Тайна венской ночи - Чингиз Абдуллаев

– Так я и сделаю. Что теперь будет с долгами Фаркаша?Как вы считаете?

– Не знаю. Если Яцунский разрешит, то мы ихреструктуризируем. Но Яцунский пока не президент компании. Двадцать пятьпроцентов акций принадлежат уважаемой супруге посла, а еще двадцать пять теперьотойдут жене Галимова. Значит, контрольный пакет все равно будет у них и онисами будут решать, что им делать. Яцунский не имеет права решать от их имени.

– Значит, если судить объективно, смерть Галимова былавыгодна Фаркашу и отчасти вам.

– Да, – согласился Давид с явным вызовом, –она была выгодна всем нам. Но только я его не убивал, это точно.

Дронго повернулся и подошел к Руслану и Амалии. При егоприближении Руслан поднялся, заслоняя Амалию, словно собираясь ее защитить.

– Простите, что беспокою вас так поздно, – началДронго, – представляю, в каком вы состоянии.

– Вы следователь? – удивился Руслан.

– Не совсем. Я всего лишь частный эксперт. У меня к вамнесколько вопросов.

– Какие вопросы?

– Я был в парке, когда вы оказались рядом со мной, и яслучайно услышал, как вы разговаривали с Давидом. Он спрашивал вас о каком-тосекрете, а вы говорили, что пока не решились сообщать об этом Галимову. И дажесказали, что он расстроится.

Руслан взглянул на Амалию.

– Да, – кивнул он, – все так и было.

– Я могу узнать, о каком секрете шла речь?

Руслан снова посмотрел на сидевшую рядом молодую женщину.Она едва заметно кивнула.

– Можете, – ответил Руслан, – мы собираемсяпожениться.

– И это был тот самый секрет, который мог расстроитьвашего босса и о котором вы не решались никому говорить? – не поверилДронго.

– Нет, – ответил Руслан, – мы говорили одругом секрете.

– Я могу узнать, о каком?

– Это наше личное дело.

– Простите, – возразил Дронго, – если бысегодня ночью не произошло убийство, то я никогда в жизни не позволил бы себеподойти к вам и задавать подобные вопросы. И уж тем более признаваться в том,что невольно стал свидетелем вашего разговора. Но после смерти Галимова всеваши секреты мне кажутся несколько надуманными.

– Возможно, вы правы. Но это наша личная жизнь и кубийству Галимова не имеет никакого отношения, – упрямо повторил Руслан.

– В таком случае я вынужден буду рассказать об этомразговоре сотрудникам полиции и вам придется отвечать на их расспросы.

– Что вы хотите? – спросил Руслан.

– Мне нужно знать, о каком секрете вы говорили, –настаивал Дронго.

Руслан взглянул на Амалию. Она улыбалась.

– Хорошо, – сказал Руслан, – раз вы такнастаиваете… Дело в том, что Амалия ждет ребенка. Она в положении…

Молодая женщина еще раз улыбнулась своему другу.

– Поздравляю, – пробормотал Дронго, – но несовсем понимаю, почему эта новость могла огорчить или вызвать неприятие уГалимова.

– Он не любил, когда его сотрудницы встречались сдругими мужчинами, – пояснила Амалия, – ему это не нравилось.

– Чувство хозяина-собственника, – прокомментировалДронго. – Мне кажется, что все боссы одинаковые. Они хотят, чтобы их собственныесекретари были влюблены только в них и не изменяли им даже мысленно с другимимужчинами.

– Он тоже так считал, – грустно согласиласьАмалия, – поэтому мы не знали, как ему рассказать об этом.

– Галимов знал, что вы встречаетесь?

– Нет. Конечно, нет.

– Тогда у меня другой вопрос. Кто такая Злата?

– Это секретарь Иосифа Александровича.

– У нее были какие-то отношения с Яцунским?

– Нет. Конечно, нет. Иосиф Александрович оченьпорядочный человек, он никогда бы не позволил себе ничего подобного.

– Его жена считает иначе, – напомнил Дронго.

– Это потому, что он всегда выгораживалГалимова, – пояснила, чуть улыбнувшись, Амалия, – и брал на себя всеего грехи. Однажды супруга Яцунского приехала за мужем в восьмом часу вечера иувидела выходящую из офиса Злату. Она не знала, что в это время в здании был нетолько ее муж, но и сам Галимов. Иосиф Александрович, конечно, ничего не сказалжене, но с тех пор она уверена, что Злата любовница ее супруга, хотя это нетак.

– Она любовница Галимова?

Амалия посмотрела на Руслана. Тот кивнул головой.

– Сейчас уже все можно рассказать, – сказал он.

– Она была близка с ним, – кивнула Амалия, немногопокраснев.

– А почему же тогда он не взял ее с собой?

– Из-за жены Яцунского. Когда та узнала, что Златаможет поехать с нами, она закатила такой скандал своему мужу, что тот попросилГалимова не брать ее в Вену.

– Я обратил внимание, что ваш друг пришел в залресторана гораздо позднее и вы явно нервничали. Я был за соседним столиком ивидел, как Руслан вас успокаивал. И еще вы, кажется, спросили: «Он там?» – иРуслан ответил, что все нормально. Кто «он» и откуда Руслан мог знать, что онтам и все нормально? Про кого он говорил?

– Про нашего ребенка, – улыбнулась Амалия, –ему уже четвертый месяц, и нам сказали, что будет мальчик. Последние анализы ясдавала как раз перед выездом. И Руслан спустился вниз, чтобы позвонить иуточнить результаты анализов у своего брата. Он заместитель главного врача вродильном доме. Руслан поздравил их с Новым годом и спросил про мои анализы.

– Понятно. Я могу поговорить с вами наедине?

Амалия тревожно взглянула на своего друга.

– Ей нельзя нервничать, – сказал Руслан.

– У меня несколько простых вопросов, – деликатнозаметил Дронго.

Руслан в очередной раз посмотрел на Амалию, словно спрашиваяу нее совета. Она не очень смело кивнула. Руслан согласно кивнул в ответ.

– Ладно, – сказал он, – только пусть она невстает. Я отойду, и вы поговорите. Но недолго. Вы сами сказали, что у вас всегонесколько вопросов.

– Не больше десяти минут, – пообещал Дронго.

Руслан отошел. Дронго присел рядом с молодой женщиной.

– Я задам вам несколько вопросов, – предложилон, – но если вы будете нервничать, то я не смогу с вами разговаривать. Японимаю, что неожиданная смерть патрона несколько выбила вас из колеи. Возможно,мои вопросы покажутся вам бестактными или даже не очень приличными. Но,поймите, я задаю их не ради собственного удовольствия, а для успешногорасследования этого убийства. Надеюсь, вы меня понимаете. Обычно в секретарипрезидентов такой компании не берут глупых сотрудниц.