Шестой уровень - Фридрих Незнанский

Из тихого квартала выскочили на широченную улицу. Все это молча, напряженно, в голове у всех вертелся один огромный вопрос — ответа не было.

Вася от этой нервотрепки чуть снова не перепутал полосы движения.

И в этот момент неизвестно откуда вынырнувший полицейский автомобиль упрямо повис на хвосте. Прикрепленный к его крыше громкоговоритель что-то требовательно голосил на японском.

— Это за нами! — Кирюха уже задыхался от злости. — Черт побери, они знали! Их предупредили заранее!

Александр еще не мог поверить, что все кончилось так быстро..

— Спокойно, это не по наши души. — Турецкий смотрел в зеркальце заднего вида. — Вася, замедли ход, пропусти его.

— Нет, гони вперед! — заверещал Козлов, хватая Гладия за плечи. — Это подстава! Подстава!!!

— Это всего лишь патруль, — успокоил его Александр. — Я еще не понимаю, что происходит, но, если бы кто-то сейчас хотел вас нейтрализовать, здесь были бы танки. Вася, делай, что я тебе велел.

Гладий сбросил скорость и, освобождая дорогу полицейским, свернул в крайний левый ряд.

Патрульная машина поравнялась с «тоётой», некоторое время ехала рядом, а затем начала настойчиво притирать ее к бордюру. Водитель в защитном шлеме, растопырив пальцы, помахивал рукой. Его напарник не переставал что-то кричать в мегафон.

— Кажись, они хотят, шобы мы остановились... — по лбу Василия прокатилась струйка пота.

— Легче бабахнуть по ним из всех стволов. — Козлов передернул затвор пистолета. — Нас пятеро, а их двое.

— Отставить! — строго приказал Турецкий. — Нет, не может быть... Что-то не так...

— Жду команды, — прохрипел Гладий.

— Вперед, отрывайся! — решился наконец Александр.

Гладий кивнул, повернулся к окну и показал полицейским жестами, мол, уговорили, сдаюсь, а сам в ту же секунду до упора вдавил педаль газа. «Тоёта» будто обрадовалась тому, что ей позволили показать все, на что она была способна, полетев с такой скоростью, что ребят вжало в сиденья.

— С картой сверьтесь! — Василий ворочал рулем вправо-влево, ловко лавируя в плотном автомобильном потоке. — Я не знаю, куда еду!

Не прошло и минуты, а преследовали так поотстали, что их уже не было видно. Но и продвигаться вперед становилось все сложней и сложней. Это был самый центр Токио, его деловая часть. Машины закупорили узкие дороги, как тромбы кровяные сосуды...

— Мы на кольце, — Сотников уставился в карту. — Точно, на кольце...

— Как выехать на трассу? — Гладий пытался обогнать неповоротливого развозчика кока-колы, но тот не желал уступать стратегически важное пространство. — Сейчас затрут со всех сторон!..

— Так-так-так... Примерно через сто метров будет поворот, дорога прямая, ведет на север. — Веня обвел затравленным взглядом своих товарищей. — Север нас устраивает?

— Да куда угодно, лишь бы подальше от этого проклятого города!

Василий дождался, пока слева появится хоть какой-нибудь просвет, затем крутанул баранку, и «тоёта», взгромоздившись на высокий бордюрный камень, покатила по тротуару.

— Ты уверен?— полюбопытствовал Кирюха.— На сколько я понимаю, у них это не принято...

Василий не отпускал ладони с клаксона.

Прохожие, совершенно не привыкшие к подобным лихачествам, реагировали на этот сигнал опасности по-разному. Кто-то шарахался от васильковой «тоёты» как черт от ладана, а кто-то попросту терялся и не мог сдвинуться с места.

— Уйди, косоглазый! — Козлов высунулся по пояс в окошко. — Чего вылупился? Да-да, я тебе говорю, Брюс Ли хренов! Жить надоело? Ну-ка быстро отвалил!

— Мить, они все равно не понимают... — заметил Кирюха.

— Их проблемы. Окажутся под колесами — поздно будет. Бабуля, бери своего внучка под мышку и костыляй отседова, пока жива!..

И все же продвигаться по тротуару было гораздо быстрей, нежели по дороге. Правда, довольно-таки неприятными препятствиями выглядели десятки лотков с одеждой, обувью, парфюмерией и всевозможными дарами моря, выставленных у дверей магазинов, но Василий, скрежеща зубами от напряжения, умудрялся проноситься мимо них на расстоянии каких-то миллиметров.

Наконец они добрались до заветного перекрестка. Пока законопослушные водители дожидались переключения светофора, Гладий съехал с тротуара и в гордом одиночестве пустил «тоёту» по пустой трассе, игнорируя жесты полицейского, который просто обалдел от такой наглости.

Теперь надо было гнать вперед, никуда не сворачивая, до тех пор, покуда в баке не кончится бензин.