Девять жизней частного сыщика - Марина Серова

— Ты все врешь! — в ярости закричала колдунья. — Она не могла быть из прокуратуры.

— Не верь, дело твое, — не стала возражать я. — Считай ее кем хочешь, но предупреждаю тебя в последний раз: отвали, забудь про бабки, Веретей. Ничего тебе не обломится и не звони мне больше.

Колдунья молчала, и я положила трубку. Пусть поразмыслит на досуге, что к чему.

— Вы думаете, она испугается? — спросила Светлана с недоверием.

— Нет, такую трудно чем-то испугать, — ответила я. — Однако баба Люба помучается, откуда узнали ее настоящую фамилию и что нам еще известно. Это позволит выиграть время. Пока она будет метаться, я ее найду и прищучу.

— Ой, как я надеюсь на это, — вздохнула Светлана. — Поджога еще одного магазина я не переживу. Все ведь думают, что это я сама, чтобы получить страховку. А как вы ее найдете?

— Секрет фирмы, — улыбнулась я, просматривая на компьютере личное дело мошенницы.

Я не сказала Светлане, но в нем имелась информация о сестре Веретей. Ее сестра до настоящего времени проживала в Тарасове на окраине, в частном секторе. Завтра спозаранку следует ее навестить. Вряд ли она там скрывается. Но вдруг сестра знает, где ее искать. Из дела мне было известно, что у Веретей с сестрой были натянутые отношения. В восемнадцать лет она не поделила с ней мальчика. И из ревности Веретей плеснула сестре в лицо кислоты. Остался страшный ожог с левой стороны головы, но уголовное дело не заводили. Вскоре Клару посадили за другое преступление, и она пошла по этапу. А сестра так и осталась жить в Тарасове в доме родителей. Если ее аккуратно расспросить, то, возможно, она расскажет что-нибудь интересное, даст какую-нибудь зацепку. Например, поможет выяснить личность человека по кличке Киргиз. Другим направлением поиска я определила тюремных подруг колдуньи. Их имена и фамилии значились в материалах дела.

В дверь позвонили. Вернулся с работы Геннадий Петрович. Впустив его, я спрятала револьвер в кобуру.

— Да, раньше я опасался, что жена будет встречать меня со скалкой, а вышло еще чище — встречает телохранительница жены с револьвером. Теперь дважды подумаешь, прежде чем засидеться с друзьями в ресторане, — пошутил он устало.

— Как на работе? — спросила у него Светлана, приобняв.

— По-старому, — буркнул Геннадий Петрович и поцеловал жену в щеку.

Светлана рассказала мужу, как я потеряла машину.

— Ну, замечательно. Что, теперь придется покупать новую? — спросил он у нее. — Что-то, Евгения Максимовна, вы нам дорого обходитесь. Возникают даже сомнения в вашей квалификации. Нашу-то машину тоже бандиты изрешетили.

— Да неужели, — холодно бросила я.

— Не ворчи, — осадила его Светлана. — Евгения Максимовна ради нас жизнью рисковала. А ты тут начинаешь.

— Ой ладно, Света, это ваши с ней дела, не хочу даже вмешиваться, — махнул рукой Геннадий Петрович. — Мне главное, чтобы с тобой ничего не случилось.

Пришел водитель и принес пушистую голубую елку примерно двухметровой высоты.

— Не кособокая, как в прошлом году? — спросила Светлана, сузив глаза. — А то поедешь за новой.

— Вот, смотрите, ровнее не придумаешь. Геннадий Петрович сам выбирал. — Станислав и так и сяк показал елку Светлане. — Видите, самая лучшая.

— Хорошо, поставь в гостиной, — благосклонно согласилась она.

Шофер установил елку в специальную подставку, собрался уходить, но Светлана его задержала.

— Станислав, будь другом, повесь еще гирлянду заодно. Гену потом не допросишься.

— Может, еще и нарядить? — проворчал шофер недовольно.

— Нет, наряжать я сама буду, а вот гирлянду повесь, все-таки электричество, — ответила Лисовская. Тут Светлане позвонили на сотовый, и она отвлеклась от праздничных приготовлений.

— Зуб даю, тебя запрягут снежинки вырезать, — прошептал Станислав и подмигнул мне.

— Не волнуйся, я отмажусь, — заверила я его, — скажу, ты мне хвастался, что еще с детского сада их лучше всех вырезал.

— Евгения Максимовна, — Светлана закончила говорить по телефону, — завтра к десяти приедут сигнализацию устанавливать. Хорошо бы, чтобы вы проконтролировали это дело. — И, обращаясь к Станиславу, продолжила: — Ну чего столбом стоишь? Не знаешь, где гирлянда, что ли? Загляни в кладовку, она на том же самом месте, где ты ее оставил в прошлом году.

— Ну совсем мне мужика заездила, — громко сказал Геннадий Петрович, входя в комнату.

— Праздник послезавтра, а вы уже елку наряжаете.

— Вас заездишь, — буркнула Светлана.

Чтобы меня действительно не запрягли, я незаметно проскользнула в комнату к компьютеру и занялась проработкой подруг Веретей. Все закоренелые рецидивистки, одна краше другой. План на завтра пришлось подкорректировать, сместив намеченные дела на послеобеденное время, а с утра поставить наблюдение за мастерами из «Систем контроля доступа».

Через полчаса из гостиной послышался торжествующий голос Светланы:

— Видишь, не горит! А перед Новым годом мы бы с ней мучились, все бы настроение себе испортили.

— Я сейчас поправлю, — пообещал Станислав. — Какая-то лампочка неплотно в гнезде сидит или перегорела.

Их разговор заставил меня вспомнить о тете Миле. Сейчас она, наверно, тоже готовится к Новому году. Купила елку и думает, как ее поставить. Не раздумывая, я позвонила ей.

— Алло, привет, тетя. Как дела?

— Привет, Женя. Да все нормально, — ответила грустно тетя Мила. — На Новый год, как я понимаю, ты не появишься. Я ведь сразу подозревала, что так и будет.

— Извини, тетя. Дело оказалось сложнее, чем я думала, — сказала я виноватым голосом. — Но могу обрадовать. Я близка к его завершению. Остался, как говорится, один шаг до победы. — В квартире резко погас свет. Я озадаченно посмотрела на погасший монитор компьютера. — Тетя, я тебе перезвоню. Срочное дело. До скорого. — Нажав на сброс, я убрала сотовый в карман жилетки.

— Я знаю, это выбило автомат, — сказал уверенным голосом в темноте Геннадий Петрович. — Станислав возился с гирляндой и коротнул. Сейчас пойду и включу.

— Я ничего не коротил, — возмущенно оправдывался шофер. — В городе, наверно, авария.

— Да, в городе, как же, — усмехнулась Светлана. — В соседнем доме-то есть свет. Разуй глаза! Это, наверно, мальчишки баловались. Выключили и убежали.

— Надо проверить щиток в коридоре в любом случае, — повторил Геннадий Петрович и направился к входной двери.

— Так, всем оставаться на местах! — негромко, но властно сказала я, выключая блок питания компьютера.

Геннадий Петрович остановился, открыл дверь в комнату и, понизив голос до шепота, спросил в темноте:

— Что, думаете, это отморозки колдуньи подстроили? Хотят, чтобы мы вышли на площадку?