Вопрос времени - Джеймс Хедли Чейз

Бромхед смотрел телевизор, когда зазвонил телефон.

– Джек? – по свистящему дыханию Бромхед узнал Солли Маркса.

– Это я.

– Жду тебя завтра во «Франклине», в шесть вечера. – И в трубке раздались гудки отбоя.

Бромхед положил трубку. Поднялся, выключил телевизор. Постоял, глубоко задумавшись. Просто так Маркс звонить не будет. Джеральда увезли в Лос-Анджелес три недели назад. Или возникли непредвиденные осложнения, или Маркс полагает, что полученные ранее деньги уже отработаны.

Вот тут Бромхед, пожалуй, впервые занервничал. Разумеется, операция намечалась долговременной, и это был бы самый безопасный вариант, но он начал осознавать, что в силу сложившихся обстоятельств ему не останется ничего другого, как ускорить естественный ход событий.

Прикинул, стоит ли посоветоваться с Шейлой, но пришел к выводу, что лучше обойтись без нее. Чувствовалось, что ей нельзя полностью доверять, если дело касалось Джеральда. Пожалуй, она закатила бы скандал, если б узнала, как с тем обошлись. Короче, Бромхед решил переговорить с ней после встречи с Марксом.

На следующий вечер он нашел Маркса в вестибюле «Франклина» с сигарой и бокалом виски. Мужчины обменялись рукопожатиями, и Бромхед присел рядом с толстяком. В этот час в вестибюле не было практически ни души. Бармен-негр принес Бромхеду виски со льдом.

– В чем дело? – спросил Бромхед после его ухода. – Неприятности?

– Ваш протеже выкаблучивается.

Бромхед отпил виски.

– Я заплатил вам десять тысяч, чтобы он ни в чем не знал нужды.

– Совершенно верно, но с той поры прошло двадцать девять дней. Достаточно долгий срок. Хэнк начал уставать. Два дня назад ваш протеже сбежал. Хэнк поймал его на автовокзале. Он как раз садился в автобус, чтобы приехать сюда.

– Каким образом ему удалось удрать?

Маркс пожал плечами:

– Хэнк не может проводить с ним двадцать четыре часа в сутки. Он полагает, что нужен второй охранник. В этом есть резон. Хэнк должен спать. Нанимать второго охранника?

Бромхед осушил бокал. Все ясно. Снова придется платить. Но он напомнил себе, что успех операции принесет ему куда больше денег.

– Сколько?

Маркс глубоко затянулся, выпустил струю дыма.

– Ситуация больно скользкая, Джек. Если ваш протеже вырвется на волю, а он всячески к этому стремится, он может подать на Хэнка в суд за похищение. Так что с вас еще десять тысяч.

– А другой цифры вы не знаете? – резко спросил Бромхед. – Почему всегда десять?

Маркс уставился в потолок.

– Я же говорю, возможны осложнения. Вы хотите надежного охранника, не так ли?

Бромхед понял, что деваться некуда. Теперь его долг возрастал до тридцати двух тысяч, но он полагал, что может такое позволить. Ему и Шейле доставалось гораздо больше.

– Ладно. – Он достал блокнот и выписал расписку еще на десять тысяч долларов. Вырвал лист и отдал Марксу.

Тот внимательно прочитал расписку, затем посмотрел на Бромхеда.

– Вы затеяли большое дело? – Впервые за время их знакомства он проявил любопытство.

– Достаточно большое, – с каменным лицом ответил Бромхед.

Маркс кивнул, убрал расписку в бумажник.

– Хорошо, Джек, о вашем протеже позаботятся, но учтите, ему это не нравится. Я не несу ответственности за то, что он сделает, оказавшись на свободе. Хэнк говорил мне, что пару-тройку раз ему пришлось применить силу, чтобы успокоить его.

– Мы еще успеем подумать об этом.

Маркс пожал плечами:

– Думать придется вам, а не мне.

Бромхед понимал это и сам. Он встал.

– Подержите его еще недельку. А потом я им займусь.

– Когда вы намерены выплатить долг, Джек? – спросил Маркс, глядя на него снизу вверх.

– Не знаю. Спешить мне нельзя. Вы же получаете процент.

– Через три месяца процент возрастает, – пояснил Маркс. – До сорока. Еще через три – до пятидесяти.

– Вы не забываете о своих интересах, не так ли?

– Нет… кроме того, у меня есть люди, которые собирают долги. – Маркс глотнул виски. – Я подумал, что уместно напомнить вам об этом.

– Я знаю, – кивнул Бромхед. – Слышал о них.

До него действительно доходили слухи о головорезах, которых Маркс напускал на должников. Они заявлялись со свинцовой трубой, завернутой в газету, и вежливо предлагали вернуть долг. Если клиент отказывался выполнить просьбу, его превращали в идиота несколькими ударами по голове.