Бриллиантовый дождь - Марина Серова

— Надо срочно действовать. Я оставлю вас ненадолго.

— Что ты решил предпринять? — бросил на него косой взгляд Граф.

— Пока еще сам точно не знаю. Но для начала проеду-ка я до «Инвестбанка».

— Я с тобой, Пастор, — мои слова прозвучали как аксиома.

— И я тоже, — поднялась вслед за мной Виолетта.

— Не надо, — я остановила ее жестом. — Жди здесь. Граф присмотрит за тобой.

По глазам экс-смотрящего Москвы я поняла, что он тоже недоволен подобным раскладом, но спорить со мной не стал. Спасибо и на том.

— Только будь настороже, — напутствовал он. — Пастор у нас еще тот ловелас.

Я ничего не ответила ему, потому как в этот момент уже покидала гостиную вслед за торопливым хозяином «Короны».

Пастора сейчас напоминал мне бомбу с часовым механизмом. Раньше за ним такого не наблюдалось. Он буквально загорелся поиском. Вел себя, как гончая, взявшая след во время охоты. Даже я не всегда с таким энтузиазмом хваталась за заинтересовавшую меня работу. Пастор был полон азарта. Сидя на заднем сиденье своей машины рядом со мной, он то и дело подгонял водителя. Кстати, надо заметить, что тот и в самом деле оказался китайцем, но по-русски говорил и понимал очень хорошо.

Скорость, которую мы развили, была бешеной. Никто с такой по центру не ездил. Автомобили и пешеходы испуганно шарахались от нас в разные стороны, а что касается встречавшихся на пути гаишников, то те отворачивались с бесстрастным видом на лице, якобы не замечая никаких нарушений. Похоже, машина господина Монькина в Москве была известна всем. Идти наперекор воле такого большого человека — себе дороже.

За считанные минуты мы достигли цели. Водитель Пастора со свистом затормозил возле центрального входа в банк. Мой спутник в мгновение ока покинул салон и по-молодецки взбежал на крыльцо. Я еле поспевала за ним.

Охранник на входе встретил нас с большим радушием.

— Мы рады приветствовать вас, Виталий Александрович, — заискивающе обратился он к Пастору.

Но тот никак не отреагировал на раболепие здоровяка.

— Карп Никанорович у себя? — коротко осведомился он.

— Я его сегодня не видел.

Охранник был здорово разочарован, что не смог выдать уважаемому в столице господину Монькину положительный ответ. Ему очень не хотелось расстраивать такого великого во всех отношениях человека.

— Ладно, разберемся, — буркнул Пастор и, качнув в мою сторону головой, добавил: — Дама со мной.

Радушие секретарши в приемной президента банка было еще большим, чем у охранника. Она даже встала из-за стола при нашем появлении. Но Пастор не дал ей и рта раскрыть. Прежде чем она успела всего лишь поздороваться, он задал ей лобовой вопрос:

— Где Карп?

Вопрос ее явно смутил. Девушка растерялась.

— Я не знаю, — залепетала она. — Карп Никанорович уехал с самого утра и сообщил, что будет отсутствовать весь день. Куда он направился, мне неизвестно.

Не спрашивая разрешения, Пастор подошел к ее столу и, развернув к себе телефон, снял трубку. Набрал какой-то номер. И я, и секретарша замерли в ожидании. Пастор нервно барабанил пальцами по столешнице: трубку, видимо, не брали.

— Дома его тоже нет, — сообщил он, резко возвращая трубку на исходную позицию.

Я посмотрела на секретаршу. Вид у нее был обескураженный. Похоже, она и в самом деле не имела представления, где может находиться ее шеф. Меня такой расклад совсем не устраивал. Интуиция услужливо подсказывала, что Карп Никанорович просто-напросто смылся. Но мог еще и не успеть.

— Виталий Александрович, — обратилась я к вору в законе. — Надо перекрыть все вокзалы и аэропорты.

— Не вопрос, — мгновенно отреагировал он. — Ты думаешь…

— Почти уверена. Девяносто девять процентов.

— Ладно, — он снова снял трубку и набрал номер. — Гуля, это я. Распорядись перекрыть все въезды и выезды из города. Да, от моего имени. Вопрос с Комолом я улажу. Кого ловим? Глинского. Да-да, его самого. Знаешь что, попробуй-ка дополнительно поискать его по нашим каналам. Кинь на это все основные силы. Да, немедленно. А я скоро подъеду.

Повесив трубку, Пастор обернулся ко мне.

— Порядок, — сообщил коротко.

«Если, конечно, Глинский не успел улизнуть раньше», — подумала я. Но вслух об этом не сказала. Я знала, что чувствительный Пастор расстроится.

Напоследок хозяин «Короны» бросил секретарше банкира:

— Если Карп появится или даст о себе знать, передай ему, что я просил немедленно созвониться со мной по моему мобильнику.

— Хорошо, — кивнула она.

Девушка была ошарашена исходящей от Пастора информацией.

Мы покинули «Инвестбанк» и решили расстаться. Пастор вместе со своим водителем отправился к себе, держать руку на пульсе поисков Глинского, а я, поймав такси, собралась вернуться в особняк Графа. Нам необходимо было решить сообща, как поступать дальше, какие действия предпринять. Но стоило мне остановить первого попавшегося частника, как из-за угла вывернул белоснежный «Мерседес» Графа и плавно подрулил к обочине, на которой я стояла.

— Я передумала, — сообщила я молодому парню за рулем. — Поезжайте.

Разочарованный тем, что калым накрылся, он отвалил. Из «Мерседеса» тем временем выбрались Граф и Виолетта. Мичиган традиционно остался сидеть на водительском месте. Граф успел переодеться и сейчас был в темных брюках, канареечного цвета двубортном пиджаке и обычной водолазке. Как рядовой обыватель.

— А где Пастор? — спросил он меня, приближаясь.

— Только что уехал.

— Что-нибудь не так? — сразу заподозрил он неладное.

Виолетта тоже вся напряглась. Похоже, она только и ожидала известия о смерти мужа. Старалась заранее подготовить себя к этому удару.

— Глинский исчез, — ответила я. — Пастор ринулся на его поиски. Перекроют все аэропорты и вокзалы, но я боюсь, что тот успел уже покинуть если не страну, то Москву точно.

— Надо ехать в Лондон, — произнесла Виолетта. — Глинский наверняка туда же направился. По горячим следам отыщем его. А через него и на Андрея выйдем.

— Легко сказать, — усмехнулась я. — На все нужно время, Виолетта. Оформление загранпаспортов, виз и так далее.

— Именно поэтому мы и приехали, — вступил в разговор Граф. — Не терпелось поделиться с тобой принятым решением.

— Каким решением?

— Нужно созвать сходняк. — Граф взял меня под руку и повел к машине. — Я расскажу Комолу о бриллиантах и обо всей этой истории.

Мы втроем сели на заднее сиденье «Мерседеса», и Мичиган, не дожидаясь распоряжений, тронул машину с места.

— И что это даст?