Тайна венской ночи - Чингиз Абдуллаев

– Типичная женская логика, – кивнулКвернер, – когда жену не ревнуешь, а другую женщину считаешь соперницей.

– Где вы нашли нож? – спросил Дронго.

– Под столиком на первом этаже, – сообщил Квернер.

– Какой это нож?

– Даже не нож – тонкий стилет. Но хорошо заточенный. Нанем остались капли крови.

– Отпечатки пальцев есть?

– Пока не знаем. Эксперты работают.

– Вы можете показать, где нашли нож?

– Конечно. Совсем недалеко от туалета, в большом залена первом этаже. Убийца, уходя, бросил нож там.

Они вышли из кабины лифта, направляясь к кабинету менеджера,где их уже ждал Штреллер. Настроение у него значительно улучшилось, как будтоони уже установили личность убийцы.

– Если найдем отпечатки пальцев, то сразу определимпреступника, – довольно сообщил Штреллер. – Я попросил нашихэкспертов тщательно исследовать нож. Снимем отпечатки пальцев у всехподозреваемых и отправим в наше дактилоскопическое бюро. Утром получимрезультат и узнаем имя убийцы.

– Очень странно, – задумчиво покачал головойДронго. – Так хорошо все продумано – и такая глупость с этим ножом.

– Почему глупость? – не понял Штреллер.

– Убийца очень рисковал – вышел из туалета с ножом ивыбросил его под столик. Но это просто нелогично, вам не кажется?

– Не понимаю, что вас не устраивает? – спросилШтреллер.

– Поведение убийцы, – пояснил Дронго, –нелогичное поведение. Зачем выходить из туалета с ножом и так глупо рисковать,чтобы почти сразу выбросить его под первый попавшийся столик, рискуя, что егомогут сразу же обнаружить? Легче было оставить орудие на месте преступления.

Штреллер взглянул на Квернера. Тот молчал.

– Может, он просто сильно волновался или не думал обэтом? – предположил Штреллер. – Убийцы иногда поступают оченьнелогично.

– Но не в нашем случае, – возразил Дронго. –Чем дальше мы продвигаемся в расследовании, тем больше я понимаю, что убийцатщательно готовился.

– Не преувеличивайте, – отмахнулсяШтреллер, – не нужно делать из этого преступления особую загадку. Все какобычно. Кто-то вошел в туалет и перерезал горло своей жертве. Ничегонеобычного.

– Боюсь, что вы ошибаетесь, – упрямо возразилДронго.

В кабинет вошел один из экспертов. Это был мужчинапятидесяти лет, в очках, уже начинающий седеть. У него было круглое лицо иусталые глаза.

– Мы все проверили, – сообщил эксперт, – наноже нет отпечатков пальцев. Убийца, очевидно, вытер рукоятку или действовал вперчатках. Но на ручке стилета остались два волоска. Мы отправим их наэкспертизу и, возможно, сумеем обнаружить убийцу по структуре ДНК.

– А если это волосы жертвы? – уточнил Квернер.

– Тогда мы ничего не найдем, – ответилэксперт, – но на проверку уйдет несколько часов. Закончим к утру. Я ужепредупредил ребят, что мы сегодня работаем. Патологоанатомы тоже будутработать.

– Спасибо, – кивнул Штреллер, – тогда у насвсе.

Эксперт вышел.

– При большом желании можно раскрыть любоепреступление, – нравоучительно произнес Штреллер, – поэтому я думаю,что мы теперь обойдемся без господина эксперта. Если эти два волоскапринадлежат убийце, то найти его будет гораздо легче безо всяких логическихумозаключений.

– Вы не будете допрашивать остальных? – спросилДронго.

– Будем, конечно, – ответил Штреллер, – но выможете идти спать. Все остальное уже наше дело.

– Я все же думаю остаться, – упрямо произнесДронго, – мне нужно переговорить с остальными членами этой группы. Яуверен, что это убийство раскрыть не так просто, как вы думаете.

– Как хотите, – равнодушно ответилШтреллер, – в конце концов, за вас поручился сам начальник полиции геррМорбитцер. Можете делать все, что хотите.

Дронго вышел из кабинета. Квернер пригласил Яцунского и егосупругу для разговора, уже зная, что Иосиф Александрович владеет немецким исможет переводить для своей супруги. В коридоре осталось только несколькочеловек. Вероника кивнула Дронго, как своему старому знакомому. Фаркаш и Давидо чем-то тихо переговаривались, все время поглядывая в сторону кабинетаменеджера. Руслан и Амалия сидели рядом, взявшись за руки.

Дронго подошел к Давиду и Фаркашу. Оба недовольно посмотрелина него.

– Простите, – сказал Дронго по-русски, –кажется, господин Фаркаш живет в четыреста шестьдесят четвертом номере иявляется моим соседом.

– Кто вы такой? – спросил Фаркаш. – Вы тожеследователь?

– Меня обычно называют Дронго.

– Как вы сказали? – оживился Давид. –Кажется, я слышал ваше имя. Мне мои друзья в Тбилиси рассказывали…

– Возможно, они ошибались, – перебил егоДронго. – Господин Фаркаш, я могу переговорить с вами?

– Значит, вы тоже следователь?

– Я эксперт по вопросам преступности, – пояснилДронго.

– Да, да, – оживился Давид, – как раз про вася и слышал.

Фаркаш кивнул в знак согласия, и они отошли в конец коридора.

– Что вам нужно? – спросил Фаркаш.

– Хочу с вами побеседовать. Вы так громко говорили всвоем номере, что я невольно все слышал.

– Не знаю, что вы слышали, но мы старались не шуметь.

– И тем не менее я все же смог услышать, как Давидсоветовал вам застрелиться.

– Это была шутка.

– Тем не менее я ее слышал. Потом пришла фройляйнВурцель и посоветовала вам не кричать. Она обещала помочь в вашем деле.

– Возможно. Но я этого не помню.

– Странно, что вы не помните. Ведь насколько я понял,вы говорили с Давидом об этом, и оба считали, что ей нельзя доверять.

– Вы все время нас слушали?

– Не нужно было так кричать.

– Мы только спорили. Но если вам все известно, то выдолжны знать, что миссия фройляйн Вурцель не увенчалась успехом.

– Вы об этом тоже знали. Или догадывались.

– Может быть. Не понимаю, почему этот вопрос такволнует вас.

– Насколько я понял, убитый был не согласен с вашимпланом реструктуризации вашего долга. Категорически не согласен. И поэтому вырешили «подстраховаться». У вас ведь был второй вариант на случай неудачифройляйн Вурцель…

– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Прекрасно понимаете. Вы встречались еще и ссоветником Баграмовым, попросив и его о помощи.

Фаркаш нахмурился, немного помолчал, а затем спросил: