Зигзаг неудачи - Валентина Андреева

Забыв про боль, он активно шипел и дергал меня за полы халата. Это дало определенный эффект – я разозлилась, решив разом покончить с Яшиными глюками.

– Вот! При тебе стараюсь открыть дверь, инвалид несчастный! – рявкнула я и рванула дверь на себя, забыв, что ей положено открываться внутрь. Дверь, естественно, не пошла на поводу у моего самодурства. Яша с искаженным от ужаса лицом замер на полу. Закрыть глаза сил у него уже не хватило. Поняв свою оплошность, я решила красиво исправить положение:

– Видишь? В эту сторону она не открывается. А тепе-е-ерь пробуем открыть в другую…

Мне, честно говоря, и пробовать-то не пришлось. Дверь распахнулась сама. Я влетела в объятья жуткой фигуры в черном прикиде, похожем на одеяние ниндзя, и сразу поняла, что Япония и Китай не те страны, куда бы мне хотелось съездить в гости. Нинздя, судя по всему, готовился приветствовать меня ударом ребра ладони в шею. Но мои неожиданные дружелюбные объятья выбили почву из-под его ног. Мы с ним вместе прошли долгий путь падения сначала на кресло-качалку, затем на перевернутый венский стул, валик дивана и наконец большую гору книг, валяющихся на полу. Все это время я цепко держалась за незнакомца, стараясь избежать исключительно собственного травматизма. Преимущество, бесспорно, было на моей стороне – видела, куда нас несет. У второй стороны глаз на затылке не было. Они злобно сверкали сквозь прорези маски, невольно моргая при столкновении с каждым объектом, опознаваемым задом.

Именно на литературном Олимпе мы и расстались, покатившись вместе с книгами каждый своей дорогой: я – к окну, ниндзя – на вылет из комнаты. Исчез он из моего поля зрения мгновенно. Тем более что оно у меня было ограничено пространством под подоконником. Краем уха отметила короткий всплеск Яшиного ужаса: «Ай!!!», и все стихло. Полностью ошеломленная произошедшим, я полезла к двери, преодолевая книжные завалы. Запамятовала, что «умный в гору не пойдет», и благодаря этому потеряла несколько драгоценных минут, в течение которых можно было попытаться задержать разбойника. Но и Маэстро был хорош! Вякнул и сделал вид, что опять потерял сознание. Это вместо того, чтобы взвыть милицейской сиреной и разбудить хотя бы Наталью.

В конце концов я вывалилась в коридор. Не в лучшем настроении. Не помогла даже блаженная улыбка на лице травмированной Яшиной головы. Он уже успел проявить инициативу – самостоятельно сесть и прислонить себя к стенке.

– Жива! Слава богу! – радостно пропел он с довольно идиотским видом.

– Куда ОНО побежало? – строго спросила я, чувствуя, как дрожат ноги и присаживаясь на пол рядом с Маэстро.

– Домой, в пещеру, – бездумно ответил он. – Я слышал, как за ним хлопнула входная дверь. Будь добра, закрой ее на засов. Мне, пожалуй, тоже пора в постель. Скоро приедут родственники. Надо отдохнуть. Ничего, как-нибудь доползу…

К моему великому удивлению, Маэстро действительно пополз к лестнице. Весьма уверенно. Не замечая, что по пути подцепил босой ногой и поволок за собой мой купальник. Я шла следом, раздумывая, стоит ли допрашивать его именно сейчас или подождать, пока он скатится с лестницы? Абсолютно ясно, Маэстро специально подсыпал нам в чай снотворное. Решил провести ночью тайный обыск в комнате, являвшейся, по-видимому, кабинетом Серафимы Игнатьевны или ее мужа. Не зря он постарался опередить с приездом остальных родственников. Но ему и в голову не пришло, что его тоже могут опередить. Ниндзя наверняка затаился в комнате с вечера. Догадка Маэстро скорее всего материализовалась одновременно с получением удара по голове. Впрочем я тоже не сразу поняла, что вчерашний инкогнито, шаривший по комнате с фонариком в руках, никуда и не удирал. Закрыл дверь кабинета изнутри и спокойненько продолжил свои поиски. Только они явно не увенчались успехом. Иначе не вылетел бы с пустыми руками. Если, конечно, искомая вещь размером не с горошину.

У лестницы Яша притормозил и уступил мне дорогу.

– Сидеть! Ждать! – скомандовала я.

Эта Наташкина установка безотказно действовала на Деньку. Правда, в моем голосе не хватало металла, но Яша и без него покорно застыл на месте в позе медитирующего, но с лицом полного идиота. Спрашивать его о чем бы то ни было не имело смысла. Маэстро следовало хоть немного прийти в себя.

Вздохнув, я прошлепала босиком вниз по лестнице, попутно вспоминая, где могла потерять тапки. Скорее всего, у подножия книжной горки. Входная дверь была открыта, ключа, оставленного в ней с вечера, не было. Ясное дело, ниндзя хотел хоть что-нибудь прихватить. «Придется менять замок, – обреченно подумала я. – Впрочем, можно обойтись и задвижкой. Но тогда кто-нибудь обязательно должен оставаться дома. Лучше не рисковать». Опасения оказались излишними. Я поняла это сразу, наступив босой ногой на ключ. От резкого, решительного возвращения двери в закрытое состояние он выпал из гнезда.

Спустить вниз Яшу и дотащить до комнаты оказалось довольно легко. После исчезновения Ниндзя он постепенно возрождался к жизни.

– Спать, спать, спать… – сказал он сам себе, перешагнув порог. – К трем часам следует быть в форме.

Закрыв за ним дверь, я почувствовала невероятную усталость и одновременно тревогу за остальных членов нашей небольшой компании. Нельзя сказать, что все события сегодняшнего утра происходили бесшумно. Допустим, деток и без снотворного пушкой не разбудишь, но Наташка…

А Наташка спала сном праведницы. Нет, пожалуй, как японка. Где-то я читала, что японских девочек с детства учат спать красиво. Без храпа и сопения. С выражением спокойствия и умиротворения на лице. Но откуда этих знаний нахваталась Наташка? Тоже мне, япона-мать! Лешик – наш человек, мирно сопел на диване. Подушка, простыня и легкое одеяло обиженно валялись на полу. Комната сына была закрыта изнутри. На ручке двери висела табличка: «Не будить!!! Огрызаюсь автоматически!»

Выключив по дороге бра, я поплелась к себе. Не радовал даже яркий солнечный свет, заливавший комнату. Коснувшись головой подушки, я моментально уснула не раздеваясь.