Наша погибель - Эбигейл Дин

– Замечательно. Они хотят окунуться в прошлое. Мы можем поговорить с ними о наших общих потрясениях. Ты же любишь такую чепуху.

– А то нет? – хмыкнул Эдвард. – Прямо дождаться не могу, когда мне представится подобная возможность.

Изабель

Май 2001 года

– Эдвард? – позвала я. – Что-то случилось с наружным освещением.

До твоего появления оставался двадцать один день, но ты уже побывал у нас в гостях.

Это были последние недели нашей обычной жизни. Я высаживала в симпатичные фарфоровые вазоны зелень, которую Эдвард собирался использовать как приправу к своим кулинарным блюдам. Мы выбрали их вместе в прошлый уик-энд, когда, смущенные тем, что приближаемся к зрелому возрасту, посетили в Форест-Хилл торговый центр для садоводов. Было начало девятого, и я уже не могла разглядеть ямки в земле. Я остановилась возле двери в кухню и щелкнула выключателем. Сад остался таким же темным.

– Тебе нужно проверить зрение, – заметил Эдвард.

– Пожалуй, – ответила я. – Но вряд ли я смогу сделать это сегодня.

Он попытался сам включить свет. Я следила за ним долгим настороженным взглядом. Он заменил лампочку и сделал вторую попытку. Ни Эдвард, ни я ничего не понимали в осветительных приборах. Мы были из тех людей, которые готовы заплатить любому, кто сможет повесить картину на стену.

– Не знаю, в чем дело, – сказал Эдвард. – Надо будет вызвать мастера.

– Давай отложим до выходных, – предложила я. – Это не так уж и срочно.

Погода в уик-энд выдалась солнечной, и мы, вместо того чтобы заняться электрикой, заказали себе номер с завтраком в Элфристоне, переночевали там и прогулялись пешком от Льюиса до Истбурна. Мы проходили мимо пчелиных ульев и окруженных садами пабов, зарослей калужницы и пляжей, наслаждаясь умиротворением, которое летом царит в сельской местности.

* * *

– Не могу найти свои наушники, – сказала я.

До твоего появления оставалась еще неделя. Ты уже выяснил, что для надежного закрытия двери требуются два лишних поворота замка. Ты знал, что мы обычно спешим, часто бываем пьяными и порой плохо запираем дверь на ночь.

– Ты, случайно, не положил их к себе в чемодан? – спросила я у мужа.

Было субботнее утро. Эдвард собирался лететь в Нью-Йорк. Я думала о Бёрджесс-парке, пляжных полотенцах и книгах.

– Нет, здесь только мои. Ты не могла оставить их на работе?

– Я надевала их по дороге домой вчера вечером.

– Ну тогда не знаю.

– Они лежали на кухонном столе. Уверена на девяносто девять процентов.

– Ох уж этот один процент! – улыбнулся Эдвард и закрыл свой чемодан.

Я ощутила обычную странную тоску, накатывающую на меня, когда муж собирался уезжать. Она мучила только сильнее, когда он еще был здесь, когда я видела рядом того, кого мне вскоре будет так не хватать.

– Иди сюда, – сказал Эдвард, широко раскрыл руки и заключил меня в объятия.

Двадцать пять лет спустя, увидев наушники в пакете для вещественных доказательств у Джорджа, я вдруг поняла, Найджел, что никогда даже не связывала их исчезновение с тобой. Пропажа каких-то наушников позабылась в кошмаре того, что случилось позже. Я и представить не могла, что ты бродил по комнатам нашего дома, осматривал все наши обычные вещи и ценные артефакты и размышлял, что из этого заберешь с собой. Какими же мы были претенциозными, абсолютно типичными и предсказуемыми. Стеллаж для вина, кофемашина «Неспрессо», дозаторы для мыла и геля. Сушилка для посуды, DVD-диски, журналы «Нью-Йоркер» и «Санди таймс стайл», цветы на каминной полке, ароматическая свеча, задутая несколько часов назад. А в прихожей – кроссовки «Адидас», ботинки «Угг» и модный новый плащ, висевший на перилах.

Должна признаться: ты мог забрать любую вещь и мы бы лишь нахмурились, немного подумали, куда же она подевалась, и заменили ее другой. Видимо, именно поэтому ты и остановился той ночью на моем обручальном кольце и плюшевом мишке в оксфордском свитере. Ты месяцами наблюдал за нами и пришел к решению: вот вещи, по которым они наверняка будут скучать.

* * *

Эдвард не возвращался до четверга. Ты приходил к нам на той неделе, Найджел? А если приходил, то был ли разочарован, застав меня в постели одну? Проснувшись ночью, я на мгновение задумалась: никак не шли из головы исчезнувшие наушники. Я ведь не из тех, кто теряет вещи. Мысленно я представила их там, куда положила, как теперь уже точно помнила: на самом краю кухонного стола, поверх квитанции из налоговой инспекции.

Спала я плохо. Устала после работы. В саду визжали лисы. В четверг я видела, что зелень кто-то вытоптал. На земле остались отпечатки лап или фигурной подошвы.

В среду вечером я вернулась с работы в самом начале десятого и засунула тарелку с ужином в микроволновку. Потом сняла платье, липкое от пота на запястьях и плечах, достала из холодильника пиво и приложила бутылку к шее. Заглянула в ящик в поисках открывашки, и тут кто-то постучал в дверь кухни, легонько так, словно ветка.

Я вздрогнула от испуга. В дверном стекле отражалась только я сама, застывшая с широко открытыми глазами, в трусах и лифчике. «Возьми себя в руки», – приказала я себе. Нашла открывашку, взяла пиво с собой наверх и надела свитер Эдварда. Я решила, что так испугалась, потому что его нет дома. Потому что я устала и была совсем одна.

Эдвард прилетел в четверг утром. Помню, какое я испытала облегчение при звуке его ключа, открывающего дверь. Вид у мужа был усталый. От него пахло самолетом, другим городом. Он прижал меня к груди и погладил по волосам на затылке. Эдвард все еще держал в руке чемодан. Он купил мне новые наушники в дьюти-фри.

– Надеюсь, у нас будет спокойная пятница? – спросил он.

Тем вечером Эдвард сонно лежал на диване, а я делала ему минет. Когда он уже готов был кончить, я взобралась на него и плавно заводила бедрами.

– Я соскучилась по тебе, – сказала я.

– Я заметил.

В пятницу мы вместе готовили на кухне пасту болоньезе. Я заставила Эдварда слушать песню Боуи в моих новых наушниках. Мы посмотрели серию «Клана Сопрано», ту самую, в которой Джуниора выпустили из тюрьмы. Потом встали с дивана. Поднялись наверх и разделись. Я быстро заснула: Эдвард был рядом, и я чувствовала его теплое, знакомое тело, прижавшееся ко мне.

Ты пришел, конечно.

Взял еду из нашего холодильника.

Поднялся по лестнице.

И зашел в нашу спальню.

Эдвард

Показания давал только Закари. Его жена сидела