Наследник собаки Баскервилей - Валерий Гусев

Все готово, сэр!

Первая четверть катастрофически близилась к концу. Алешка делал удивительные успехи в английском языке и химии. Но это было ни к чему - эти предметы в его классе еще не изучались, и отличные отметки в его дневнике не "засветились".

У меня с учебой было не лучше. Но и не хуже обычного. Терпимо.

Ленка взялась было помочь Алешке. Стала с ним заниматься, но дело кончилось тем, что мы с ним продолжали нашу невидимую (пока) борьбу с Лисовским, а Ленка делала все Алешкины домашние задания и выручала его в классе.

Как-то вечером, когда я, как обычно, мыл на кухне посуду, в нашей комнате раздался дикий угрожающий вой. Без всякого предупреждения.

Я рванулся туда. Навстречу мне скакали восторженные Алешка и дядя Федор.

– Тащи валерьянку! - крикнул мне Алешка. А Федор уже наливал в стакан воду.

В большой комнате сидела в кресле мама, откинувшись на спинку, и стоял над ней встревоженный папа. Он быстро накапал маме полстакана капель и сунул их ей под нос. Мама оттолкнула его руку и слабо спросила:

– Все живы? Он никого не съел?

– Здорово, да? - вопил Алешка.

– Кого ты притащил? - вздохнула мама и залпом выпила лекарство. - Какого дикого зверя?

– Это Димка притащил! Из школы. А я с ним поработал.

– Сильно кусается? - вздрогнула мама и выронила стакан - папа его подхватил. - Не пускай его сюда!

Алешка похлопал ресницами и вразумительно пояснил:

– Ма, это не зверь. Это - зверюга. Микрофон из школы. Он фонил здорово. Димка взял его починить…

– А ты доломал, да? - уточнил папа.

– Ничего не доломал! - вспыхнул Алешка. - Я еще один усилитель поставил. Чтобы громче выл. Ко Дню милиции. Понравилось? - спросил он папу. Как профессионала-милиционера.

А папа повел себя очень странно. Обычно во внутрисемейных конфликтах он безоговорочно (и беспринципно) принимал сторону мамы. Даже если она была явно не права. А тут вильнул глазами и промямлил:

– Ну… как сказать… Впечатляет…

Мама встала, поправила свою любимую прическу и сказала:

– Все убирайтесь вон. Кроме Федора. Я вас выселяю. К бабушке. На две недели.

– Круто, - вздохнул папа. - Так вам и надо.

– И тебя тоже, - уточнила мама. - Как сообщника. - А потом ткнула меня пальцем в грудь. - А я еще всякие глупости… для тебя… по телефону… - Тут она осеклась, вспомнила про свое обещание. - В общем, собирайте вещи.

– А мне эта зверюга понравилась, - вдруг сказал дядя Федор. - Так здорово воет. Всех жуликов напугает.

Мама подхватила его на руки.

– А ты не испугался? Молодец!

– И фамилия у тебя - Зайцев, - пошутил Алешка.

А мама зыркнула на него уже не очень сердитыми глазами и сказала:

– Ладно, оставайся. Скажи Федору спасибо.

– А мы? - спросили мы с папой.

– А вы - условно, - сказала мама. - До первого нарушения.

– Мне у вас нравится, - сказал дядя Федор. - Не скучно. Когда мои родители найдутся, мы будем к вам в гости приезжать. На все выходные. С ночевкой.

Обрадовал!

– Ах ты, мое золото! - умилилась мама и опять подхватила его на руки. Бугая такого.

Утром Алешка нагрузил меня динамиками, мотком провода, а сам сунул в сумку микрофон и изоляцию.

Когда мы вышли из подъезда, он схватил меня за руку:

– Ты куда?

– Как куда? В школу.

– Не вздумай - машина ждет. Ты что, думаешь, я Лисовского засадил, чтобы нам спокойно в школу ходить, да? Я его засадил, чтобы спокойно все в канализации подготовить. Поехали!

Мы сели в знакомое такси, которое, оказывается, и вправду ждало нас за углом. Даже это Алешка предусмотрел, чтобы не светиться во дворе. И с водителем договорился заранее - тот даже не спросил: "Куда поедем?" - а сразу погнал машину в Поречье.

А там оказалось, что Алешка и ему поручение дал. Которое тот с удовольствием исполнил.

Он вышел из машины и подошел к калитке. На лай ротвейлера из дома вышел худосочный джентльмен.

– Ты, что ль, Кислый будешь? - спросил его водитель. - В натуре?

– Ну. Дальше чего?

– Вася просил тебе передать: замели его. Передачку ему спроворь. Он в Западном УВД сидит.

– Идиот! - схватился за голову Кислый. - За что его?

– Да ерунда, - успокоил его водитель. - Где-то по пьянке окна побил. В каком-то министерстве. Внутренних дел, что ли. Так что давай ехай к нему. Усек?

Кислый изо всех сил выругался и вернулся в дом менять свой рыжий комбинезон на приличную одежду.

Заперев двери, он уселся в свою «Таврию» и умчался в город.

– Действуйте, хлопцы, - сказал нам таксист. - Дорога свободна. Зеленый свет. - Он помог нам вытащить из машины динамики. - Жалко, что не увижу своими глазами.

– Увидите, - успокоил его Алешка. - По телевизору покажут. В "Новостях".

Мы обошли лубяную избушку и остановились на краю ямы. Рабочих в ней не было. Наверное, не только Витек, а все они ушли за пивом.

В боку ямы зияла дыра, за которой тянулась к «Топазу» вонючая крысиная "муникация".

По шаткой лесенке мы спустились в яму и углубились в подземелье. Алешка все уже продумал и просчитал, оставалось только разместить динамики и микрофон. И как следует все это соединить проводами и замаскировать.

Микрофон мы пристроили поближе к выходу (или входу - не знаю, как правильно), а динамики спрятали в самом подвале. Обнаружить их среди всякого хлама, ржавых труб и других железок было очень трудно.

Попутно мы посмотрели на потолок. Круг на нем был почти уже весь высверлен, оставалось только выбить его. Кислый джентльмен времени не терял. Ничего, скоро у него будет очень много времени, чтобы обдумать свои грязные дела.