Моя профессия – смотрящая - Николай Катаев

— Давай так! Я тебе все объясню, только позже.

Естественно, он согласился, но чувствовалось, что обиделся. А Вероника не могла сделать по-иному. Она сама многого не понимала, и требовалась определенная работа мысли, чтобы определить, что делать дальше. И для этого ей требовалось побыть одной.

Первый вопрос — кто это сделал? Сдал код. Вероника убеждала себя — это не он. Нет. Не он. Ей не хотелось думать, что это был Двойной Джо. Но ведь к ней стали поступать кодированные письма именно от него. Или скорее от того, кто маскировался под него. О чем это говорило? Ответа не было.

Второе — как отреагирует ФБР на провал своей операции. Хакеры благодаря ей узнали о проникновении в их систему других хакеров. Она этому способствовала, заподозрив неладное. Что в ответ предпримут госслужащие? Учитывая ее собственные сложные отношения с этой организацией в прошлом, приходилось быть морально готовой к каким-то ответным действиям с их стороны. Когда и что именно?

И третье. Затих Вячеслав. Чем он занимается? И еще те двое, которые остались от его компании после того, как ее покинул Руслан?

В эту ночь Вероника долго ворочалась в постели.

* * *

Морально она была к этому готова, но все равно они застали ее врасплох, и Вероника вздрогнула, и это явно было заметно со стороны. Внутренне чертыхнулась. Нельзя давать им повод думать, что она запугана.

Руслан дернулся в ее сторону, но она его остановила, взяв под локоть. Удостоверения, которыми те двое потрясли в воздухе, не предполагали сопротивления. Два одинаковых человека среднего возраста, почти одинаково одетые. Неприметные утепленные курточки и галстуки, выглядывающие из-под них.

— Специальный агент …

Вероника тут же забыла его фамилию.

Другой тоже назвался, и они спрятали свои удостоверения ФБР.

— Кто это? — спросил ее один из них, кивнув на Руслана.

— Это — вторжение в частную жизнь, — ответила она заученной фразой из фильмов, и тот примолк, насупившись.

Другой решил взять инициативу в свои руки:

— Нам необходимо побеседовать. Вам придется проехать в наш офис.

— Я арестована?

Вероника стояла, не выпуская руки Руслана.

— Пока нет.

— Вот когда у вас в руках будет постановление судьи, тогда вы и будете мне говорить, что я должна делать.

Тот решил сбавить обороты:

— Это будет в ваших собственных интересах.

— Я сама знаю, что в моих интересах. Вы хотите разговаривать со мной или с моим адвокатом?

Ответом было красноречивое молчание.

— Если со мной…

И тут ей в голову пришла сумасшедшая мысль. Она даже не успела ее толком обдумать и бросила:

— …тогда сегодня в семь в ресторане «Ланжерон». Адрес найдете в справочнике. А сейчас извините! Мне нужно идти.

И Вероника обошла их, застывших в изумлении. Она так и не выпустила руку Руслана. Физическое чувство, что он рядом, придавало ей уверенности. И даже наглости.

Он помотал головой, когда они отошли в сторону.

— И ты так можешь разговаривать с ними? У нас бы…

И он не закончил фразу. Вероника промолчала. Если бы у них было что-либо серьезное, то они бы не разговаривали. Приехала бы компания с автоматами. Но все их поведение во время краткого общения показывало, что им нужна информация и их задачей было ее запугать.

Они возвращались из школы, куда с утра отвезли Аню и где их прихватили фэбээровцы, и молчали. Теперь ей предстояло поразмыслить, что делать дальше. Решение было настолько импульсивным, что она задумалась о его последствиях только сейчас. Это было как игра в рулетку. Красное или черное. Сработает или нет.

Дома Руслан тут же ушел к себе. Вероника переоделась и какое-то время полежала, чувствуя, что происходит что-то не то. Он — хороший человек, и его нельзя обижать. Встала и прошла в соседнюю комнату. Он тоже лежал, и она устроилась рядом.

— Знаешь? Мне страшно. Обними меня, пожалуйста!

К вечеру она обрела прежнюю уверенность в себе. Одеваясь, Вероника настраивала себя на то, что сегодня будет красное. В ее представлении этот цвет олицетворял символ победы.

— Могу я тебя попросить? — обратилась она к Руслану перед уходом. — Ты можешь пойти со мной и посидеть за каким-нибудь столиком в стороне?

Вероника понадеялась, что его присутствие опять придаст ей чувство уверенности.

— Но ни в коем случае не вмешивайся! Что бы ни случилось. Хорошо?

Это была ее война, а не его. Он в свое время достаточно повоевал.

* * *

— Воды? — спросила официантка, узнав ее.

— И еще салат, — ответила она первое, что пришло на ум.

— Какой? У нас есть …

— Любой.

— Греческий?

Вероника махнула рукой. Ей действительно было безразлично.

Она пришла в ресторан за пятнадцать минут до назначенного ей срока. Руслан сидел в противоположном углу, но лицом к ней. Она должна была его видеть во время разговора с фэбээровцами, в том случае, конечно, если они явятся. Его невозмутимое в любой ситуации лицо должно придать ей силы.

И они пришли. Даже до того, как в зале появился хозяин ресторана. Это она расценила как удачу.

— Прошу вас! — и она сделала приглашающий жест.

Чувствовалось, что оба были напряжены. Сняли свои курточки и присели. В однотипных костюмчиках из одного магазина и при галстуках.

— Я понимаю, что у вас есть ко мне вопросы, — взяла она инициативу на себя.

— Да, — начал один из них, — есть о чем побеседовать. Нам кажется, что вы опять встали на путь сотрудничества с элементами, которые занимаются незаконной деятельностью. Боюсь, что это приведет к конфронтационной ситуации, как случалось в прошлом, и вам придется расплачиваться.

Несомненно, они изучили ее досье и имели представление, чем Вероника занималась несколько лет назад.

— Неужели? У вас есть конкретные обвинения?

— Могут появиться, если мы рассмотрим вашу роль во взломе базы данных одного конкретного лица.

Теперь становилось понятно, что они в течение определенного времени следили за ней и за другими хакерами из клуба «Черный гном», но единственное, к чему могли придраться, — это операции с компьютером помощника Вано. Совсем немного.

— Я что-то не припоминаю, что я сама осуществляла противозаконные операции в последние годы. Не могли бы вы быть более определенными?

— Не обязательно заниматься взломом самому. Достаточно заказать эту операцию кому-то другому.

Теперь Вероника получила окончательное подтверждение своим предположениям.