Браслет княгини Гагариной - Ольга Баскова

Виктор Иванович почему‐то помрачнел, наверное, потому, что перед ним оказался не преступник.

— Вы вот так спокойно оставили его дома?

Виталий покачал головой, превозмогая острую боль:

— Ну, не спокойно, конечно, но и не взволнованно. У меня прекрасный сейф, код от которого знаю только я. Кстати, стенки у него довольно прочные. Не думаю, чтобы в мое отсутствие кто‐нибудь вскрывал его.

— Если вы не возражаете, мы это проверим, — решил Абрамов и протянул руку: — Если позволите, я хотел бы взять ключ.

Ювелир сделал попытку приподняться, и со второго раза это у него получилось.

— У меня предложение получше, — сказал Виталий. — Давайте мы сию минуту поедем ко мне домой, и я все вам покажу.

Следователь растерянно заморгал.

— Сию минуту? Но у вас, насколько я понимаю, постельный режим.

— Я хочу домой, — жалобно простонал Карташов. — Говорят, родные стены лечат. Я надеюсь быстро встать на ноги. К тому же мне нужно ухаживать за моей невестой. Ну товарищ следователь, будьте человеком!

Виктор Иванович смягчился:

— Хорошо, сейчас позову врача.

Он вышел из кабинета, а Виталий принялся соображать, что могло выдать его причастность к преступлению. Он пришел к выводу, что посещение дома никак не натолкнуло бы следователя на плохие мысли, ведь Дарья не писала ему не только писем, но и эсэмэсок, которые Карташов перед ограблением благополучно уничтожил. Мало ли, вдруг кто‐то захочет покопаться в его телефоне! Когда Виктор Иванович привел доктора, ювелир пытался натянуть больничные брюки.

— С чего это вы собрались домой? — поинтересовался врач.

— Вы меня вылечили, и за это я вас благодарю, — Виталий послал ему обворожительную улыбку. — Насколько я понимаю, кроме шишки на затылке, больше у меня ничего нет. А шишка — это пустяки. Пара компрессов — и от нее не останется и следа.

Доктор перевел взгляд на Абрамова.

— Карташов нужен нам как свидетель, — вмешался майор. — Если его здоровью ничего не угрожает…

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался врач.

— Вы уже спрашивали, — любезно напомнил Виталий. — Поверьте, с того раза мне не хуже — даже лучше.

— Больница переполнена, люди лежат в коридоре, — доктор разговаривал сам с собой. — Пожалуй, я вас выпишу. Но учтите: кроме шишки на затылке, у вас сотрясение мозга, а это чревато последствиями. Обещайте: при ухудшении вы тут же вызовете скорую.

Ювелир приложил руку к груди и поклонился:

— Обещаю.

Вскоре симпатичная блондинка-сестра принесла Виталию его вещи, и он быстро натянул на себя джинсы и футболку, запачканную кровью.

— Мне сказали, что это фирменная «Гуччи», — пожаловался он следователю. — Теперь придется выкинуть.

Абрамов недобро взглянул на него. Паясничанье ювелира стало раздражать майора. А Карташов вдруг ударил себя по лбу:

— Подождите, мне нужно повидаться с Женей. Она наверняка ждала меня и переживала.

Следователь растерялся.

— Это же рядом, — Виталий тянул его за руку. — Умоляю вас, пойдемте со мной.

Абрамов пожал плечами и подчинился. Оба отыскали палату Евгении.

— Если хотите, — Карташов услужливо распахнул перед ним дверь, но майор отказался:

— Давайте сами, только быстро.

Молодой человек зашел в палату к любимой с замиранием сердца. Женя по-прежнему лежала на кровати, что‐то разглядывая на потолке. Увидев Виталия, она вздрогнула:

— Это ты? Почему тебя так долго не было?

— Я простудился, — соврал он, опустив глаза, но девушка вздохнула:

— Не обманывай. У тебя рубашка в крови. Что случилось?

— На меня напали воры, — признался Карташов. — Ударили по голове, ограбили. Сутки провалялся без сознания. Так что не был я у тебя от силы два дня.

— Но я ждала, — Евгения улыбнулась. — Впрочем, ладно. Я рада, что все хорошо закончилось.

Он присел на кровать и сжал кончики ее пальцев.

— Там, в коридоре, меня ждет следователь, — сказал молодой человек. — Он горит желанием как можно скорее найти этих воров и надолго посадить. Мне нужно идти, дорогая.

Женя опустила ресницы:

— Хорошо, возвращайся, как сможешь.

Виталий поцеловал ее в губы и вышел из палаты. Следователь сидел на стуле и что‐то читал в телефоне.

— Все по-прежнему? — сочувственно спросил он.

— Да, — не стал скрывать Виталий. Они вышли в летнюю жару и сели в новую «Ладу» Абрамова. По счастью, в машине был кондиционер, и салон вскоре наполнился прохладным воздухом.

— Скажите, а состояние Евгении можно улучшить? — вдруг спросил майор, давя на педаль газа. — Это реально?

— Реально, — кивнул Карташов. Абрамов не отставал:

— Наверное, очень дорого?

— Очень, — признался ювелир.

— Но вы, я вижу, настроены ей помочь. — Следователь свернул со стоянки на дорогу. — Правда?

— Правда, — согласился Виталий. — Она моя невеста. Разве другой на моем месте поступил бы иначе?

Следователь немного помолчал, словно обдумывая следующий вопрос.

— Я слышал, ювелиры неплохо зарабатывают, — наконец сказал он. Карташов улыбнулся:

— Бывает, когда хорошие заказы.

— Браслет — это хороший заказ? — продолжал пытать Абрамов. — Хватит на реабилитацию? Впрочем, не отвечайте, я знаю. Мой товарищ недавно занимался реабилитацией сына. Она помогла, но стоила безумно дорого, кажется, два миллиона. Вряд ли хозяйка браслета заплатит столько за копию.

— Разумеется, вы правы, — Карташов помрачнел. — Поэтому я написал заявление во все благотворительные фонды. Надеюсь, хоть кто‐нибудь да откликнется.

Майор присвистнул.

— Знаю я эти фонды, вам придется ждать очень долго, если еще дождетесь. А деньги, наверное, нужны сейчас.

— Да вам‐то какое до этого дело? — вспылил ювелир. Он чувствовал, что опытный следователь подбирается к разгадке преступления. — Хотите помочь — помогайте, нет — поставим точку.

Абрамов не удостоил его взглядом, он пристально смотрел на дорогу.

— Вот если бы продать браслет княгини Гагариной, — протянул он, — нужная сумма набралась бы сразу.

Виталий заморгал:

— Так вот куда вы клоните! К счастью, браслет у меня и я покажу его вам через пятнадцать минут.

— Надеюсь ради вас же самого, — улыбнулся майор. Машина свернула в коттеджный поселок, и у Карташова сильно забилось сердце. Казалось, что он не был в своем доме целую вечность.

— Ставьте автомобиль здесь, — ювелир указал место возле забора. — Мы приехали.

Абрамов вышел из салона и посмотрел на дом.

— Ну у вас и хоромы, — присвистнул он. — И все это удалось купить на гонорары?

— Вовсе нет, — скривился Виталий. — Я продал квартиру, доставшуюся от бабушки, и стал строить коттедж. Кстати, при строительстве можно сэкономить, что мы с Евгенией и делали.

Он отпер дверь, и они вошли на участок.

— Кусок земли маловат, — заметил вездесущий следователь. — Ну ничего. Такие, как вы, не любят работать на огороде.

— Да откуда вам это известно?! — возмутился Виталий. Открыв входную дверь, он посторонился, пропуская Абрамова. — Заходите.

Майор не стал терять времени:

— Давайте осмотрим ваш сейф.

— Давайте, — угодливо ответил Карташов. Они поднялись на второй этаж. Виталий