Сверкающий цианид - Агата Кристи

— Стефан Фаррадей?

— Да. Они обычно встречались в маленькой квартире на ИрлзКоурт Уэй. Это продолжалось более полугода. Допустим, они поссорились или,возможно, она надоела ему. Как бы то ни было, она не первая женщина, решившаяпокончить с собой в припадке отчаяния.

— В ресторане с помощью цианистого калия?

— Да — если бы ей хотелось поразить его неожиданным ударом,пусть, дескать, полюбуется. Некоторые люди любят театральные эффекты. По моимсведениям, она не очень-то дорожила их тайной — главным образом боялсяразоблачения он.

— Располагаете данными, будто его жене все было известно?

— Насколько удалось выяснить, она ничего не знала.

— Но она могла знать все, Кемп. Не такая она женщина, чтобыобнажать свою душу.

— Возможно, обоих следует взять на заметку. Она могласовершить преступление из-за ревности. Он — ради своей карьеры. Развод всеобнажил бы. Это был бы необычный процесс, противоречия в кланеминистра-координатора всплыли бы наружу.

— А что вы думаете о девице-секретаре?

— Не исключена эта возможность. Вероятно, она питала кДжорджу Бартону нежные чувства. Большую часть дня они проводили вместе, и естьпредположение, что он был ей не безразличен. В самом деле, вчера одна изтелефонисток показала нам, как Бартон держал Руфь Лессинг за руку и при этомговорил, что не представляет, как бы он жил без нее, а когда мисс Лессинг вышлаиз комнаты и застала ее врасплох, то она немедленно уволила эту девушку — далаей денег на месяц вперед и велела убираться. Похоже, она приняла все этослишком близко к сердцу. Кроме того, сестре миссис Бартон также причиталасьсолидная сумма — этого тоже не следует забывать. Ребенок ребенком, но кто занее поручится. И, наконец, миссис Бартон имела еще одного приятеля.

— Так вам и это известно?

Кемп медленно произнес:

— До обидного мало, но и то, что известно, вызываетнекоторые подозрения. Паспорт у него в порядке, Американское подданство, ничегопредосудительного не установлено. Приехал сюда, остановился в «Клеридже»,умудрился завести знакомство с лордом Дьюсбери.

— Мошенник?

— Вероятно. Дьюсбери, кажется, клюнул на удочку — попросилего остаться. И тут началось.

— Производство оружия, — сказал Рейс. — На заводах Дьюсбериначались какие-то неполадки при испытаниях нового танка.

— Да. Этот самый Браун отрекомендовался в качествепредставителя фирм, производящих вооружение. И как только он там появился,вскоре начался саботаж — как раз в то самое время. Браун сшивался средизакадычных дружков Дьюсбери — Казалось, он искал связей со всеми, кто так илииначе имел отношение к фирмам, изготавливающим вооружение. И в результатеначалась всякая неразбериха, в которой он, по моему разумению, приложил руки.Раз или два на заводах произошли серьезные беспорядки, и это вскоре после того,как он там появился.

— Интересная личность — мистер Антони Браун.

— Да. Он щедро наделен обаянием и, очевидно, умеет извлекатьиз этого пользу.

— А зачем ему понадобилась миссис Бартон? Ведь Джордж Бартонне имел никакого отношения к производству оружия?

— Не имел. Но Браун, кажется, был в довольно близкихотношениях с его женой и мог из этого кое-что извлечь. Ведь вам известно,полковник, милая женщина способна выведать у мужчины все, что угодно.

Рейс кивнул, он понял: слова главного инспектора относилиськ Управлению контрразведки, которое он когда-то контролировал, и не были имвосприняты как намек на его собственные упущения.

После минутного раздумья он произнес:

— Вы читали письма, которые получил Джордж Бар-тон?

— Да. Их нашли прошлым вечером у него в доме в столе. МиссМарло отыскала их для меня.

— Знаете, Кемп, эти письма очень меня заинтересовали. Каковомнение эксперта?

— Бумага дешевая, чернила обычные — отпечатки пальцевДжорджа Бартона и Ирис Марло. На конверте куча всяких неопознанных следов,видимо, почтовых работников и т. д. Письма написаны, как подтвердили эксперты,человеком довольно образованным и находящимся, в здравом уме.

— Довольно образованным. Значит, не слугой?

— Видимо, нет.

— Тогда это становится еще более интересным.

— Напрашивается вывод: кто-то что-то подозревал.

— Неизвестный не обратился в полицию. Он хотел пробудить вДжордже подозрения и остаться при этом в тени. Все это весьма странно, Кемп.Возможно, он даже не сам это писал, да?

— Мог и сам написать. Но зачем?

— Кому-то захотелось представить самоубийство в видеубийства.

— И выставить в качестве палача Стефана Фаррадея? Неплохаямысль. Немало потрудились для этого. Но дело в том, что у нас абсолютно нет противнего никаких улик.

— Ну, а по поводу цианида что скажете? Была найденакакая-нибудь упаковка?

— Да. Внутри следы кристаллов цианида. Никаких отпечатковпальцев. Ясное дело, в детективных рассказах упаковка содержала бы все нужныеулики. Заняться бы авторам этих детективных историй нашей повседневной работой.Тут бы они и убедились, что чаще всего никаких следов не остается и приходитсяотыскивать несуществующее.

Рейс улыбнулся.

— Метко подмечено, А вчера вечером тоже никаких видимыхследов не осталось?

— Именно этим я сегодня и продолжаю заниматься. Вчера яопросил всех присутствующих, затем с мисс Марло возвратился на Эльвестон Сквери просмотрел стол и бумаги Бартона. Сегодня я опрошу очевидцев болееобстоятельно. Допрошу и людей, находившихся за двумя другими столами в алькове…— Он перелистал какие-то бумаги. — Да, вот они. Джеральд Толлингтон — гренадергвардейцев и достопочтенная Патриция Брайс-Вудворт. Юные жених и невеста. Бьюсьоб заклад, они друг с друга глаз не сводили и до остального им дела не было.Мистер Педро Моралес, омерзительный коммивояжеришко из Мексики. У него дажебелки глаз желтые. И мисс Кристина Шеннон — если речь не о деньгах, у нее языкприлипает к гортани Но сто к одному, что-нибудь они все-таки заметили. Навсякий случай я запасся их именами и адресами. Начнем с этого бедняги,официанта Джузеппе. Он уже здесь. Сейчас я его приглашу.