Она умерла как леди - Джон Диксон Карр

– Да, – сказал он. – Говорите. – Телефон, казалось, давился от смеха. Здоровый глаз Крафта устремился на Г. М. – Да, он сейчас здесь. Сидит рядом со мной.

Г. М. с трудом выпрямился.

– Кто это? – осведомился он.

– Старший инспектор Мастерс. – Крафт прикрыл рукой микрофон. – У вас есть для него какое-нибудь сообщение?

– Да. Скажите этому грязному псу: я надеюсь, что он подавится.

– Сэр Генри передает вам свои наилучшие пожелания, старший инспектор… Что-что? Разумеется, я трезв!.. Да, его палец гораздо лучше… Нет, не могу сказать, что он наслаждается отдыхом.

– Два дня подряд меня чуть не убивают, а он спрашивает, наслаждаюсь ли я отдыхом! Дайте мне поговорить с этим занудой!

Крафт снова прикрыл микрофон.

– Вы слишком взбудоражены, сэр. А кроме того… они нашли это.

По телефону говорили долго, хотя мы не могли разобрать ни слова. Остальные молчали. Феррарс откинулся на спинку кресла, скрестив ноги в грязных фланелевых брюках и сунув руки в карманы серого свитера. Ворот его рубашки был расстегнут, демонстрируя вздрагивающий кадык. Он смотрел на висящий над камином портрет Риты, и в его взгляде светилась жалость. Потом он закрыл глаза.

Лицо суперинтендента Крафта стало неподвижным, как его стеклянный глаз. Достав из внутреннего кармана записную книжку и карандаш, он положил книжку на телефонный столик и начал быстро писать. Наконец Крафт вздохнул, произнес слова благодарности и положил трубку. Когда он повернулся, его лицо было мрачнее обычного.

– Ну, сэр, – со вздохом признался суперинтендент, – похоже, вы были правы.

– Конечно прав, сынок.

– И может быть… – Крафт посмотрел на меня, – доктор тоже был прав.

– Прав насчет чего? – спросил Феррарс, открыв глаза.

– Говорите, сынок! – нетерпеливо сказал Г. М. – Я гощу в доме этого парня и знаю его. Он не станет болтать.

Крафт заглянул в записную книжку.

– Вы когда-нибудь слышали о театральном буклете под названием «Спотлайт»?

– Разумеется. Это рекламное издание для актеров.

– Полиция нигде не могла найти фотографию Барри Салливана, но в офисе «Спотлайта» обнаружился старый снимок. Этим утром они отнесли его в американское консульство на Гроувнор-сквер. – Крафт смотрел на наконечник своего карандаша. – В консульстве нет сведений ни о каком Барри Салливане. Но одна из девушек в американском паспортном отделе сразу его узнала. У них имеются его фотография и отпечаток правого большого пальца – это новая военная мера, – так что мы достаточно легко можем это проверить. Настоящее имя «Барри Салливана» – Джейкоб Мак-Натт. Он родился в 1915 году в Литл-Роке, штат Арканзас. Я записал все данные. – Крафт постучал по записной книжке. – Может быть, вы читали в газетах, что американский лайнер «Вашингтон» прибывает в Голуэй на этой неделе?

– Да, – ответил я. – Алек Уэйнрайт упоминал об этом.

– Чтобы забрать американцев и их семьи, которые хотят вернуться в Соединенные Штаты?

– Да.

– Джейкоб Мак-Натт, он же Барри Салливан, – медленно произнес Крафт, – вместе с женой зарезервировал место на «Вашингтоне» некоторое время назад.

В голове у меня начали складываться смутные очертания истинной картины событий.

– С женой? – переспросил Феррарс. Крафт кивнул.

– Мы не смогли раздобыть фотографию миссис Уэйнрайт, – объяснил он. – Но один из джентльменов в американском консульстве узнал ее по описанию. «Женой» была Рита Уэйнрайт. Он должен был это знать, так как выдавал ей визу в Штаты.

Я поднялся со стула, но снова сел.

– У нее был британский паспорт, выданный на имя Риты Дюлейн Мак-Натт. А внизу стояло официальное примечание: «Жена американского гражданина». Согласно американскому закону, англичанка, которая выходит замуж за американца, не принимает гражданство мужа. Она сохраняет собственный паспорт.

– Но Рита не вышла замуж за Салливана! – возразил я. Крафт фыркнул.

– Она заключила с ним брак, так как должна была получить этот паспорт.

– У Риты был другой паспорт! Я видел его в ящике туалетного столика наверху!

– Он был для нее бесполезен. Понимаете, доктор, корабль должен забрать только американцев и их семьи. К тому же, если Рита намеревалась исчезнуть и начать новую жизнь, она должна была обзавестись и новой личностью. Поэтому ей пришлось под фальшивым предлогом получить новый паспорт.

– Послушайте, доктор, – терпеливо заговорил Г. М. – Все происходило у вас на глазах, но вы этого не замечали. Эти двое, Рита Уэйнрайт и Барри Салливан, никогда не намеревались убивать себя. «Самоубийство по сговору» было тщательно спланированной фальшивкой, разыгранной так ловко, что, по-своему, вызывает у меня восхищение! Оно должно было обмануть не только Алека Уэйнрайта, но и всю Англию.

Рита считала это единственным выходом. Она любила мужа и не хотела причинить ему боль, но отказаться от любовника тоже не могла. Поэтому ее истеричная романтическая натура приняла план, который, как ей казалось, решал все проблемы. Она не могла просто убежать с Салливаном. Но если бы муж и весь мир считали их мертвыми, им было бы не о чем беспокоиться. Очаровательная и весьма характерная идея, как увернуться от ответственности. Неужели вы еще не поняли?