Мрак наваждения - Чжу Минчуань

Эта сцена заставила рассмеяться даже такого неэмоционального человека, как Ян Кэ. Мальчик ничего не понял, но, увидев, что кто-то смеется, тоже залился хохотом. Понятно, что я не стал бы ничего предъявлять настолько маленькому ребенку, но если я сразу не замою пятно на рубашке, то потом уже не отстираю ее. Поэтому я снова взял малыша на руки и всучил его Ян Кэ. Он совсем не хотел его брать, даже попытался быстро надеть обувь и убежать, но не успел и шагу ступить.

– Я пошел в туалет замывать пятно, – указал я на отметину, оставленную Сяо Тянем.

– Ах ты…

Ян Кэ не мог оттолкнуть ребенка, а потому мужественно терпел, пока тот остервенело терзал его.

Не дав Ян Кэ шанса отругать меня, я выскользнул из ординаторской в вестибюль и побежал в сторону мужского туалета. Но как только я собирался туда зайти, я увидел, что ко мне по коридору амбулаторного отделения идет женщина в красном плаще. Я понял, что это была Юэ Тинши, и, убрав уже занесенную через порог уборной ногу, отступил обратно в коридор. Ночью в Наньнине дул холодный ветер, по вестибюлю гулял сильный сквозняк. Я вздрогнул и снова взглянул на Юэ Тинши, которая медленно плыла ко мне, окруженная красным сиянием – белый свет электрических ламп падал на ее красный плащ и причудливо отражался от него.

– Почему ты сегодня назвал меня Ян Янь? – сразу перешла к делу Юэ Тинши.

– Я думал, ты… Да нет, это я тому пациенту крикнул: «Не буянь!» Ты ослышалась.

Я побоялся сказать Юэ Тинши правду, опасаясь, что она примет меня за сумасшедшего.

Высокая Юэ Тинши посмотрела на меня сверху вниз, словно я был преступником на допросе:

– Правда?

– А что? Ты знаешь кого-то по имени Ян Янь? – робко спросил я.

Юэ Тинши была врачом из третьего отделения, специализировавшегося на психических заболеваниях у детей. Хоть она и держалась ото всех особняком, но умела располагать к себе людей. Заметив, что я сильно занервничал, она стала успокаивать меня, как ребенка:

– Ты что, испугался? Да я просто так спросила, не переживай… Тай Пинчуань.

– А… ты знаешь? – поразился я.

– После того как тебя положили в больницу, эта новость разлетелась быстро. Если бы не твоя хорошая репутация, главврач давно бы тебя уволил, потому что именно из-за тебя у нас были большие неприятности, – сказала Юэ Тинши без обиняков.

«Неудивительно», – подумал я.

– Кстати, на твоем месте я бы держалась от Ян Кэ подальше. Все, кто был в его окружении, плохо кончили. Мне кажется, этот урок ты уже усвоил, – обронила Юэ Тинши и перестала обращать на меня внимание.

Слушая, как постепенно затихает дробный стук ее высоких каблуков, я стоял у входа в мужской туалет и размышлял: могла ли Юэ Тинши знать Ян Янь, или она намекнула мне, что она и есть Ян Янь? Я и раньше предполагал: странно, что Юэ Тинши совершенно не расположена к такому красавчику, как Ян Кэ. Не могла же она думать, будто Ян Кэ просто изменял Чжан Цици за ее спиной? Неужели они на самом деле были братом и сестрой и поэтому у нее не возникло никаких романтических чувств к умному и красивому мужчине? Только вот если Ян Янь действительно не умерла и, изменив личность, устроилась работать в больницу Циншань врачом, это было больше похоже на сюжет мыльной оперы.

В этот момент дверь женского туалета скрипнула, и оттуда вышла женщина в таком же красном плаще. Она стояла ко мне спиной, на ее голову был наброшен капюшон. Все ее тело было скрыто в складках плаща, виднелись только ноги, обутые в черные туфли на высоком каблуке. Часы приема давно закончились, пациентам из стационара запрещалось разгуливать где попало. Мне стало очень любопытно, кто она такая, и я тут же захотел догнать эту женщину и взглянуть на нее.

Но мне позвонил Ян Кэ и сразу же стал на меня наседать:

– Алло! Чэнь Путянь, ты где вообще? Дуй обратно!

– Я только что видел кое-кого…

Когда я поднял глаза, женщина в красном уже исчезла.

Вслед за этим в коридор вышел Ян Кэ, держа в одной руке сына Чжань Жэньхуэя и прижимая смартфон к уху другой:

– Что ты там копаешься?

– Ты не видишь тут женщину? – ответил я в трубку.

Ян Кэ отрицательно покачал головой.

Я собирался пойти в комнату охраны, чтобы посмотреть записи видеонаблюдения из коридора, но понял, что лицо женщины в красном скрывал капюшон, да и голову она тоже опустила низко. В общем, от записей не было бы толку. Мы с Ян Кэ обменялись растерянными взглядами, когда вновь услышали, как издалека донесся стук каблуков. Я оглянулся и увидел, что это Юэ Тинши зашла обратно в больницу. Она улыбнулась мне и сказала, что забыла одну вещь на работе. Сказав это, коллега опустила голову и что-то быстро напечатала в телефоне. Я понятия не имел, кому она отправляла сообщение.

В этот же момент наши с Ян Кэ телефоны завибрировали.

Я разблокировал экран и увидел очередное сообщение от Сяо Цяо. Его содержание было таким же жутким, как и в предыдущие разы.

4. Одержимость эстетикой Венеры

Той ночью вы были в морге. Я сдержу свое слово и скажу вам, где сейчас Ян Сэнь. Он находится в психиатрической лечебнице Цяотоу, в Лочэн-Мулаоском автономном уезде.

Сяо Цяо давно умерла, это было ясно как день. Но неизвестно, мог ли кто-то украсть ее телефон и с помощью него дурачить меня, Ян Кэ, У Сюна и заведующего. Возможно, и другие получали от нее сообщения, но из-за того, что ее родители тогда закатили скандал в больнице Циншань, ни у кого не хватило духу узнать у них, аннулировали ли они номер дочери.

Тем вечером, когда я заметил, как Юэ Тинши отправляла сообщение, я ни с того ни с сего почувствовал, что у нее в руках телефон Сяо Цяо. Чтобы удостовериться, я быстро перезвонил на номер Сяо Цяо, но снова услышал в трубке, что аппарат абонента выключен. Вскоре Юэ Тинши открыла дверь приемной третьего отделения и скрылась за ней. Коридор снова наполнился шумом ветра. Я не стал оттирать пятно и вернулся в ординаторскую.

– Что думаешь? – очень осторожно спросил я Ян Кэ.

Ян Кэ взял на руки ребенка и встал, прикрыв ему рот ладонью:

– Думаю, что этому человеку нет смысла нас обманывать.

– Так