Второе рождение - Ирина Градова

* * *

– Почему вы приняли такое решение? – мягко спросила Юлия, участливо глядя на сидящую напротив худенькую девушку в джинсах и потертом свитере с заплатами на локтях. Ее густые рыжие волосы торчали в разные стороны, почти скрывая бледное треугольное личико. Всем своим видом девушка вызывала жалость.

Так как посетительница не отвечала, Юлия заговорила снова:

– Поймите меня правильно, Женечка, это решение – одно из самых важных и трудных в жизни любой будущей матери, поэтому я и веду с вами этот разговор. Нам важно знать, что вы не передумаете.

– Я не передумаю! – пискнула девушка, устремив умоляющий взгляд на собеседницу, такую полную, лоснящуюся, хорошо одетую и, казалось, полностью довольную жизнью.

– У вас… третий месяц, судя по УЗИ? – уточнила Юлия, беря в руки один из документов, представленный посетительницей.

– Д-да…

– А впереди еще шесть. Долгий срок, и все может произойти…

– Не может! – снова прервала ее девушка, громко шмыгнув носом. – Родители меня убьют, если только узнают… Нас в двух комнатах восемь человек. Если я только заикнусь о ребенке…

Она снова всхлипнула, и Юлия встала с места, желая утешить гостью. Подойдя к стулу, на котором, словно замерзший воробей на проводах, скорчилась Женя, женщина погладила ее по плечу своей полной, мягкой рукой с туго натянутой розовой кожей. На четырех из пяти пальцев этой руки призывно подмигивали бриллианты.

– Не надо плакать, – ласково проворковала Юлия, чувствуя, что на этот раз все должно срастись. – Вы пришли по адресу, и мы вам обязательно поможем, ведь именно для этого я здесь и нахожусь, верно? Однако вы же понимаете, Женечка, что быстро такие дела не делаются: нужно договориться с усыновителями, обсудить условия…

– Сколько… сколько я получу? – спросила девушка, глядя в сторону.

– Ну, милая моя, об этом еще рано говорить! – покачала головой Юлия. – Мы здесь, знаете ли, не на рынке!

– Простите…

– Все в порядке. Вы находитесь в затруднительном положении, и я сделаю все, чтобы никто не остался внакладе. Давайте теперь поговорим о вас и вашем здоровье. Как я понимаю, это первый ребенок?

…Выйдя наружу, девушка завернула за угол и остановилась, запрокинув голову и глубоко втянув ноздрями воздух. Затем она порылась в сумочке и вытащила оттуда новенький мобильник. Набрав номер и дождавшись, пока трубку снимут, она произнесла:

– Дело на мази. Правда, записать ничего не удалось: она была очень осторожна и не сказала ни единого лишнего слова. Тем не менее мне позвонят.

– Молодец, Вика, – похвалил Артем. – Теперь возвращайся домой: возможно, тебя станут проверять, и мы не должны вызвать ни малейших подозрений.

– Почему было не использовать кого-то из твоих девиц? – недовольным голосом спросил Андрей, когда подполковник дал отбой. – Что, в твоей следственной бригаде нет женщин?

– Есть, – согласился тот. – Но на данный момент у меня нет права официально направить сотрудницу во «Второй шанс» – доказательств их участия в пропаже Илоны не существует. Тем не менее, имеются определенные подозрения, так почему бы Вике не исполнить роль беременной?

– А что, ты предполагаешь, будет потом? – все еще сомневаясь, спросил Андрей. – Ну ладно, мы разжились необходимыми справками и анализами, доказывающими факт беременности, которой на самом деле нет, но, если даже Вике позвонят и предложат встретиться с потенциальными усыновителями…

– Э, не беги ты впереди паровоза! – перебил Артем. – Будет день, будет и пища. Пока что Вика отлично справилась, а там, глядишь, что-нибудь и произойдет, и мы сумеем связать разрозненные ниточки. Конечно, может получиться, что они никуда не приведут, но это тоже положительная динамика: значит, «Второй шанс» ни при чем, и мы переключим внимание на других подозреваемых… Если таковые к тому времени нарисуются.

* * *

– А здесь мы проводим свободное время, – широко улыбаясь, сказала Александра, открывая передо мной дверь. – Заходи, не бойся, тут все друзья!

Большая горница оказалась полна народу, и весь этот народ был чем-то занят. Некоторые женщины строчили на швейных машинках, другие вышивали на пяльцах или вязали. При нашем появлении все одновременно повернули головы к двери. Признаюсь честно, я опешила. Наряд Александры показался мне старомодным и чересчур уж строгим, но теперь я находилась среди двух десятков женщин, одетых в том же стиле, как то: юбки до пола и полотняные рубашки или длинные платья с надетыми поверх передниками. Волосы убраны под платки, никакой косметики на лицах. Господи, и куда это я попала?

Звонок в офис «Родуницы» не сразу принес плоды, но совместно разработанная с Андреем и Карпухиным «легенда» все же сработала. Я сказала, что прочитала о «Родунице» в женской консультации, где кто-то оставил буклеты. Меня пригласили на собеседование. Там меня встретила пожилая дама, одетая в строгий темный костюм.

– Присаживайтесь, Агния, – предложила она, указав на неудобный пластиковый стул, и тут же извиняющимся тоном добавила: – Уж извините, у нас тут не слишком комфортная обстановка, но на хороший ремонт и мебель денег пока нет.

– Да что вы, я понимаю, – прокряхтела я, с трудом умещая свой раздавшийся зад на узеньком сиденье.

– У вас такое редкое имя, – продолжала моя собеседница. – Всегда жалела, что родители, долго не мучаясь, назвали меня Татьяной… Так что же вас к нам привело? Простите, что спрашиваю, но вы не похожи на большинство наших сестер.

– Кого-кого?

Я что, в монастырь попала?!

– Понимаю ваш скепсис, – улыбнулась Татьяна Андреевна. – Называть женщин пациентками или клиентками было бы неправильно – мы не медицинская организация и, уж тем более, не коммерческая, но надо же как-то к ним обращаться, верно?

– Наверное… – пробормотала я.

– Так чего вы ожидаете от «Родуницы», Агния?

– Ну, в брошюре написано, что вы обеспечиваете возможность «естественных» родов. Мне сорок три года, и это, – я погладила себя по животу, – мой первый ребенок.

– Понимаю, – участливо улыбнулась Татьяна Андреевна. – Побаиваетесь?

– Честно говоря, да! Поэтому мне хотелось бы знать, как именно проходят роды у вас.

– Все очень просто, – снова улыбнулась моя собеседница. – Поселок расположен за городом, в очень живописном месте, на свежем воздухе. Наши мамочки занимаются посильным трудом…

– Трудом? – переспросила я.

– Исключительно для обеспечения собственных нужд – кто-то же должен готовить, убираться и сажать зелень для стола? Кроме того, это полезно для здоровья и способствует налаживанию общения внутри общины.

Общины? Очень интересно!