Светлый демон - Сергей Бакшеев

Бывалый мент, конечно, прав. Около двадцати минут назад на месте, где Барсуков отдает приказы, я замахивалась на подленького Доктора.

Тот испуганно приседает – и вот оно, спасение! Из стены торчат обломки труб. Так ли я права, считая дыру вверху – единственным выходом? Здесь находилось химическое производство, которому требовалась канализационная система. Мне приходилось пользоваться подземными коммуникациями, они устроены однотипно. Я простукиваю оштукатуренную стену и стреляю над трубами из двух пистолетов. Пули вычерчивают ровный полукруг. Удар ногой – обломки кирпичей освобождают пустой проем.

– Субботин, ползешь первым, – командую я. – За тобой Доктор.

– Я не полезу! – возражает Доктор.

– Полезешь. Иначе прострелю твою толстую задницу. Быстро!

Солдат скрывается в тесном туннеле. Я подталкиваю Доктора. Перед тем как лезть самой, я для острастки дважды стреляю по основному выходу. Охранники огрызаются автоматными очередями.

Наша троица пробирается по старым трубам. Приходится подгонять неуклюжего Доктора.

– Колодец! – звучит глухой голос Субботина.

Я не ошиблась, выход есть!

Больше всех свежему воздуху рад Доктор. Он не привык к таким испытаниям. Николай страшно устал и тяжело дышит. Но времени расслабляться нет. Мы всё еще на территории стройки. Неподалеку солдаты из охраны продолжают лупить из автоматов. Я безжалостно гоню попутчиков к забору, а затем в спасительный лес. А вот и подходящая ложбинка между кустами. Я объявляю привал.

Субботин валится на траву. Я забираю из его ослабевших рук оружие и скупо благодарю:

– Спасибо, если бы не ты…

Николай смущен. Я похлопываю его по плечу, мужчинам не надо слов, им нужны прикосновения. Доктор садится подальше от солдата. За время знакомства я успела оценить его упрямство и церемониться больше не собираюсь.

– Вздумаешь побежать – убью. Закричишь – убью. Будешь меня нервировать – тоже убью, – жестко, не повышая голос, предупреждаю я Доктора. – Субботин, ты помнишь, какую ампулу кололи вашему Стасу перед тем, как он развязал язык?

Я показываю темные ампулы, извлеченные из карманов, Николай выбирает.

– Кажется эту. Я сам не видел, но Стас ругался, что «пятьдесят седьмую» ему больше ни в жизнь не втюхают.

– Попробуем пятьдесят седьмую. – Я демонстрирую Доктору ампулу с красными символами, оканчивающимися на цифры 57, и набираю в шприц раствор.

– Вы не смеете! Возможна передозировка. Это опасный препарат! – испуганно скулит Доктор.

– Забыл правила? Ты начинаешь меня нервировать. – Я извлекаю пистолет с глушителем.

– Я расскажу, я сам всё расскажу.

– Эту песню я уже слышала. Ты сфальшивил. Субботин, прижми-ка нашего Доктора. Пусть почувствует себя пациентом.

Доктор пытается сопротивляться, но я действую жестко. Бог подвесил мужикам один существенный недостаток. Мужская сила – их же слабость. Одной рукой я выкручиваю толстяку яйца, а другой втыкаю в вену шприц. Мне помогает Субботин, прижавший руки новоиспеченного «пациента».

– Подождем, – говорю я, отбрасывая использованную ампулу. В моих глазах распаляется огонек любопытства. Что мы вкололи?

Через пять минут «клиент созревает». Как в пьяном бреду, он отвечает на вопросы, бахвалится, и из его рассказа вырисовывается циничная и жуткая картина.