Верхом на «Титанике» - Дарья Донцова

Николетта вынула из сумочки крохотный платочеки прошептала:

– Жизнь заканчивается трагично!

– Вава, объясни, в чем дело, –потребовал Владимир Иванович.

Я кашлянул и развел руками. Что сказать мужумаменьки? Нет слов, дабы описать этот маразм.

– Вы спорите? – прочирикал сбокусладкий голосок.

На лице маменьки моментально расцвела самаясчастливая улыбка.

– Ах, Люка, – защебетала она, –ты права! Никак не можем договориться, как Ваве назвать его новую книгу! То ли«Шел Саша по шоссе», то ли «Голубой свитер».

– Новая книга, – ехидно прищуриласьЛюка, – а что, у Вавы имеется старая? Я пропустила презентацию его первогоромана? Вава, гадкий, не позвал! Подари тогда мне так! Ну, я жду!

Большие темно-карие глаза Люки, в которыхсверкало откровенное издевательство, уставились на меня. Владимир Иванович счелза благо тихо раствориться в толпе гостей, Николетта покраснела от злости, а я,собрав в кулак все светское воспитание, закивал:

– Непременно пришлю с шофером дня черезтри. Тираж уже распродан, но остались авторские экземпляры.

– Да? – с разочарованием спросилаЛюка. – Жду! И не забудь приложить приглашение на презентацию новойповестушки!

Я закивал, Николетта посерела, а Люка вдругзамахала руками и заорала:

– Катя, Катя, сюда!

От стола, где теснились блюда с канапе, к намнаправилась стройная блондинка в вызывающе обтягивающем красном платье.

– Люка, – воскликнула она, –милая!

Чмок-чмок-чмок.

– С кем ты пришла? – кокетливоглянула на меня Катя.

Лицо блондинки показалось мне знакомым, яопределенно видел ее раньше.

– С Марком, – ответила Люка, –он там! Иду, дорогой!

Помахав ручкой, маменькина подружкаиспарилась, Николетта тоже куда-то делась, мы с блондинкой временно осталисьвдвоем. Я решил завести непринужденную беседу.

– Разрешите представиться, Иван Павлович.

Катя хмыкнула, но промолчала.

– Великолепный вечер, – продолжаля, – вы знакомы с Зузу и Зизи?

– Нет, – ответила блондинка.

– Я тоже!

Катя дернула плечом и нервно обернулась.

– Вам очень идет красный цвет, – продолжиля светские любезности, – редкая дама может позволить себе пурпурноеодеяние, только такая, как вы, с безупречной фигурой и…

– Прекрати, – оборвала Катя, –и лучше уходи скорей.

Я уставился на блондинку.

– Извините?

– Хватит ломать комедию, – велелаКатерина, – я отлично поняла, что ради меня ты готов на все! Но ужеговорила – я замужем, ничего не получится. Вон там, у камина, стоит Роман!

И тут меня осенило! Ну конечно же! Я видел этуБарби в автосалоне, когда вел переговоры о покупке новой машины, подвез потоммадемуазель из чистой вежливости, а она невесть по какой причине принялаэлементарную воспитанность за влюбленность.

– Уж не знаю, как ты выбил приглашение натусню, – понизив голос, щебетала Катя, – но зря стараешься. Подкупилмоего парикмахера, и он сообщил тебе, что я иду на свадьбу, ведь так?

Я глубоко вздохнул. Милые дамы сегодня вмассовом порядке лишились рассудка. Сначала Николетта с Сашей, сушками иголубым свитером, теперь Катя с твердой уверенностью в моей влюбленности. Надонемедленно расставить точки над «i», но аккуратно. Заявить даме в лицо: «Выошибаетесь, я не испытываю к вам ни малейших чувств!» – показалось мне грубым.

– Видите ли, дорогая, – завел я.

– Нет! Не признавайся в любви! –топнула ногой Катя.

– Я хотел лишь…

– Не стану слушать!

– Могу…

– О! О! О! Не вздумай выбрасываться изокна!

– Я…

– Страдаешь молча?

– Ну…

– Мне тебя жаль, но я уже замужем!

– Вот и прекрасно, – ляпнул я.

– На что ты намекаешь? – вспыхнулаКатя. – Я не стану твоей любовницей! Не надейся!

– Извините…

– Ладно, можешь поцеловать мне ручку.

Надушенная лапка поднялась до уровня моеголица, я машинально взял тонкие пальчики.

– Ах, Ванечка, – тихо прошепталаКатя, – ты такой милый, и я вижу, вижу – страстно влюблен. Женское сердцевсегда вздрагивает, если мужчина совершает безумные поступки. А ты! Дежуришьоколо моего дома, спишь в машине, надеешься на нечаянную встречу!

– Я???

– Не отпирайся! Хорошо запомнила твоютачку, ведь я ездила в ней!

– Тут какая-то ошибка…

– Ты очень робкий! Знаю и номер машины!Семьсот два!

– Правильно, – сказал я, –именно такой номер был на прежней, проданной мной по договоренности…

Мягкая рука опустилась на мое плечо.

– Ваня, не надо! Ты сегодня обманомпрошел на вечеринку! Мечтал увидеть свою Катеньку.

– Я??? Но…

– Я оценила твои старания, –заулыбалась блондинка, – мы поболтали. Но никак не могу принятьпредложение бросить мужа и уйти к тебе.

Я икнул, а Катя самозабвенно вещала дальше:

– Открою тайну: мужа я не люблю, но онбогат, а я нищая, вот и продалась за мешок с золотом. Но, как честная девушка,я имею принципы и никогда не стану любовницей другого мужчины. Верное решение?

– Абсолютно правильное, – закивал я,пятясь прочь от сумасшедшей блондинки.

Но удрать не удалось, Катя вцепилась в рукавмоего пуловера.

– Пообещай, что не станешь караулитьночью под моими окнами. Поверь, сердце кровью обливается, когда я думаю о твоихстраданиях.

– Честное слово, более никогда, –уверил я ее.

– Хорошо, – улыбнулась Катя, –я понимаю, решение далось тебе нелегко, но ты ради любимой готов на все?

– Нет, – решительно ответиля, – вовсе не на все!

Катя умоляюще сложила руки.