Отдайте ее мне! - Ольга Авдеенко

Вопросы повисли в воздухе. Лейтон аккуратно закрыл папку и убрал ее обратно на полку. Затем повернулся к инспектору:

— А как быть с Мэри Коллинз, сэр? Может, она просто ошиблась, когда назвала время?

— Может быть, — задумчиво отозвался Найт. — Пожалуй, завтра я съезжу к ней сам, попробую это выяснить. Кстати, сказала ли она вам, что встречалась с женой Саттерфилда?

— Нет…

— Это мне только что сообщила сама миссис Саттерфилд. По ее словам, Мэри Коллинз пыталась ее шантажировать; при этом никаких требований она не предъявила, но зачем-то рассказала ей об убийстве переводчицы. Миссис Саттерфилд познакомилась с ней и Брайаном Шерманом несколько дней назад и явно настроена против обоих. Зато она неожиданно проявила трогательную заботу о безопасности мисс Кроуфорд. Это, собственно, все, что я смог вынести из нашего совместного позднего завтрака.

Инспектор поднялся из-за стола.

— Идемте, Лейтон, продолжим наши раскопки в канцелярии.

16 мая 1887 года, понедельник. Инспектор Найт рисует связи

Инспектор Найт едва не закашлялся: по комнате помощницы художественного редактора плавали полосы дыма, а пепельница была полна окурков, один еще дымился.

Когда он представился, Мэри Коллинз неприязненно воззрилась на него поверх пенсне:

— Зачем вы пришли? Я уже все рассказала вчера вашему помощнику.

— Остались некоторые моменты, которые я хотел бы уточнить, — дружелюбно отозвался Найт.

— Что еще вам нужно?

— С какой целью вы встречались с Лорейн Саттерфилд?

Мисс Коллинз вздрогнула:

— Откуда вам… Это не имеет отношения к убийству.

— Однако вы разговаривали именно о нем.

Девушка помедлила, словно подбирала нужные слова.

— Я… Я хотела ее предупредить… В связи с этим преступлением у нас в издательстве всех опрашивали, в том числе и Брайана Шермана, художника. Значит, его имя тоже на примете у полиции. А миссис Саттерфилд — жена известного человека. Кроме того, она показалась мне приятной женщиной. Я… хотела ее предостеречь от компрометирующего знакомства.

— Вы имеете в виду Брайана Шермана?

— Да. Однако миссис Саттерфилд почему-то возмутили мои слова; очевидно, она решила, будто я намекаю на что-то неприличное.

— Скажите, а для вас мистер Шерман не является компрометирующим знакомством?

— Для меня — нет, — отрезала мисс Коллинз и словно обросла колючками. — Я не жена банкира и не трясусь за свою репутацию.

— Да… Это видно из того, каким смелым способом вы обеспечили алиби мистеру Шерману, — заметил инспектор нарочито небрежно.

Девушка метнула на него яростный взгляд, но промолчала.

— Полагаю, он сказал вам, для чего оно ему понадобилось.

— Сказал, — процедила мисс Коллинз.

— Так вы знали о…кхх… его любовной связи…кхе… с испанской переводчицей?

Найт все же закашлялся. Мэри Коллинз взглянула на него с презрением, но милостиво встала и приоткрыла окно. Она постаралась ответить равнодушно, но инспектор видел, что девушка едва сдерживается:

— Я и раньше догадывалась, что я у него не единственная. Что ж… Подбираешь те подарки, что дает жизнь.

— И вас не смутило то, что в тот вечер ваш возлюбленный сразу после вас отправился к другой женщине?

— Я узнала от него об этом только вчера. Не скажу, что мне было приятно это услышать. Одно дело — догадываться о таких вещах, а другое — знать наверняка.

— И тем не менее вы обеспечили ему алиби?

— Я просто сказала правду! — повысила голос девушка.

— Я так не думаю, мисс, — спокойно возразил Найт. — Мистер Шерман утверждает, что пришел к миссис Дэвис в половине двенадцатого. Он не мог быть с вами до полуночи.

— Брайан ошибается, — заявила мисс Коллинз с вызывающей ноткой. — Он свободный художник и никогда не следит за временем. А я слежу, потому что привыкла подчиняться строгому режиму.

Инспектор посмотрел девушке в лицо долгим испытующим взглядом, и та не выдержала и взорвалась:

— К чему все эти ваши вопросы?! Теперь вы знаете, что Брайан невиновен. Вам обязательно нужно копаться в его частной жизни?! А заодно и в моей?! Это такое полицейское развлечение?! Брайан — творческий человек, у него тонкая душевная организация! Вы думаете, после того, что́ он увидел в той квартире, он способен заниматься искусством? Он пожаловался мне, что не может спать по ночам. А теперь еще, побывав в ваших застенках, он не в состоянии находиться один! Из-за вас он со вчерашнего дня пустился в загул со своими друзьями-пьяницами! У них и ночует!

— Он чего-то боится?

Дрожащими руками девушка попыталась вставить сигарету в мундштук, сломала ее, швырнула в корзину. Глаза ее заблестели, она почти всхлипнула:

— Ничего он не боится, он такой легкомысленный! А вот я боюсь — боюсь, что он влип в какую-то ужасную историю!

— У вас имеются какие-то основания для опасений?

— Нет у меня никаких оснований! — раздраженно бросила мисс Коллинз, предпринимая новую — на этот раз удачную — попытку зарядить мундштук.

— Вы близкие люди; возможно, Шерман с вами поделился?

— Ничем он не делился! Я просто чувствую, вот и все. Извините, если мы закончили, то мне нужно работать.

Инспектор встал. Попрощавшись, сказал:

— Если все же вы что-то вспомните, мисс, сообщите мне — ведь нужно разобраться, пока не поздно.

Не глядя на него, девушка молча кивнула. Уходя, Найт слышал, как она чиркает спичкой о коробок — раз, другой, третий…

Кабинет инспектора Найта в Скотланд-Ярде был пуст — видимо, констебль Лейтон все еще корпел над папками в канцелярии. Найт уселся за стол и принялся кратко записывать содержание своей беседы с Мэри Коллинз. Закончив, сравнил с тем, что узнал от жены банкира, и мысленно посетовал: «Женщины! Они разговаривают, совсем не слушая друг друга? Или улавливают только то, что совпадает с их собственными мыслями? Или даже не с мыслями — с ощущениями. Впрочем, — добавил он справедливости ради, — порой и мужчины ведут себя так же».

Дверь распахнулась, и в кабинет влетел стажер: щеки его раскраснелись, глаза горели.

— Лейтон! — поприветствовал его инспектор. — Вижу, вы стоите на пороге какого-то величайшего открытия.

— Вполне возможно, сэр! — воскликнул тот. — Сержант Эванс дал мне верную подсказку. По его совету я стал просматривать журнал, куда заносятся ежедневные происшествия. Кстати, сэр, это оказалось крайне увлекательно! Вот, к примеру, кого задержали вчера, — он раскрыл свой блокнот: — тридцать воров; сорок человек, которые были пьяны и буянили; шестнадцать были просто пьяны; десять хулиганов и восемь проституток нарушали общественный порядок; шестеро арестованы за нападение на полицейских; четверых задержали просто как