Стратегия риска - Анатолий Галкин

Разговор был долгий, но не конкретный. Щедрые посулы сменялись прозрачными угрозами. Суть же дела пряталась в намеках и недомолвках.

Было ясно, что недавно Дон получил очень важную информацию и затеял грандиозную аферу. Очевидно, что в этом спектакле ему, Роману, досталось одна из главных ролей – надо будет заменить кого-то, очень на него похожего.

Еще Роман понял, что Наташа остается заложницей. Правда, Бабкин поспешил заверить: «Условия я создам отличные. Питание по высшему разряду. Телевизор!» при этом он махнул рукой куда-то вниз. Похоже, в подвал.

Цель поездки – Севастополь. Сопровождать Романа будет Ракитский и еще два боевика.

Вот и вся информация… Вчера Роману удалось позвонить Олегу на сотовый. Разговор мало прояснил, но порадовало:

– Мы давно уже все знаем, Роман. И номер поезда. И то, что Дон сам летит в Крым… Твоя, между прочим, заслуга. Микрофончики под столом очень четко работают.

И Олег, и Роман хорошо понимали, что по сотовому телефону такие вещи говорить не следует. Но одному нетерпелось сказать, а другому было приятно услышать.

– Если вы все знаете, то скажи мне, Олег, зачем я еду в город-герой.

– Вот этого мы не знаем. Дон обсуждал чисто технические вопросы. Но что-то будет связано и с городом Мелитополем. Он звонил туда и просил карету к вашему поезду.

– Какую карету?

– Не знаю, Роман. Может быть свадебную, а может и катафалк. Дословно передаю, Дон сказал: «Примите чудака. Пусть у вас отдохнет. Десять дней без права переписки».

– Не понятно, Олег.

– И мне не понятно. Но слушай главное. Савенков сказал, что за твою Наталью лично отвечает. А это гарантия двести процентов. Можешь быть спокоен.

– Ты бы, Олег, тоже за ней последил.

– Не смогу. Я все время буду рядом с тобой.

До Харькова Роман Олега не видел. Здесь они на несколько секунд встретились взглядами, когда Крылов предъявил себя на платформе потягивая пиво прямо напротив окна.

Вытянуть какую-либо информацию у Ракитского Роману тоже не удалось. Актер только хитро улыбался и подбадривал и собеседника, и себя:

– Пустяковое дело, Роман. Три дня работы, а деньги получим приличные.

– Сколько?

– Секрет… Мне Бабкин намекнул, что мы с тобой можем рассчитывать на двадцать пять процентов.

– От какой суммы?

– Секрет… Но я думаю, что вы с Наташей сможете себе жилье купить. На квартиру не хватит, а на комнатку вполне. Или на домик под Москвой.

– Грабить будем?

– Даже и не думай, Роман. Все будет красиво. Легкая афера. Спектакль для лохов. Они даже и не поймут, кому деньги отдали.

Сергей Ракитский часто уходил в соседний вагон и возвращался расстроенный. Что-то у него не клеилось.

Когда проехали Запорожье, актер вломился в купе с широченной улыбкой и с девушкой, застенчиво прячущей конопатое лицо.

– Представь, Роман, я с Машей поменялся. Теперь я в вагоне СВ буду, а ты развлекай девушку. Ее сосед страшный бука и, главное, женат. А ты, – Сергей хитро подмигнул Роману, – ты не женат!

Схватив заранее подготовленную сумку, Ракитский убежал.

Маша скромно присела на край полки и принялась рассматривать придорожные пейзажи. Роман сидел у окна и соответственно попадал в поле ее зрения. Она периодически щурила близорукие глаза и сразу становилось понятно, когда она смотрит на проплывавший мимо лужок с коровками, а когда на неженатого соседа.

– Меня Машей зовут. А вас?

– Роман.

– Очень приятно… Но странно. Вы так похожи на парня из того купе, на Леонида, но вы совершенно другой. Он нестандартный.

– В каком смысле?

– В смысле ориентации. Он явно голубой. Мы вместе с ним от самой Москвы ехали. Целую ночь вместе, а он даже ничего не попытался. Я бы не позволила, но он-то должен…

– Так вы, Маша, на него обиделись и решили убежать ко мне?

– Нет, это ваш друг меня уговорил. Вероятно он тоже голубой. Иначе, зачем ему в купе к Леониду так рваться. Так нетерпелось, что он мне и деньги за это предлагал. Двести долларов!

– Но вы гордо отказались?

– Нет, взяла… У вас, Роман, очень волнующий взгляд. Я даже боюсь.

– Это вам кажется, Маша. Это на контрасте после Леонида.

– Верно! Он смотрел на меня совершенно безразлично. Даже обидно… Настоящий мужчина всегда смотрит с желанием. Как вы сейчас… Ой, Роман, а вы правда не женаты?

Трудно было представить, что актер так не владеет своими эмоциями. Сергей Ракитский влетел в купе за сорок минут до Мелитополя. Он не просто нервничал. Он паниковал.

Обращаясь к Роману, он судорожно бросал в его сумку все со стола, полок, вешалок:

– Бегом, Роман! Ты скоро выходишь. Сейчас у меня в купе попрощаемся и поедешь.

Маша уже успела выложить на стол косметичку и любовный роман, но и это все полетело в сумку Романа. Она протянула руку за своими вещами, но Ракитский схватил ее за край халатика и рванул на себя. Пуговицы со звоном разлетелись по купе.

Даже не пытаясь прикрыть обнажившуюся грудь, Маша замерла. Она смотрела на Ракитского с восхищением. Все знакомые ей мужчины были или вялыми, или мягкими и назойливыми как коты. А ей хотелось именно такой страсти: чтоб платье в клочья и пуговицы во все стороны.

Ракитский сразу обмяк. До сих пор он женщин не бил. Даже не кричал на них никогда. Он сам запахнул на ней халатик и застегнул на уцелевшую верхнюю пуговицу:

– Спокойно, Маша. Посиди здесь одна, поскучай у окошка… Пока не проедем Мелитополь, из купе не выходить!

– А если я…

– Никаких «если»! Часик можешь и потерпеть.

В вагоне СВ Роман увидел двух знакомых неразговорчивых парней. Этих бойцов Дон приставил к ним еще в Москве. Очевидно, они получили приказ не вступать в контакт и они все делали молча. И на вокзале и сейчас.

Похлопав по плечу охранников, Сергей затащил Романа в купе. Там, лежал на спине некто бледный и не очень живой. Сходство с покойником усиливали руки, аккуратно сложенные на груди.

Ежу понятно, что это был Леонид. Роман только не мог понять, кто это сказал, что они похожи. У лежащего на полке парня заострился нос и впали щеки. Роман же всегда себя считал немного курносым и весьма пухлым.

Сергей первым делом схватил лежащие на столе документы и мимоходом приказал:

– Раздевай его скорей. Торопись, Роман.

– Не буду я труп раздевать!

– Какой труп?! Он просто отключился. Это я его клофелином отключил. Тут, Роман, целая наука. Я вчера изучал. Странное вещество: в водке оно так действует, а в коньяке совсем иначе… Да живой он! Наверняка живой. Не мог я дозу перепутать.