам на корабль забрались пираты?

–  В наше-то время? – не поверил капитан. – Все пираты вывелись еще в середине прошлого века.

–  Ну, не знаю, капитан.

–  Вот и я не знаю.

–  Что делать будем?

–  Что делать? Уголь закупать.

–  Где?

–  В ближайшем порту. – Капитан склонился над морской картой. – В Бомбее.

–  Но у нас с ними нет контракта, – для вида возразил старпом.

–  Контракта нет. – Капитан посмотрел на старпома. – А вы хотите предложить мне какой-то иной выход?

–  Даже не знаю, что и сказать.

–  Вот и я не знаю. Поэтому придется как-то договариваться.

* * *

Лиза видела «Нижний Новгород» в подзорную трубу. Пароход причалил к дальней пристани, куда обычно пристают корабли в случае поломки или иных чрезвычайных обстоятельств. Что ж, пока все идет по плану.

Лиза передала трубу Мамаю. Тот долго смотрел в нее, цокал языком, потом отдал трубу Лизавете.

–  Не видел его? – с надеждой спросила она.

–  Неты. Как иво увидиш? Их вит вэ тырюме тержат. Вы кылетках и вэ оковах.

Лизавета кивнула:

–  Надо сказать о прибытии парохода индийскому другу, – сухо произнесла она. – Пора нашему банкиру вступать в игру.

* * *

Гури возлежал на подушках, как какой-нибудь падишах, и созерцал танец двух негритянок, выписанных им из Храма Тысячи Богов в Коломбо, где они были в услужении у местного брахмана. Услужение состояло в том, что они танцевали перед девяностолетним представителем главной варны, в надежде расшевелить в нем угасшую мужскую силу. Когда брахман умер, негритянки остались не у дел и попали в дом свиданий, где их и увидел человек Гури, бывший в Коломбо по финансовым делам. Рассказав об их искусстве в постели и на танцевальном подиуме, агент получил распоряжение от Гури привезти их к нему, что служащий в точности исполнил. И вот теперь негритянки, скинув сари из чистейшего бенаресского шелка, танцевали перед Гури в одних коротких нижних юбках весьма смелый лесбийский танец, медленно, но верно готовя банкира для свершения постельных подвигов с ними обеими.

Лизе пришлось ждать, когда Гури закончит любовные утехи. На это у него ушло чуть более получаса, после чего он вышел к ней розовощекий и довольный.

–  Он прибыл, – с ходу произнесла Лизавета и даже притопнула ножкой: – Скорее посылайте на пароход своего человека!

–  Понимаю вас, – ответил Гури, любуясь румянцем нетерпения на лице Лизаветы. А эти европейские девушки весьма хороши, хотя и излишне костисты. Зато в постели, говорят, они выделывают такое...

Он вспомнил двух негритяночек с грудями-дыньками и аппетитными ягодицами и улыбнулся. Хорошо все-таки быть богатым человеком и услаждать себя дарами жизни!

–  Ну что же вы, действуйте, – заторопила его Лизавета. – Иначе они купят уголь у кого-нибудь другого.

–  Не купят, – довольно усмехнулся Гури. – Я об этом уже позаботился...