Соперница - Нора Робертс

– Убери от меня руки, – спокойно сказала она. – Немедленно.

– Дина… – Он сжал ее еще крепче, но она прогнала первые мурашки паники, уродливые, яркие воспоминания, и сильно толкнула его.

– Я сказала – немедленно! – Освободившись, она шагнула назад и сделала глубокий спокойный вдох. – Я сказала, что я верю тебе, Маршалл, и это правда. То, чем ты занимался с Анджелой, не имеет никакого отношения к твоим чувствам ко мне. Тем не менее это имеет прямое отношение к моим чувствам к тебе. Я верила тебе, а ты предал мою веру. Из-за этого мы не сможем даже остаться друзьями. Так что мы расстаемся.

– Ты сейчас обижена. – У него дергалась щека. – Поэтому ведешь себя неразумно.

– Да, я обижена, – согласилась Дина, – но веду себя очень разумно. – Вокруг ее губ оскорбительней пощечины возникла тень улыбки. – У меня есть привычка всегда поступать разумно. Я ведь не называю тебя всеми теми словами, которые приходят мне в голову.

– Ты рассматриваешь это как мою ошибку. Как мою слабость. – Уверенный в своем лекторском таланте, он стал развивать мысль: – Ты еще не в состоянии увидеть долю своей вины. Своей ответственности. Я уверен, ты согласишься, что успешные отношения не могут стать результатом усилий только одной стороны. Все те недели, когда мы были вместе, я терпеливо ждал, пока ты позволишь, чтобы наши отношения перешли к естественной и очень гуманной фазе физического удовольствия.

Дина не думала, что он сможет еще чем-нибудь поразить ее. Но она ошиблась.

– Ты хочешь сказать: я не спала с тобой и этим вынудила тебя пойти к Анджеле?

– Ты еще не понимаешь, Дина, – терпеливо произнес он. – Я уважаю твои желания. Ты нуждалась в постепенном развитии отношений. В то же время мне необходимо удовлетворять свои потребности. Конечно, Анджела – это была ошибка…

Она медленно кивнула.

– Понятно. Я рада, что мы все это выяснили, Маршалл, до того, как дело пошло дальше. Теперь я очень рассудительно скажу тебе: иди к черту!

Она шагнула к двери, но Маршалл вдруг загородил ей дорогу. У нее потемнело в глазах.

– Мы еще не закончили, Дина.

– Я закончила, а остальное не имеет значения. Мы оба допустили ошибку, Маршалл, и очень большую. А теперь убирайся с дороги и держись от меня подальше! А не то я сделаю еще одну ошибку и поставлю нас обоих в неловкое положение… тем, что расцарапаю тебе всю рожу!..

Оцепенев, он отодвинулся в сторону.

– Я готов все обсудить, когда ты успокоишься.

– О-о, я спокойна, – прошептала она, направляясь к студии. – Я смертельно спокойна, мерзавец ты этакий.

Толкнув дверь, она промаршировала между привычных кабелей и села на свое место за столом диктора.

Финн наблюдал за ней до первого перерыва. Удостоверившись, что она держит себя в руках, он выскользнул из студии и пошел к лифту.

Анджела сидела у себя в кабинете и смотрела полуденный выпуск новостей, потягивая из бокала праздничное шампанское. Ей было наплевать на слова и репортажи, но она заинтересованно, даже зачарованно вглядывалась в лицо Дины. Девчонка выглядела такой же холодной и сладкой, как ванильное мороженое, думала Анджела. Только глаза. Анджела была бы горько разочарована, если бы не увидела затаенной ярости во взгляде Дины.

– Прямой удар, – с наслаждением прошептала она, потом молча отсалютовала Дине бокалом.

– У нее есть стиль, правда? – проговорил от дверей Финн.

К чести Анджелы, она даже не вздрогнула. Спокойно потягивая шампанское, она продолжала смотреть на экран.

– Совершенно верно. С хорошим учителем она могла бы многого добиться.

– Она пугает тебя, да? – Финн пересек комнату и стал позади кресла.

– С чего бы это?

– Потому что у нее есть не только стиль. Стиля у тебя тоже сколько хочешь. У нее хорошие мозги, но это у тебя тоже есть. И смелость, и настойчивость. Но кое в чем она превосходит тебя, Анджела. Потому что у нее есть класс. Прирожденный класс. – Его пальцы впились ей в плечи, когда она попыталась вырваться. Он даже не подозревал, насколько точно попал в цель. – Этого у тебя никогда не будет. Ты можешь надеть жемчуга и тысячедолларовые наряды, но это ни черта не значит. Потому что ты не можешь надеть на себя класс. – Он рывком крутанул ее кресло и наклонился к ней, лицом к лицу. – И у тебя никогда его не будет. Так что Дина чертовски пугает тебя, и тебе пришлось придумать, как ей показать, кто здесь хозяин.

– И что, она прибежала к тебе, Финн? – Анджела была потрясена даже сильнее, чем сама себе признавалась. – Несчастная, раздавленная, в слезах – прибежала искать утешения?

– Какая же ты сука, Анджела!

– Тебе всегда это во мне нравилось. – Ее глаза смеялись. – По правде говоря, мне жаль, что пришлось так поступить. Без сомнения, Маршалл ей совершенно не подходит, но я знала, как она к нему относится.

– Ты думала, что этот трюк сломает ее?

– Если бы она любила его, то да. – Поджав губы, Анджела разглядывала свои ногти. – Так что, возможно, я оказала ей услугу.

Он засмеялся.

– Возможно. Но мне, черт побери, ты точно оказала услугу. – Он повернулся к ней спиной и ухмыльнулся. – Я хочу ее, и ты только что расчистила мне дорогу.

Ему не пришлось уворачиваться от летевшего бокала. Он попал в окно в целых шести дюймах от его головы.

Анджела была в ярости.

– Ты думаешь, она захочет тебя после того, что я ей расскажу?

– А ты полагаешь, что она будет слушать тебя после такой выходки? – Его глаза беспечно смеялись. – В этот раз ты перестаралась. Она не придет плакаться к тебе в жилетку. Она это переживет и станет сильнее. А ты… ты теперь начнешь оглядываться через плечо.

– Думаешь, я буду беспокоиться из-за какой-то маленькой дикторши новостей? – выкрикнула Анджела. – Да стоит мне позвонить по телефону, и она исчезнет. Вот так! – Она щелкнула пальцами. – Как ты думаешь, кто держит эту станцию на плаву последние два года? И что с ними станет, когда кончится мой контракт?

– Значит, ты действительно уезжаешь. – Он кивнул и качнулся на каблуках. – Ну, поздравляю и удачного путешествия.

– Да, уезжаю. Когда начнется новый сезон, я буду в Нью-Йорке, и моя собственная компания будет выпускать шоу «У Анджелы»! Филиалы Си-би-си приползут ко мне на коленях и заплатят за мое шоу столько, сколько я захочу. Через два года я буду самой могущественной женщиной на телевидении!

– Да, ты могла бы этого достичь, – согласился он, – на какое-то время.

– Я буду наверху, а ты будешь бегать вокруг и вынюхивать новости на двухминутный репортаж в ночном выпуске. – Ее била дрожь, ее самолюбие кровоточило от уколов и щипков неуверенности. – Люди хотят меня видеть. Они меня любят! Они меня уважают!

– Как я – любила и уважала.