Смерть на подиуме - Наталья Александрова

Это шествие, которое так радовало Тину в детстве, сегодня невызывало у нее ничего, кроме тревоги и безысходности. Фарфоровые человечкинеторопливо двигались по кругу, чтобы снова скрыться во мраке замка.

Они двигались по раз и навсегда заведенному маршруту, не всилах ни на йоту от него уклониться, и чувствовали за спиной присутствиезамыкающего шествие зловещего персонажа.

Не так ли и люди идут по своей жизненной колее, воображаясебя свободными, независимыми? А на деле они – рабы судьбы, рабы неумолимыхобстоятельств, рабы чьей-то злой воли… и точно так же, как эти игрушечныефигурки, они чувствуют за спиной неумолимо настигающую их смерть.

Из ворот вышел последний, замыкающий участник процессии –скелет с косой на плече. Тина невольно вздрогнула от его зловещего вида, хотявидела эту фигурку уже тысячи раз.

Окошечко над воротами приоткрылось, и в нем появиласьвьющаяся готической вязью надпись.

«Есть жнец, смертью зовется он. Властью от Бога большойнаделен. Когда косить он станет – и нас с тобой достанет…»

Алиса Липецкая, Виктор Мухин, Лена Сумягина друг за другомстали жертвами этого безжалостного жнеца. Скрылись во мраке, как эти фарфоровыефигурки. Кто будет следующим?

Вдруг кресло едва заметно качнулось, и что-то тяжелоеприземлилось на него в ногах у Тины.

Скосив глаза, Тина увидела Ришелье.

Кот негромко мурлыкнул, вскарабкался к ней на колени, запелсвою негромкую ласковую песню.

На душе сразу же стало легче.

А тут и дядя Бо вошел с подносом в руках – две тончайшиечашечки розового фарфора, блюдечко с тонко нарезанным лимоном, серебрянаясахарница.

– О, Ришелье пришел к тебе на руки! – проговорилон, ставя поднос на столик. – Это большая честь! Меня и то он не всегдаудостаивает…

Тина поднесла к губам чашечку, отпила.

Дядя Бо молчал, пока они пили кофе: этот домашний ритуал,это священнодействие ничем не должно было нарушаться.

Наконец они поставили опустевшие чашки на поднос, и дядя Босочувственно произнес:

– Бедная Принцесса, я понимаю, как тебе сейчас нелегко…выговорись, не держи эмоции в душе. Скрытые эмоции разрушают душу, а затемразрушают и тело…

– Это было ужасно! – Тина всхлипнула, закрыла лицоруками.

Ришелье недовольно поднял голову, фыркнул и мягко спрыгнулна ковер: он не любил, когда его беспокоят.

Перед ее глазами снова встала эта невероятная картина: ЛенаСумягина, взлетающая над подиумом, как огромная бабочка…

– Как такое могло случиться – ума не приложу! Самаяобычная гирлянда… и ведь она была всего в нескольких шагах передо мной! Ещенесколько секунд – и я могла попасть в эту петлю!

Она живо представила, как провод захлестывает ее собственноегорло, как она сама взмывает над притихшим от ужаса залом…

– Нет, Принцесса, этого никак не моглослучиться! – Бархатный голос дяди Бо вторгся в ее мысли.

– Почему? – недоуменно переспросила она. –Откуда ты знаешь?

– Каждому человеку уготована собственная судьба, и отнее никуда не денешься.

– Я думала, дядя Бо, что ты материалист…

– Скорее, реалист, Принцесса! А чем дольше я живу насвете, тем отчетливее понимаю, что судьба – это такая же реальность, как группакрови или цвет глаз. И как нельзя изменить группу крови, так нельзя ипеределать судьбу…

– Цвет глаз изменить можно, – усмехнуласьТина. – Достаточно вставить цветные линзы…

– Это только обман, видимость. Под линзами останетсянастоящий цвет глаз, доставшийся тебе от родителей…

Как всегда, вспомнив про своих родителей, Тина вспомнила ихстрашную смерть и испытала короткий приступ удушья. Ей вдруг показалось, чтоона снова пытается выкарабкаться из искореженной машины, которая вот-вотвзорвется…

– Что с тобой, Принцесса? – озабоченно проговорилдядя Бо и положил мягкую, теплую руку на ее лоб. – Снова эти воспоминания?Хочешь, проведем сеанс?

– Нет, спасибо, не надо! – Тина подарила дяде слабуюулыбку, покачала головой. – Все хорошо, я просто немного устала!..

– Так отдохни. Хочешь, поспи – я постелю тебе вкабинете…

– Нет, я, наверное, поеду домой…

– Я чем-то обидел тебя?

– Что ты, дядя Бо! Разве ты можешь меня обидеть? Ты жезнаешь, как я тебя люблю! Ты – самый близкий мне человек…

– Тебе нужно сменить обстановку, хотя бы ненадолго.Съездить к теплому морю… в Испании сейчас еще лето…

– Что ты, дядя Бо! – Тина округлила глаза впритворном ужасе. – Эльза меня просто растерзает, если я только заикнусьоб отпуске! Тем более сейчас у нее недостаток кадров… Алиса погибла, теперь ещеЛена…

– Но ты же говорила, что эта Лена ничего из себя непредставляла.

– Зато она была трудолюбива и безотказна, как всепровинциалки! Мчалась на любой показ по первому зову…

Лена Сумягина выросла в маленьком приволжском городке. Матьее была бухгалтером на птицефабрике, отец – шофером. Но он так пил, что то идело лишался прав и слонялся по дому, злой и небритый.

Лена рано поняла, что в такие дни ему лучше не попадаться наглаза – запросто может прибить.

Лена так же рано поняла, что ее ждет в родном городе: работана той же птицефабрике, раннее замужество. Все местные парни ухлестывали заней, но что они могли ей предложить, кроме нищеты, побоев и ранней смерти от алкоголизма?

Поэтому она решила любыми средствами вырваться из этоговязкого болота.

Вскоре подходящий случай представился.

В областном городе проводился очередной конкурс красоты.

В жюри сидела местная элита – директор областногодраматического театра, старая актриса, прославившаяся лет пятьдесят назадисполнением роли героической пионерки, ценой своей жизни не давшей кулакамсгноить колхозное зерно, владелец универмага и двое полукриминальныхбизнесменов, хозяева ликероводочного завода, выпускавшего популярную водку«Волжские просторы».

Бизнесмены попали в жюри, поскольку именно они спонсироваликонкурс. Они делали это по двум причинам: во-первых, ради недорогой рекламы,поскольку сообщения о конкурсе нет-нет да и мелькали в средствах массовойинформации, и во-вторых, из любви к прекрасному, то есть к молоденькимдевочкам, которые слетелись на конкурс, как бабочки на свет ночного фонаря.

Директора театра и актрису включили для солидности и дляпридания мероприятию оттенка культурного события.

Возглавлял это пестрое сообщество приезжий из Москвы,владелец небольшого модельного агентства, который рыскал по провинции в поискахмолодых дарований. Это был стареющий, но все еще интересный мужчина, одетый попоследней моде и по той же последней моде усиленно разыгрывающий голубого.