Солги ей - Мелинда Ли

В груди Бри всколыхнулось возбуждение. Ей нравилось это чувство – осознание того, что расследование сдвинулось с мертвой точки, что фрагменты головоломки начинают складываться воедино.

– Хорошо, что мы как раз направляемся к Фаре Рок, – заметил Мэтт.

GPS-навигатор предупредил Бри о повороте. Фара Рок жила за чертой города. Бри выехала на узкую проселочную дорогу, бегущую через лес. Через двадцать минут она свернула на гравийную подъездную аллею, также среди леса. Аллея уперлась в большую поляну, на которой стояли деревенский домик и сарай. На большей территории округа снежная пороша растаяла рано утром, но в этом густом лесу еще остались белые пятна в тех местах, куда не могли пробиться солнечные лучи.

Мэтт указал на белую «Тойоту-Хайлендер», припаркованную рядом с маленьким синим «Субару» и зарегистрированную на имя Фары Рок.

– Вижу, – Бри сфотографировала машину, постаравшись захватить в кадр ее номер.

Под хруст гравия и ледяных кристалликов под ногами, Бри с Мэттом подошли к входной двери и постучали. Им никто не ответил. Но за домом послышался приглушенный стук. Обойдя дом, они оказались на заднем дворе.

– По-моему, стук доносится из сарая, – Бри стремительно пересекла поляну.

Двойные двери не были плотно закрыты; Бри заглянула в щелку, Мэтт всмотрелся через ее плечо. Внутри сарай был переделан в домашний тренажерный зал: перегородки снесены, чтобы увеличить пространство; пол покрыт резиновым матом с поверхностью, рифленой в ромб. В одном углу лежали гантели, балансировочный мяч и эспандеры. Другой был занят спортивным инвентарем. На стене висел каяк, а на металлических полках складировалось туристическое снаряжение для походов и отдыха на природе. На специальной подставке стоял горный велосипед. Но остальное пространство было превращено в домашний скалодром. Всю стену высотой в два этажа усеивали пластмассовые поручни-опоры. Такие же были прикреплены и к потолку того, что когда-то служило чердаком. И в десяти футах над полом по ним, как паучиха, карабкалась молодая женщина. Бри опознала в ней Фару Рок по фотографии на водительском удостоверении. Упражнялась Фара в облегающей рубашке с длинными рукавами, черных трико и скальных туфлях с заостренными мысками. Волосы были стянуты в конский хвост.

Мощность обогревателя, стоявшего в центре бывшего сарая, явно не соответствовала его площади. У прибора не получалось изгнать из помещения холод. И все же на лбу Фары проступали капельки пота. Вытянув руку, она схватилась за поручень, оттолкнулась от стены ногами и вцепилась второй рукой в очередное крепление – как участница шоу «Американский ниндзя».

Бри громко постучала в дверь. Фара оглянулась на стук, отняла одну руку от поручня и повисла вниз головой, удерживаясь за крепления другой рукой и захватами пальцев ног. Бри вздрогнула: ей показалась, что девушка вот-вот упадет и ударится головой о пол. Но Фара медленно разжала пальцы ног и распрямила тело. Все ее движения были контролируемыми и точно выверенными. Бри сумела освоить йоговскую стойку на голове, но физическая подготовка Фары и сила ее мышц реально впечатляли. Девушка легко опустилась на мат и отерла руки о бедра, оставив белые полоски на черной материи. Ее ногти были коротко подстрижены, но Бри удивилась, заметив на них ярко-красный лак. Скалолазание и маникюр как-то не увязывались в ее голове. А еще Бри поразило внешнее сходство Фары с Эвери и Моникой – такая же высокая и стройная, с длинными черными волосами. Хотя… Фара выглядела чуть менее изысканной, чуть более простоватой и грубоватой. Ей недоставало салонного лоска, отличавшего двух других женщин.

– Чем могу вам помочь? – спросила Фара таким тоном, словно допустила, что незваные гости ошиблись адресом.

– Фара Рок? – дождавшись утвердительного кивка, Бри представила себя и Мэтта. – Мы хотели бы задать вам пару вопросов о Спенсере Лафорже.

Фара зло прищурила глаза:

– Что натворил этот козел?

Никакой любви в ее голосе не просквозило. Скорее, отвращение и неприязнь.

– Он умер, – прямо ответила Бри.

Фара моргнула. Шок загасил ее раздражение.

– Что?

– Можно нам войти? – осведомился Мэтт.

Надо отдать должное Фаре – она быстро оправилась от потрясения и устремилась к ним:

– Давайте пройдем лучше в дом. Я замерзну, если перестану двигаться, – выключив обогреватель, Фара сменила скальники на резиновые сапоги с кожаным голенищем и уже на выходе накинула куртку. Они гурьбой пересекли поляну и вошли через заднюю дверь в прихожую. Присев на банкетку, Фара стянула сапоги, резко встала, скинула куртку и сунула ноги в пушистые тапочки.

Совмещенная с кухней гостиная была площадью со стандартный гостиничный номер. В дверной проем Бри разглядела маленькую спальню. Внутреннее убранство домика перекликалось с его внешней отделкой: пол и стены из грубо отесанных досок. Подбросив поленья в дровяную печь в углу, Фара закрыла дверцу. В маленьком окошке засверкали оранжевые языки пламени, отбрасывая мягкий свет на лицо молодой женщины. Его черты были несколько угловатыми, с четко очерченными скулами, как у гречанки или итальянки, а кожа красивого оливкового оттенка – чистой, без всякого макияжа. Повернувшись, Фара посмотрела на Мэтта и Бри:

– Как? – осознание изменило выражение ее взгляда; склонив набок голову, Фара на несколько секунд крепко зажмурила веки, а когда открыла их, в глазах девушки уже читалось примирение с известием о смерти знакомого: – Выходит, это о нем говорили в ночных новостях. Это его убили?

– Да, – кивнула Бри.

– Вот черт…, – Фара попятилась к мягкому креслу и опустилась в него; одна рука обвилась вокруг ее талии, другая прикрыла рот; глаза забегали из стороны в сторону, как будто разум усиленно заработал.

Бри присела на кожаную оттоманку, лицом к Фаре:

– Когда вы виделись со Спенсером в последний раз?

– Гм… Не помню точно. Дайте-ка проверить по календарю, – оторвав руку от губ, Фара заерзала в кресле, пытаясь дотянуться до мобильного телефона на журнальном столике. Полистав календарь, она заявила: – Я видела его в последний раз две недели назад. Через два дня после той встречи Спенсер порвал со мной, прислав смс-ку.

Бри вытащила блокнот и занесла в него даты:

– Вас это разозлило?

– Еще бы! – огрызнулась Фара и раздраженно вздохнула: – Конечно, я разозлилась, психанула. Не стоило этого делать. Сейчас, задним числом, я понимаю: все указывало на то, что он мне пудрил мозги. Я просто не обращала внимания на эти знаки.

– Что вы имеете в виду? – угнездился на подлокотнике прочного кресла Мэтт.

– Спенсер был каким-то скользким, – заговорила Фара. – Слишком уж покладистым, что ли. Он соглашался со всем, что я говорила. Если я говорила, что мне нравится голубой цвет, он тут же поддакивал: «И мне тоже».