Сыворотка счастья - Дарья Калинина

– И он поверил?

– Ну, вообще-то он не только со мной одним поговорил. Но другие более или менее держались. Ни да, ни нет ему не говорили, открыто врать ему никто не решился, но и правды всей тоже не сказали. Мекали и блеяли, но козлом отпущения все равно меня одного сделали! Через несколько дней стало известно, что лабораторию нашу прикрывают. Всех других ученых Прохор Степанович под свое крыло взял, куда-то их перевел, в другом месте они уже лично на него работать стали. А меня он уволил. И еще наплел всем про меня напраслину. Сказал, что я алкоголик и что язык за зубами держать не умею.

– Удивительно, – воскликнула Лиственница, – и с чего бы Прохору такое про вас говорить?

Саша с осуждением покосился на нее. Зачем издевается над хорошим человеком? Но к его удивлению, лицо девушки и впрямь горело искренним возмущением.

Ветеринар взглянул на девушку с благодарностью и продолжил:

– И так меня Прохор перед всеми возможными работодателями ославил, что после этого увольнения никто меня к себе брать не хотел. И даже кто и хотел, те все равно не брали, потому что опасались, что им от Прохора прилетит ответочка. Он всем пригрозил карами, если кто-нибудь меня трудоустроит к себе. И снова именем своего брата прикрывался. Некоторые люди мне даже прямым текстом говорили, что брать меня на работу не велено.

– Отомстил он вам!

– Отомстил ужасно. И если бы не Федор Степанович, то я бы совсем пропал. До того дошло, что меня даже лаборантом не брали. А ведь у меня кандидатская степень. И докторская почти готова. Я бы ее защитить мог, если бы с Прохором Степановичем дружить продолжил. Он мне это открыто заявлял. Мол, мне слава и деньги, а тебе докторская степень. Такое исследование меньше, чем на докторскую, никак не тянет.

– А чем именно вы занимались?

Но ветеринар то ли не услышал, то ли не захотел ответить и продолжал говорить другое:

– И все бы у нас с Прохором чудесно получилось, всего-то и надо было, что брату его соврать. И потом делать вид, что все идет прекрасно, а что подопытные мрут, так это чистая случайность; или вовсе их смерти скрывать.

– Такой вариант Прохором тоже рассматривался?

– Говорю же, он человек без стыда и совести!

– То есть Прохор Степанович предлагал вам стать соучастником убийства? Да еще не одного человека, а нескольких?

– Ну, не совсем так. Приглашать в подопытные предполагалось только тяжело или даже безнадежно больных людей. Тех, на кого официальная медицина давно махнула рукой. В общем-то, им терять было все равно нечего. Но знаете, одно дело, когда человек сам от своих болячек в положенный ему срок загнется. И совсем другое, когда ты знаешь, что ты своими руками этот срок ему приблизил. Согласны со мной?

Молодые люди подтвердили, что целиком и полностью согласны. А в глазах Лиственницы теперь горел огонь, словно то были отблески от костра, унесшего жизнь Джордано Бруно. Казалось, что его блеск пронесся сквозь тьму веков до наших дней и осветил собой чахлую и невзрачную фигуру сельского ветеринара, сделав его не просто героем, но и мучеником за свои идеалы.

И такова была сила этого пламени, что сам ученый тоже его почувствовал на своей коже. И рука его, уже потянувшаяся за очередной стопкой спирта, на полпути остановилась, а потом так же тихо опустилась. И больше ветеринар на бутыль со спиртом уже не смотрел. Не хотелось ему отвлекаться от глаз Лиственницы, из которых исходил свет, осенявший его почти божественным нимбом.

– Я уверена, что у вас все будет хорошо, – ласково произнесла Лиственница. – Вы поступили совершенно правильно. И я… горжусь вашим поступком.

– Ничего такого я не совершал. Говорить правду в любой ситуации учили меня родители. Кстати, меня Герман зовут.

– Евгения.

Надо же, удивился Саша, а у Лиственницы-то, оказывается, есть вполне обычное имя. Вот только представляется она им далеко не всем, а лишь избранным.

Но как ни был рад Саша за этих двоих, которые нашли друг друга, ему было необходимо узнать остальные подробности о работе лаборатории генерала. И он не видел другого выхода, кроме как раскрыть свой истинный интерес в этом деле.

– Скажите, а имя Барчукова Семена вам знакомо?

Саша задал этот вопрос не случайно, он понимал, что пришло время открыться Лиственнице. Но не представлял, что прозвучавшее имя ее дяди вызовет такой шок у девушки.

Она подскочила на месте, потом отпрыгнула к стене, выставив впереди себя кулачки, словно собиралась ими защититься от опасности. Это было очень мило, вот только Лиственнице было не до шуток.

– Кто ты такой? – воскликнула она. – Тебя подослали ОНИ?

Она сжала кулаки покрепче, всем своим видом давая понять, что собирается дорого продать свою жизнь.

– Никакие ОНИ меня не подсылали. Я действую в интересах своего дяди. И сегодня в засаду у меня на квартире ты угодила не случайно.

– Ты меня обманул!

– Я тебе наврал, – признался Саша. – Солгал, что я тут ни при чем. На самом деле у меня есть личный интерес в этом деле. И мой дядя Коля всю жизнь проработал вместе с твоим дядей в одной конторе. Город Н…ск. Тебе это название о чем-нибудь говорит?

– Да. Дядя прожил там всю свою жизнь.

– И мой тоже! И работали они тоже вместе. А потом участвовали в одном и том же эксперименте, после которого на моего дядю стала валиться одна неприятность за другой. Но втянул его в этот эксперимент твой дядя – Барчуков Семен!

– Дядя сам стал жертвой! – воскликнула Лиственница. – ОНИ буквально преследуют его по пятам! И если найдут, то убьют непременно!

– Но почему?

– Потому что дядя единственный, кто знает все про те испытания. И он ИМ стал теперь опасен! ОНИ хотят замять всю эту историю, а дядя Сеня считает, что такие вещи нельзя допускать.

– Ты ведь неспроста стала встречаться с племянником нашего генерала? Познакомиться с Валечкой тебе велел твой собственный дядя!

К счастью, Лиственница не стала запираться.

– А хотя бы даже и так! – с вызовом произнесла она. – Да, дядя сказал, что нуждается в моей помощи. Показал мне этого Валечку и попросил, чтобы я нашла возможность стать с ним ближе. Но я ничего не знала о том, что Валечка – это родственник Федора Степановича. И его самого я никогда раньше не видела.

– Но слышала, да?

– В разговоре дядя Сеня как-то проронил, что у него есть покровитель на самых верхах, что он настоящий генерал. И имя его назвал. Вот и все! А что Валечка имеет отношение к генералу, я не знала. Просто стала встречаться с ним, как и просил меня дядя.

Мужчины быстро западали на яркую Лиственницу, и недалекий Валечка не стал исключением. Он стал легкой добычей и мгновенно влюбился в девушку, а Лиственница стала выполнять указания своего дяди.