Мадам Таро - Ли Суа

– А, ну да, я видел подобные эксперименты в Сети…

– Это было в романе «Идеальное убийство манекена».

– Его тоже написал Сонхун?

– Да, и очень талантливо. На этом курсе необязательно было выкладываться по полной, но он старался самозабвенно.

– Он никогда не говорил, что хочет стать писателем, – сказал Юхан.

– А он и не хотел. Он мечтал стать полицейским, который будет раскрывать идеальные преступления, изучал психологию преступников. Он учился на своих романах… Но в конце концов сам стал монстром.

Сколько я себя помню, Сонхун хорошо умел делать что-то руками – будь то фигурки из оберток жвачек, фантиков или салфеток. Что бы ни попалось ему в руки, он без труда складывал это в кораблики, птиц, замысловатые фигурки. Как-то раз я была у него в гостях, и Сонхун поделился, что сделал идеальное орудие для преступления. Он рассказывал, что, прежде чем написать роман, сам планирует вымышленные идеальные убийства, в том числе делает оружие, которое не оставляет улик.

– Тебе незачем так откровенничать, – сказал Юхан с какой-то горечью в голосе. – Хорошо. Давай начнем с материала, который использовал Сонхун. Обнаруженный на месте преступления кораблик, сложенный из обертки жвачки, напомнил тебе о Сонхуне и о его романах, где он это описывал. Можно же провести аналогию и выдвинуть такое предположение?

В ответ я лишь обреченно вздохнула. Почему-то Юхан сегодня был особенно разговорчив. Я могла понять, что он взволнован, обеспокоен и хотел бы избежать всей этой ситуации. Но я была в отчаянии.

– Ладно, писательница, – сказал он, тем самым и не опровергнув мои слова, и не согласившись с ними.

В этот момент к нам подошел следователь. Его лицо было мрачным.

– Юхан, мы кое-что нашли, – произнес он.

15

Дьявол

Жертвой была семнадцатилетняя девушка. Ее нашли в мусорном баке всего в двухстах метрах от собственного дома. У меня в горле застряли проклятия, но я не могла их выразить. Ситуация выходила из-под контроля. Юхан пнул дверь кабинета и вышел. Через окно переговорной я видела, как он раздает указания членам своей команды. Я снова позвонила Сонхуну – ответа не было. Юхан жестом дал понять, что ему пора, и указал мне оставаться на месте.

Пока я ждала его, позвонила Камилле. Я ожидала, что она будет поражена, узнав о смерти Анны, Ким Мунён и других девушек.

– Я перезвоню, – произнесла Камилла равнодушным голосом и положила трубку.

Я размышляла, стуча пальцами по столу, и тут положила руку в карман. Точно, мой брелок, вот он где. Когда мне его передала Сугён, я сунула брелок в карман и забыла о нем. Это была металлическая пластинка размером примерно с ноготь, с изображением карты Жрица – моей картой судьбы.

Определить карту судьбы можно по дате рождения. Число судьбы получается, если сложить все цифры своей даты рождения. Например, если день рождения двадцать первого апреля тысяча девятьсот девяносто второго года, то нужно сложить единицу, две девятки, двойку, четверку, снова двойку и единицу. Получается двадцать восемь. Теперь складываем два и восемь – получаем десять. Снова складываем один и ноль – получаем один. Это и есть число судьбы. Таким образом, нужно складывать, пока не останется одна цифра. Картой судьбы будет карта, которая соответствует полученной цифре. Это что-то вроде знаков зодиака или корейского гадания по дате рождения.

Мое число судьбы – два, аркан Жрица.

Верховная Жрица связана с культом, она несет духовность и предсказывает будущее. Как же было бы здорово, имей я ее способности! Каждый раз, когда где-то появляюсь я, там происходит какое-то несчастье, и меня это беспокоит.

Я сидела и теребила брелок. Вскоре пришел Юхан.

– Прости, что заставил ждать.

Он сел, и из его груди буквально вырвался тяжелый вздох.

– Как же так… – с трудом заговорил он.

Плохой знак.

– Похоже, это дело рук Сонхуна… – Юхан опять вздохнул и обхватил голову руками.

Я сжала в руках брелок. Почему я не умею предугадывать будущее, как эта Жрица? Может, в день, когда ко мне приходила Анна, Сонхун все подслушал? Может быть, это моя вина…

– Убитая семнадцатилетняя девушка была школьницей, зарегистрировалась в приложении для знакомств по документам старшей сестры. Человек, с которым она встретилась, был Сонхун. Она даже не была знакома с Ким Мунён. У Сонхуна не было повода убивать ее…

– Как выглядит труп? – спросила я.

Юхан нахмурил брови.

– Так же, как тела остальных убитых. Края ран не гладкие. Либо убийца не умел пользоваться ножом, либо и правда использовал нож изо льда. Эксперты сообщили, что обнаружили инородную материю, предположительно хлопок – тканевые салфетки или гигроскопическую вату – на одежде и одеяле. Точную причину смерти назовут после вскрытия.

Также пришли результаты анализа крови Ким Мунён. Перед моими глазами всплыла сцена места преступления. Эксперты изучили следы крови, но все они принадлежали жертве.

– Неужели нет ни капельки крови предположительного убийцы?

– Это еще не всё. Не только в квартире, но и у входной двери, и в коридоре не обнаружилось подозрительных отпечатков. Даже на бумажном кораблике их не было – вообще никаких. Как назло, в тот день камеры наблюдения находились в ремонте. Как будто кто-то все спланировал заранее…

– Неужели Сонхун настолько все предусмотрел?

– Он ведь мечтал об идеальном преступлении. Проблема в том, что его можно обвинить в убийстве только исходя из твоих предположений. Достоверных фактов нет; даже то, что он бывший парень Ким Мунён, не имеет значения. Нет доказательств, что они недавно виделись. Телефонных звонков тоже не было. Единственный человек, который его подозревает, – это ты.

– А ты разве в это не веришь?

Юхан молчал.

– У Сонхуна было достаточно мотивов совершить преступление, – настаивала я. – И способ убийства совпадает с тем, что он описал в романе. Не нужно было мне выкидывать его черновики… Ты все равно не веришь мне?

Я была в отчаянии. Вот поэтому я и ушла из полиции. Ничего не изменилось.

– Сложно в это поверить. Полиция не сможет принять твои показания. Нет доказательств, что это Сонхун. Но я, – он спокойно посмотрел на меня, – верю тебе.

Вот это был взгляд!

– Ты сейчас разыгрываешь спектакль? Шутишь со мной? – спросила я.

– Скажи сама, что нам делать?! – воскликнул он. – Я тоже хочу