Жираф – гроза пингвинов - Дарья Донцова

– Что? Какая Наташа? Кто сказал эту чушь?

Мы с Константином уже знали, что у Надежды Петровны никогда не было ни мужа, ни ребенка. Эту информацию Николаша раздобыл за пару секунд. Но я прикинулась удивленной:

– Нина!

Хозяйка заморгала.

– Что за ерунда? Откуда она это взяла?

Я развела руками.

– Понятия не имею, хотя кое-какие предположения есть.

– Интересно их послушать, – процедила Надежда.

– Сейчас расскажу, – пообещала я. – У вас был больной брат.

– Это правда, – кивнула Надя, – отец бросил маму, а та совсем с ума сошла на почве ухода за мальчиком, нас с сестрой загнобила. Иру нельзя назвать простым человеком, она совершала разные, порой неблаговидные поступки. Но после того как наша мать покончила с собой, старшая сестра не бросила меня. Она прервала занятия в мединституте, оформила надо мной опеку, пошла работать. Это правда. Мы с Ирой знали, что такое ребенок с орфанным (редким хроническим) заболеванием, и понимали: у нас, наверное, не очень хорошая генетика. Я очень боялась, вдруг рожу такого, как брат. Меня страх отвернул от замужества. Ира тоже категорически не хотела детей. Но родила двойню. Случайно получилось.

Надежда начала ходить по комнате.

– Когда вы однажды приехали в гости к Ирине вместе с Ниной, могла ли сестра поговорить с вашей воспитанницей наедине? – осторожно осведомился Константин.

– Да, – после краткого молчания согласилась хозяйка, – Ира и Сергей сначала очень приветливо себя вели. Ирина сказала:

– Ниночка, пойдем, я покажу тебе кое-что интересное.

И они ушли. Меня почему-то поведение старшей сестры встревожило, я хотела пойти к ним, но Сергей меня удержал:

– Дай Ирке с девочкой поговорить. Надо им контакт наладить.

Они отсутствовали долго, а когда вернулись, у Нины на шее висели пластмассовые бусы, полная дешевка. Ира гордо сказала:

– Это мой подарок.

Но несмотря на презент, Нина выглядела не очень веселой, какой-то прибитой. Странно, что до вашего вопроса я ни разу не сопоставила тот визит с дальнейшими событиями. Вечером Нина легла спать, не поцеловав меня. Нет бы спросить у нее: «Что случилось?» Но я не хотела затевать разговор на ночь.

– Мне кажется, – сказала я, – подчеркну, кажется, ни малейшей уверенности в своей правоте у меня нет. Мне кажется, что у Ирины был некий план в отношении Нины. Девочка ей зачем-то понадобилась, она хотела ее у вас забрать. Но Нина уже ходила в школу, это не младенец, которого можно принести-унести в любое место и он ничего не поймет. Нина личность, она привязана к вам. Ирина решила очернить вас в глазах девочки, представить себя страдалицей. Соврала, что не родная мать отказалась от одной дочки, а тетка ее фактически украла, не отдавала, на день рождения к Полине привезла лишь после того, как Сергей пообещал вызвать милицию. Нина поверила ее рассказу. Он подтверждался существованием Полины, на лицо которой сестра смотрела, как в зеркало. Вот почему она не захотела общаться с вами после того, как вы освободились. И, похоже, Нина до сих пор верит тому, что ей наговорила родная мать.

Хозяйка, которая до сих пор нервно ходила по комнате, остановилась.

– Давайте расскажу вам, как обстояло дело в действительности.

Надежда вернулась к креслу, где ранее сидела.

– Отлично помню, как Ира уехала жить к Сереже. Утром она с чемоданами отбыла, а назавтра после обеда раздался звонок. На проводе Ирина в полной истерике: «Надюша! Я в этом ужасе жить не могу, приезжай. Помоги!» Естественно, я кинулась на зов. Сестра меня впустила вся в слезах: «Сережа на работу уехал. Я решила комнаты осмотреть, прибрать хотела. Ты только глянь!» Она потащила меня по коридору, одну дверь открыла. Чья-то спальня. Жутко грязная, чьи-то вещи повсюду разбросаны. Во второй комнате та же картина. А между ними санузел, там вообще мрак. Штук пять кладовок, набитых гнилым тряпьем, банки с испорченными заготовками. А запах! Не передать словами.

Я ошалело на все смотрела, спросила:

– Ты сюда раньше заглядывала?

Ира в рев.

– Нет. Сережа же у нас поселился.

Верно. Когда они поженились, Сергей перебрался к супруге. Иру он к себе никогда не приводил, объяснял: «Неубрано у меня, прости». Но сестре хотелось жить своей семьей, без меня, она настояла на переезде в хоромы мужа. И вот что оказалось! Ира свой чемодан схватила и назад в родительские пенаты. Сергей вечером домой вернулся, никого нет. Он долго голову не ломал, сразу к нам примчался. Случилось у них выяснение отношений. Я из дома ушла, не хотела быть третьей лишней, вернулась за полночь. В комнате у ребят тишина. Утром Сережа сказал:

– Я после смерти родителей на их территорию много лет не заходил. Не мог. Жил в своей спальне, кухней пользовался и ванной. Но сейчас понял: надо делать ремонт.

– Денег у нас нет, – всхлипнула Ира.

Сережа ее по голове погладил.

– Будут. Достану.

И не соврал. Через неделю принес огромную, в моем понимании, сумму, объяснил:

– На службе премию выдали, и накопления кое-какие имелись. Зарплата не ахти, но я умею вертеться, трачу деньги аккуратно.

Надежда начала мять пальцами край накидки кресла.

– Ира говорила, что супруг работает носильщиком на вокзале. Что-то они с друзьями проворачивали, прилично зарабатывали. Подробностей я не знаю, мне они зачем? Ремонт быстро провели, квартира просто конфеткой стала. Жить стали хорошо, Иру муж проводницей устроил. Все не один год отлично шло, и вдруг! Сестра забеременела. Ну такого поворота они не ждали.

Я молча слушала то, что уже знала: из-за того, что у Сергея не могло быть детей, супруги приняли тошноту жены за проблемы с желудком. А когда стало ясно, что к чему, то аборт делать было поздно, поэтому родились близняшки.