Связной из Багдада - Чингиз Абдуллаев

Когда Дронго закончил говорить, Мурашкин снова облизнулгубы.

– Интересная версия, – сказал он, – но этопока лишь версия. Мы отрабатываем все возможные варианты. Знаете, сколько людейарендовали через Сургутского пустующие помещения? Это ведь огромные деньги.Сейчас мы проверяем его коммерческие связи…

– Правильно делаете, но я говорю о другом. Сразу послескандала Аркадий уехал к себе. Мне нужны все распечатки его телефонныхразговоров в тот день. И в последующие два дня тоже. Кто ему звонил, и комузвонил он.

– Завтра мы вам привезем, – согласился Мурашкин.

– Сейчас, – возразил Дронго, – немедленно. Уменя каждая минуту на счету.

Коробов покосился на него и кивнул головой.

– Он прав.

– Мы пока только проверяем, – попытался объяснитьМурашкин.

– Дело не в убийстве Аркадия Сургутского, –добавил Коробов, – у нас гораздо более масштабная задача. Поэтому нужныномера телефонов прямо сейчас.

– Я могу позвонить, чтобы их вам приготовили кзавтрашнему дню, – пообещал Мурашкин.

– Немедленно, – повторил Дронго.

Следователь посмотрел на него и, поднявшись, вышел изкабинета. Коробов ничего не сказал. Достав сигареты, он закурил. Двое другихофицеров ФСБ также достали сигареты, и Дронго с неудовольствием понял, что емупридется дышать табачным дымом. Он поднялся и вышел в коридор. Следом за ним,как бесплотная тень, вышел и вездесущий Пьеро. Дронго обернулся к нему.

– Вы не курите? – спросил он своего странногонапарника.

– Бросил, – серьезно ответил тот. – Этовредно для здоровья.

– Правильно сделали. А вот я никогда не курил. За всю жизньне выкурил ни одной сигареты. Наверное, это неправильно, как вы считаете?

Пьеро не любил категорических утверждений. И вообще не любилвысказываться по какому-либо поводу. Он только пожал плечами. Это было не егодело.

– Меня волнует один момент, который я хочу у васуточнить, – сменил тему Дронго. – Вас не беспокоит то обстоятельство,что вы себя так явно демонстрируете? Специалисты вашей профессии не должныстоль часто появляться на людях. Или я не прав?

– Не правы, – ответил Пьеро. – Помните ЭдгараПо? Где лучше спрятать лист? В лесу. Если меня никто не будет видеть, я сразувызову подозрение, как только появлюсь рядом с вами. А так все привыкли…

– Убедили, – мрачно ухмыльнулся Дронго. – Вамдействительно необходимо постоянно быть рядом со мной.

Они вернулись в комнату. Вскоре появился и Мурашкин ссотрудником прокуратуры. Они принесли распечатки всех телефонных разговоровпогибшего за несколько дней.

Началось внимательное их изучение. Дронго особенноинтересовали номера телефонов, по которым Аркадий звонил в первые минуты послескандала с отцом. Среди них он обратил внимание на номер какой-то Лолы, котороймладший Сургутский звонил в тот день три раза и разговаривал с ней пять, шесть,двенадцать минут. В записной книжке убитого она значилась как Лола, носледователь успел выяснить, что это Елена Кочурина – молодая женщина безопределенных занятий. Вернее, установить тип ее занятий оказалось оченьнесложно.

Но у Сургутского после скандала с отцом состоялось несколькоразговоров и еще с одним человеком – сотрудником британского посольстваДесмондом Абрахамсом, с ним Аркадий беседовал трижды. Первый разговор длилсянесколько секунд, второй – более пяти минут, третий – больше десяти.

– Дипломат… – задумчиво произнес Коробов. –Вы думаете, что мы его нашли?

– Не знаю, – признался Дронго. – Слишкомневероятная цепочка. Но, полагаю, откладывать встречу с ним нельзя. Надо прямосейчас ехать в британское посольство и постараться с этим человеком поговорить.А заодно нанести визит и этой Лоле, чтобы выяснить, почему сразу после скандалас отцом Аркадий звонил ей трижды. Или так нуждался в ее помощи в тот момент?

– Я вызвал ее повесткой на завтра, – сообщилМурашкин.

– Нужно поговорить с обоими немедленно, – заявилДронго. – Почему именно им Аркадий так настойчиво звонил после разговора сотцом? Что он услышал от него такого, что его, судя по всему, взволновало?

– Вы представляете, какой будет международный скандал,если выяснится, что объединенную группу террористов поддерживает британскийдипломат? – задал вопрос Коробов.

– Каких террористов? – не понял Мурашкин.

– Расскажем потом, – отмахнулся Коробов, – япозвоню Юрию Васильевичу, чтобы он помог нам выйти на посла Великобритании, амы пока поедем к этой Лоле. Нужно срочно с ней поговорить.

– Она живет в новом доме на Ленинском, – сообщилследователь.

– Не сомневаюсь, – отозвался Коробов, –сейчас в новых домах могут позволить себе покупать квартиры либо воры, либопроститутки. А я с семьей моей дочери вот уже сколько лет живу в двухкомнатнойквартире. Поехали быстрее!

– Я не понимаю, – тихо произнес Мурашкин. –Что происходит? Почему такая спешка?

– Позвоните ей и скажите, что мы сейчас приедем, –попросил Коробов. – Пусть ждет нас дома и никуда не уходит. У них вечерамисамый разгар работы.

– Сейчас позвоню. – Мурашкин достал документы,проверил номер телефона и набрал номер. – Алло, Елена Евгеньевна? Добрыйвечер. Вас беспокоит следователь Мурашкин.

– Здравствуйте. – Любой человек чувствует себя неочень уютно, когда вечером ему звонит следователь прокуратуры.

– Вы извините, что мы вас беспокоим, – сладкопропел Мурашкин, – но мы хотели бы встретиться с вами…

– Я знаю. Мне принесли вашу повестку, и я завтра буду увас в прокуратуре…

– Нет, нет. Мы не хотели бы вас беспокоить. Еслиразрешите, мы прямо сегодня встретимся с вами. Я могу приехать к вам домой,чтобы вас не утруждать.

– Сегодня? – удивилась молодая женщина. –Почему такая спешка? И что вообще случилось?

Она, очевидно, еще не знала о смерти Аркадия Сургутского.

– Ничего, – ответил Мурашкин, – мы хотели бы свами встретиться.

– Ну не знаю… Почему сегодня?.. У меня куча дел… А увас долгий разговор?

– На пятнадцать минут. Мне нужно уточнить некоторыеобстоятельства, не связанные с вами. Это касается ваших знакомых…

– Каких знакомых? – сразу насторожиласьКочурина. – Кого именно?

– Наших общих знакомых, – нашелся Мурашкин. –Мы расскажем вам обо всем, когда приедем.

– Что-нибудь случилось с… – Она недоговорила. – А у вас есть документы? Учтите, у нас в доме охрана, васбудут проверять…

– Конечно, есть, – улыбнулся Мурашкин, – ядействительно следователь прокуратуры и могу оставить вам свой номер телефона.И это моя подпись стоит на вашей повестке.