Числа Мардж - Кейт Андерсенн

ей тогда, что она много для него значит? Когда человек много значит, о нем вспоминают чаще и не пропадают из виду. Может, он имел в виду, просто что она ему нужна как некий далекий приятель? Мардж заставляла себя перевернуть эту страницу, но каждая мелочь напоминала о лопнувших надеждах. Однако она давно решила не думать о том, чего изменить не в силах. Потому еще более важно заняться делом Кэрри, чтоб заполнить ум чем-то другим. Дав себе такую установку, Мардж не заметила, как уснула. Утром, разумеется, сон пришел и уходить не собирался, пришлось на работу идти вместе с ним.

Зевая, Маргарет Никсон закончила протирать пыль на туалетном столике Эллы Лоуренс. Последнее время звездная болезнь Элли вдруг улетучилась, и на лекции она стала убегать пораньше. У них с Себом шло своеобразное соревнование по успеваемости.

– Ну, зимы осталось совсем немного, она должна у тебя быть волшебной. Несмотря ни на что, Марго, – приободрила Никсон себя перед зеркалом в витом обрамлении. – Ведь зима – такое сказочное время года, верно? Впрочем, точно не в Пейсли. Дай пять! – она подняла правую ладонь и звонко хлопнула по ней пальцами левой. – Вот и договорились, – улыбнулась девушка жизнерадостно, чувствуя, как прощается со сном. – Теперь надо сосредоточиться на деле Кэрри.

Бульканье в кармане.

– О! Сообщение, – показала зеркалу Маргарет указательный палец весело и полезла в карман. – Говорят, что профессиональный вор умеет двумя пальцами незаметно выудить из кармана что угодно. Мне до этого навыка далеко. От Сары! Молодчина, Сэл! «Мэрайя Гудвин» – ого, ну и фамилия! Я бы тоже от такой не отказалась. «Адрес Мьюс-Лейн, 6/12». Хм. Уже что-то. Начать с разговора с соседями, вроде бы так делается…

Весьма кстати на стене у Элли висела карта Пейсли. Маргарет пальцем отыскала Мьюс-Лейн. На той стороне Уайт-Карт Уотер. Интересно, что делала пожилая леди рано утром так далеко от дома в кофейне? Пила кофе, разумеется, но зачем так далеко? Верно, стоит составить портрет Мэрайи Гудвин. Почувствовав себя важным сыщиком, девушка высоко подняла голову, взяла со столика тряпку, отсалютовала отражению и отправилась мыть полы медицинского колледжа.

Из-за мокрой погоды уборка затянулась дольше обычного, так что Маргарет выбралась с сумкой вещей первой необходимости из своей полуподвальной каморки ближе к началу ранних зимних сумерек. Во всяком случае, когда она добралась до Мьюс-Лейн, небо уже посерело от встречи с вечером. Дом номер шесть оказался трехэтажным многоквартирным стареньким строением. Маргарет шумно выпустила воздух, поправляя сумку на плече. Ничего, главное – быть честной и не ляпать не подумав. С первым все в порядке, по поводу второго – держать ухо востро.

Девушка нажала звонок квартиры одиннадцать. Ближайшие соседи. Никого. Еще раз. На пятом гудке домофона отозвался недовольный голос непонятно кого.

– Кто там?

– Добрый вечер, меня зовут Маргарет Никсон, – произнесла девушка заранее подготовленные слова. – Я по поводу Мэрайи Гудвин, вашей соседки…

– Не знаю ничего, – буркнул голос и отключил домофон.

Маргарет вздохнула. Вот же люди! Но не стоит отчаиваться. Еще целых десять кнопок. В десятой и девятой никого не оказалось дома. В восьмой объявили, что наверху вечно невообразимо кашляли и шаркали тапочками, так что они только рады тишине, и плевать, что с ней случилось теперь. Маргарет что-то им отпарировала в ответ, и там отключились. Ну вот. Стоило держать язык за зубами. Повезло на номере семь: пожилой женский голос оживился, заслышав имя Мэрайи.

– О, простите, я только сняла макияж, милочка, и никак не могу пригласить вас. Бедная мисс Гудвин, я уже слышала. Но чем, собственно, я могу быть вам полезна?

– Собственно… – растерялась Маргарет. Так далеко диалог она не продумала. Ей казалось, пройдя в квартиру и увидев жильца, она на ходу придумает, что сказать, но такая ситуация…

За дверью сказали:

– Какая радость, я успела у нее попросить номер Белинды Симпсон.

– А что…

– Девушка из социальной службы. Она такая талантливая и всегда улыбается, знаете, я тоже ведь собираюсь подать заявление, с уборкой и покупками становится тяжеловато справляться самой…

– Белинда Симпсон приходила к мисс Гудвин? – обрадованно перебила Маргарет.

– Да, – тут голос пожилой леди сделал паузу. – А зачем она вам?

– Я расследую смерть мисс Гудвин и пытаюсь разузнать о ней побольше, – с готовностью пояснила мисс Никсон домофону.

– А, ну тогда все в порядке, думала, вы тоже хотите Белинду забрать… Ну, Мэрайя вечно где-то пропадала, – выдал голос с досадой. – Поговорить бы по душам, знаете, за чашечкой полуденного чая! Даже в воскресенье Мэрайи дома было не удержать. Я ее спрашиваю: «Ты куда?», а она: «В церковь». Подумать только! В аббатство, представьте! Время – полдень! Служба-то кончается в это время! Каждое воскресенье! И ведь атеистка.

– Каждое? – Маргарет этот факт показался важным. Впрочем, очевидно, что он был важным. – А во сколько?

– Около часу, думаю… Так вам давать номер? Мне маску снимать пора, так я бы поболтала с вами охотно.

– Да, пожалуйста.

Мардж и не верила неожиданной удаче. Полчаса пребывания на Мьюс-Лейн – и у нее уже столько подробностей о Мэрайе Гудвин!

Маргарет поспешила усесться на лавочке автобусной остановки под неоновой вывеской, чтоб занести в блокнот добытые факты. «Я точно из старых времен», – вспомнила она выражение Себа и усмехнулась. Посмотрели они бы с Гарри сейчас на нее. Впрочем, смотрели, когда решали загадку Лили Смит. Итак:

а) М. Гудвин вела активный образ жизни;

б) тем не менее пользовалась услугами соцработника Белинды Симпсон;

в) Мэрайя Гудвин каждое воскресенье примерно в два часа посещала аббатство Пейсли;

г) чем-то болела – кашляла.

Маргарет задумалась. Несоответствие какое-то – в той квартире сказали, наверху постоянно кашляли и шумели тапочками, а эта леди – что Мэрайи вечно не было дома… Хм. Конечно, Белинда Симпсон может это прояснить. Может, она кашляла и шаркала тапками? Мардж засмеялась. Вряд ли это входит в компетенцию соцработников.

Подъехал автобус. Время застрять в темноте незнакомого района не лучшее, так что звонок придется отложить до прибытия.

Маргарет Никсон уселась у окна. Зачем убивать пожилых?.. Нет, конечно, вообще – зачем людей убивать, но пожилых?.. Чем они-то мешают? В голове щелкнуло. Конечно! Завещание! Имелось оно у Мэрайи? Любопытно бы в него заглянуть. Да только нотариусов пруд пруди, даже в таком небольшом городке, как Пейсли.

Маргарет прислонилась лбом к окну, перебирая пальцами по стеклу. Вчерашний снег сменился сегодня оттепелью, влажные следы снаружи создавали эффект иллюзии из огней машин, вывесок, окон, фонарей и светофоров. Какая она странная – жизнь. Вот ты живешь и видишь все это. Но раз –