Топор отмщения - Эрл Стенли Гарднер

— И что же ей говорили?

Так, небольшая угроза и предложение заплатить наличными егодорогому племяннику Арчи. После этого могло быть послано одно или два анонимныхписьма, но чаще всего первый звонок оказывал такое страшное действие на жертву,что с остальной частью работы мог справиться и Арчи.

— Когда я пришел, глаза Арчи опухли от слез, — заметил я. —Полагаю, он разломил сигарету и положил по крупинке табака в каждый глаз. Я самвидел у него на туалетном столике разломанную сигарету и помог ему вынутьсоринку из глаза.

Билли ничего не ответила.

— На стене в спальне Арчи висела ваша фотография.

— Он снял ее? — быстро спросила она.

— Да, снял. Он сказал, что подкупил вашего фотографа… Этобыла ваша рекламная фотография.

— Ему сперва следовало бы сказать «шантажируя». Арчи простонедоумок. А вот у его дядюшки были мозги, и он был опасен.

— И на каком же этапе присоединился Римли? Только неговорите мне, что тоже шантажировали — это просто смешно.

— В каком-то смысле шантажировали, но не прямо, а косвенно.

— Как?

— Шантажировали клиентов Римли. Его заведение как раз ииспользовалось для сбора информации. Но он действовал очень скрытно и успелочень многое провернуть, прежде чем мы догадались, что происходит. Толькослучай с миссис Крейл раскрыл нам глаза. Конечно, Римли был кровно заинтересованв этом деле. Его договор на аренду истекал через девяносто дней последоговоренности о продаже здания.

— Значит, миссис Крейл на самом деле не хотела покупать, аРимли не хотел, чтобы Стенберри продавал дом?

— Примерно так.

— Чем же закончилась эта сделка?

— Этого я не знаю. Мне известно только, что у Стенберри всейфе было полно бумаг, и мы их получили.

— И кто же их взял из сейфа?

— Я, — просто ответила Билли.

От удивления меня так и подбросило на сиденье.

— Вы их достали из сейфа? Когда?

— Сегодня утром.

— Каким образом?

— Это произошло почти так, как вы и предполагали. Вы знаетемужской туалет во «Встречах у Римли». Там есть цветной служитель, которыйвключает воду, опрыскивает все дезодорантом, подает мыло и полотенце, стоит,держа наготове щетку, готовый вам услужить, как только вы вытрете руки.Конечно, он получает при этом щедрые чаевые. Стенберри обычно так тщательно мылруки, будто хотел отдраить их до дыр. Войдя в туалет, он снял наручные часы ипротянул их служителю, которого Римли заранее проинструктировал переставить ихна час вперед.

— И что потом?

— Потом, как только Стенберри вернулся в зал к своемустолику, Римли послал за ним. Конечно, Римли уже переставил каминные часы исвои наручные.

— Хорошо, — сказал я, — с этим более или менее ясно. Атеперь расскажите, как он оказался в вашей квартире.

— Вы сами не догадались?

— Нет.

— Он шантажировал и меня.

— Чем?

Она засмеялась:

— Я сама подкинула ему наживку. Когда Римли решил прекратитьэту его деятельность, ему потребовалась приманка. Он выбрал меня.

— И что же?

— Арчи Стенберри пытался слегка за мной ухаживать. Япозволила ему заглотнуть крючок и сообщить об этом своему дядюшке. Дядюшкапопался на эту наживку.

— Что же он о вас выяснил?

— Меня разыскивали по обвинению в убийстве.

— Были основания?

— Конечно, нет. Все было подстроено. У меня были вырезки изстарых газет и несколько изобличающих меня писем, которые я сама себе написала,и еще кое-что. Все лежало в ящике стола, где Арчи смог легко это найти. Он всеобнаружил, прочел и передал дяде.

— И что же сделал дядя?

— Явился ко мне в тот день. Разве вы еще не поняли, каковбыл сценарий?

— И вы стукнули его по голове топориком?

— Не говорите глупостей. Я угостила его виски, в котороеподсыпала лекарство. Эта смесь должна была отключить его примерно на час счетвертью.

Теперь я понимаю, что произошло. У вас было назначено с нимсвидание на определенный час. Вы сделали какое-то замечание о времени, когда онвошел, так что ему пришлось посмотреть на часы и убедиться, что он пришелвовремя. Затем, когда он потерял сознание, вы опять поставили его часыправильно, то есть перевели назад, чтобы, придя в себя, он услышал от вас, чтоотключился всего минут на десять. Постарались бы убедить его, что это былсердечный приступ, и так далее.

— Именно так.

— Что же вы делали в течение этого часа и пятнадцати минут?

— Примерно сорок пять минут я изображала взломщика.

— Вы не оставили после себя никаких следов?

— Не думаю.

— Как же вам это удалось?

— Примерно с месяц назад я сняла квартиру в«Фулроз-Эпартментс». Я была очень осторожна и приходила туда только тогда,когда была уверена, что Стенберри нет дома. И даже тогда я часто оставалась тамтолько ночевать, чтобы горничная видела, что в кровати кто-то спал. По легенде,я была газетным репортером, писала статью и постоянно разъезжала междуНью-Йорком и Сан-Франциско. Когда бы пришло время покинуть квартиру, я бы объяснила,что так много времени провожу в Сан-Франциско, что будет дешевлеостанавливаться здесь в гостинице.

— Давайте выкладывайте дальше.

— Это почти все. Он выпил это питье, опьянел и направился вванную. Там он на ходу отключился и почти упал в ванну. Я вытащила ключи из егокармана. Мы уже выяснили, что шифр к сейфу есть в его записной книжке и ондолжен выглядеть как номер телефона. Руфус Стенберри никогда не полагалсятолько на свою память. Это оказалось очень легко. Я просто влетела в«Фулроз-Эпартментс», поднялась в свою квартиру, потом по коридору прошла кквартире Стенберри, открыла дверь его ключом, набрала комбинацию сейфа ивыгребла из него все, что там было из компрометирующих документов, и на другихтоже. Мы раз и навсегда прикрыли Руфусу Стенберри дело с шантажом.

— И что потом?

— Вы же знаете. Я вернулась к себе домой. Он был мертв.

— Что вы сделали с ключами?

— Я положила их обратно ему в карман.

— А потом?

— Я позвонила Римли. Он велел мне быстро смываться, ехатьдомой к Филиппу Каллингдону и выяснить у него, что он знает об Ирме Бегли,которая столкнулась с ним в автомобильной аварии.