Однажды… - Ильгар Ахадов

и сейчас котировался. Но как командир полностью облажался. Его бойцы бездарно окружили больницу, охрана которой наглухо заблокировав оба имеющихся подъезда, начала отстреливаться с верхних этажей. Имелись раненые – один тяжелый. Самого Димона тоже слегка зацепило. Теперь он за одним из вспомогательных строений с окровавленной щекой и тяжело дыша, объяснял нам ту дерьмовую ситуацию, в которой оказался.

То там, то здесь слышались автоматные очереди, выкрики и треск ломающихся от пуль оконных стекол.

– Я ж хотел без крови!.. На последнем этаже – пятое слева окно – снайпер. Гад!.. Загрызу, если доберусь!.. Эх, дурья моя башка, надо было всех сразу… – сокрушался он. – Пока я пытался уговаривать, те суки внутри забаррикадировались и заняли позиции. Еще и этот депутат хренов по рации затрепал, так они совсем осатанели.

– Почему не отвечал?

– Да уронил я эту чертову рацию, когда пальба началась, – махнул он рукой. – Думал, сходу справлюсь… Свои же! Чтоб Медуза их на хрен!.. – он виновато отвел взгляд.

– …

– А где Федька, Андрюха?

– Скоро будут.

– Нет!.. – Димон чуть не подпрыгнул. – Сюда ведет единственная дорога. Она кружится, теряется за лесочком, но где-то просматривается даже отсюда как на ладони. Стрелок во все движущееся палит. Странно, что вас пропустил…

“Подумал, свои…”

Словно прочитав мои мысли, Димон отчаянно взревел:

– Теперь точно обстреляет! Давай, предупреди!..

Видя, что я замешкался, он вцепился в мою куртку, пытаясь отыскать рацию. Резким ударом под дых, я согнул его пополам. Нельзя было допустить панику. Боец рядом задергался, но перехватив взгляд Толика, счел за благо не вмешаться. В это время возобновилась стрельба.

– Успокойся, – крикнул я в ухо почти невменяемому Димону, – с ними ничего не случится. Толик, быстро тащите Мухи!.. Покажи, где бьет снайпер, – спросил я у побежавшего за боеприпасом бойца. Схватив у стены цинковый ящик с патронами, тот поманил за собой:

– Вот… – чуть высунувшись, указал пальцем. Тут же одиночная пуля оторвала кусок штукатурки в нескольких сантиметров выше его головы. – Твою мать!..

– Куда прешь!.. – наорал на него подошедший с бойцами Димон. Он, чертыхаясь, то и дело глазел на дорогу, откуда должны были появиться Федор с Андреем.

За бугром показались Романовы по несколько снарядов у каждого на плече.

– Нужны броники… Сними, – обратился я к бойцу рядом.

– Зачем? – тот подозрительно покосился. – А ты кто?

– Выполняй! – Димон нетерпеливо рявкнул.

– Нужны еще… – я наблюдал как еще несколько бойцов начали снимать жилеты. – И нужен доброволец. Надо чтобы кто-то отвлек. Оденем на него броники, прикроем тело, голову, и пусть побежит… хотя бы шагов 5. А я сниму стрелка.

Бойцы огляделись. Один заворчал:

– Стрелять и мы можем. Вот сам и побеги.

– Ты будешь стрелять? – я пытливо спросил.

– Ну!.. Что я, с Мухи не стрелял?

– Хорошо. Но если промажешь, на тебя гороховое платье наденут…

Романовы уже аккуратно сложили снаряды, услышав реплику, синхронно наставили калаши к ворчуну.

– Командир, смотри!..

Один из бойцов указал на дорогу, в конце которой показалась еле различимая точка. Приглядевшись, Димон в отчаянии бросился к броникам.

– Я сам!..

– Да подожди ты, отец… – “Ворчун” быстро скинул с себя камуфлированную куртку, он уже был в жилете. Вырвав из рук Димона второй, неуклюже попытался надеть.

– Помогите! – я остальным.

Из нескольких жилетов соорудили что-то вроде кругового щита вокруг тела.

– В ноги стрелять не успеет, – я одобряюще похлопал ему по панцирю.

– Я ничего не вижу…

– Это не обязательно. Через секунду как побежишь, стрелок взлетит в воздух… – А вы, – обернулся я к бойцам, – берите по снаряду, и как я сниму стрелка, одновременно палите по подъездам. Взрывы ошеломят противника и образуют проход… Да, вломиться внутрь группами! Одна вторгается, другая прикрывает, подавляя огневые точки на этажах. Димон, распределите бойцов…

Сходу взял одно из орудий. Вытащив снаряд, прикинулся к прицелу, отрегулировал. Мои движения повторили и другие.

– Готов?..

Ворчун замер.

– …Пошел! – я гаркнул…

Не знаю, от волнения ли или от страха, он сразу поскользнулся. Послышались два свистка – обе пули врезались в “живца”, вернее, в его бронепанцирь.

Может разницей в доли секунды, я высунулся и нажал на пуск снаряда…

Наверно стрелок успел бы и меня зацепить. Но, видимо, что-то не сработало в его психике. Может от осознания, что через секунду превратится в труп, он оцепенел. Может попытался откатиться в сторону. Я этого не узнаю. После собирали его обгоревшее тело.

Я успел втянуться обратно, а взрыв превратил оконную нишу, где секунду ранее окопался стрелок, в черно-серую амбразуру. Еще через секунды – другие взрывы.

– Пошли-пошли!.. – раздались подбадривающие выкрики, и бойцы стремительно вломилась в образовавшиеся проходы.

В здании возобновился бой. Стреляли короткими очередями, которые оглушали взрывы гранат.

Ворчуна тотчас потащили в укрытие. Он тяжело дышал и матерился. Видимо, даже через двойную броню СВД наследила на его теле.

– Молодец! – я взъерошил его русые волосы.

– Ага…

За бугром, где были припаркованы машины, показались Андрей с Федором. Между ними Косой в наручниках. Я посмотрел на усталую физиономию коменданта, на его рассеченную губу.

– Есть такой фильм – “Назад дороги нет”.

– Да, еще “Кортик” и “Самогонщики”. Что хотите?

– Надо отбить Корейца и взять Казанцева. Тебе зачтется. Поможешь?

– А у меня есть выбор?.. – Косой мрачно протянул руки.

Я кивнул, и Андрей снял железяки. Комендант немного помассировал застывшие кисти.

– Поторопитесь. Не факт, что Кореец жив.

Он лишь подтвердил мои догадки.

– Объяснись!

– Там медики. На самом деле эта команда киллеров. Старший Степан Конев. В случае чрезвычайки Корейца ликвидируют.

У Трофима были широкие планы. Он хотел все бригады Москвы под себя подмять, лидеров ликвидировать. Особенно вас, зверей21. Он их терпеть не мог.

– Где теперь этот Степан?

Косой пожал плечи:

– Если дурак, то в штабе с Казанцевым. Но он не дурак. Тогда смылся, узнав о смерти босса. За ним не один грех числится. И другана твоего батьки он пришил, – кивнул он Федору.

– Плешивого? – тот мрачно уточнил.

– Ну да. Каж, погоняло у того было такое. Дедок Трофима прилюдно послал… Там один из людей Степана, – кивнул он в сторону здания, где все еще продолжалась стрельба. – Может уже пришил Корейца.

– Так Тощего нет в живых! Какой резон?

– Это единственный шанс. Если он не идиот, то должен понять, что за Корейца его прожуют.

– Что предложишь?

Тот прислушался:

– Верхние этажи еще держатся. Постараюсь переубедить пацанов. Я все-таки еще комендант… Ты сказал, зачтется?

– Однозначно.

– Ну, пошли. Дайте броник…

Он действительно помог.

Нижние этажи бойцы сходу взяли.