Искусство заводить врагов - Наталия Левитина

– Отец уехал на работу. У него там какой-то форс-мажор.

– И я тоже убегаю, – сообщила бабуля. – Хорошо, что вы успели подъехать, а то бы мы не увиделись.

В этом доме, как поняла Лиза, царствовали русское радушие и бразильская страстность. Минут пять все друг с другом целовались, обнимались, прижимались щеками, трясли руки и говорили комплименты. Михаил участвовал в церемонии с ловкостью завсегдатая. Новому персонажу в их компании – Лизе – радовались так, словно последние двадцать лет жили с единственной мыслью: дождаться встречи с этой исключительной девушкой. Лизу раздели, повертели вокруг оси, внимательно рассмотрели, восхитились её юностью, цветом и тяжестью волос, красотой лица, стройностью фигуры и так далее.

– Извините, я умчалась, – объявила бабуля, разворачиваясь к двери. У неё были совершенно седые волосы, взбитые в красивую причёску. Длинная чёлка падала на один глаз. Косметика присутствовала – и самая дорогая. Лиза поняла, что тут не обошлось без перманентного макияжа и парочки пластических операций. Однако лицо оставалось живым, морщинки играли в уголках глаз.

– Чао, малыши, не скучайте!

– Люся, пожалуйста, не гоняй! – хором попросили Андрей, его мама и дед.

– Ой, я вас умоляю, – скривилась бабуля. – Избавьте меня от вашего занудства, а то у меня челюсть ноет.

– И всё же позволь тебе напомнить, что российские дороги не приспособлены для использования их в качестве взлётно-посадочной полосы, – твёрдо заявил Андрей.

– В угол поставлю, – пригрозил дед.

Натягивая перчатки, бабуля вышла, и рычание мотора во дворе возвестило о Люсином отъезде. Лиза поняла, что дама погрузилась в тот самый красный спортивный автомобиль.

– Куда это бабуля умчалась? – спросил Андрей с недоумением.

– Что же мы тут стоим, проходите в дом! – пригласила Ирина Александровна. – У неё сегодня воскресный тренинг для сотрудников компании, торгующей ортопедическими матрасами.

– Люся проводит тренинги? – уточнила гостья.

– Всех видов. Она психолог.

– Пришлось Люсе пожертвовать семейным обедом, – вздохнул дед.

– Как жаль!

– Зато научит коллектив компании ловко продавать матрасы.

– Сильно ловко их не продашь. Ими сейчас каждый второй магазин торгует, – вставил Миша.

– Люся обязательно что-нибудь придумает. Уверен, после её тренинга продавцы поймут, что торгуют настоящим чудом – уникальными, супероздоравливающими ортопедическими матрасами. И смогут внушить эту мысль покупателям.

– Знаю я одну девушку, способную продать песок арабу. Только она торгует не ортопедическими матрасами, а конденсатоотводчиками и гермоклапанами, – мечтательно вздохнул Андрей.

– О ком ты? – подозрительно взглянул на друга Михаил.

Ирина Александровна внимательно посмотрела на сына.

Лиза подумала о том, что совсем не знает Андрея – после нескольких совместных ужинов в раскрепощённой домашней обстановке и трёх сыгранных партий в шахматы у неё возникла обманчивая иллюзия причастности к жизни майора. А на самом деле у него собственный мир, и Лиза не имеет к нему никакого отношения.

От всех этих мыслей Лизе стало грустно.

Во время обеда она рассматривала хозяев дома. Прекрасная половина семейства не переставала удивлять переводчицу. В первый момент Лизу поразило то, как молодо и шикарно выглядят мать и бабушка Андрея. Сейчас она размышляла, каким образом у хрупкой красавицы Ирины Александровны мог родиться толстый лягушонок – Настя. Сын – вне конкуренции, сердцеед-красавчик, похож на мать, хоть на рекламный плакат его, хоть в американский боевик. А дочь – без слёз не взглянешь!

Но постепенно Лиза поняла, что в этой комнате лишь она одна замечает ущербность Насти. Ни сама девочка, ни её родные явно даже и не подозревали о существовании какой-то проблемы. Ирина Александровна сияла умилением, когда смотрела на дочку, словно всё ещё видела перед собой того розовощёкого младенца, каким Настя когда-то была. Старший брат после Настиных слов несколько раз поворачивался к присутствующим с восторженным замечанием: «Ах, ну разве она не прелесть?» Дед и вовсе растаял, когда девочка обняла его за шею и застыла, положив голову ему на плечо…

Окружённая ореолом всеобщей любви, Настя постепенно перестала казаться Лизе такой уж некрасивой. «Наверное, что-то в ней есть особенное, просто я не вижу!» А обед, приготовленный лягушонком, заслуживал самой высокой оценки. Вечно голодная Лиза наворачивала деликатесы, как солдат срочной службы, и не отказывалась от добавки. Если она не могла поддержать мнение Андрея насчёт прелести его сестры, то еду нахваливала совершенно искренне…

– А я что-то не поняла, Лиза, какую вы сняли квартиру? Неужели ту, где жили Барановы? – уточнила Ирина Александровна.

– Да, именно! – ответил за гостью Андрей.

– Сколько ты с ними ругался! Одна бешеная семейка портила всю картину. У вас ведь очень приличный подъезд. А эти алкоголики… То пьянки, то гулянки. А сами Барановы куда делись?

– Насколько я понял, променяли городскую квартиру на халабуду в отдалённой деревушке. Пропили, в общем.

– Новому владельцу, наверное, пришлось делать капитальный ремонт? Ты же говорил, у Барановых совсем убитая квартира. Хуже, чем после пожара.

– О, это точно. Квартирка та ещё, – кивнула Лиза. Она обвела взглядом роскошную, обставленную изысканной мебелью гостиную, где проходил обед. – Жуть, кошмар. И никакого ремонта владелец не сделал. Прямо так мне её и сдал.

– Боже мой! Как же вы там устроились? – воскликнула Ирина Александровна.

Все с сочувствием посмотрели на девушку.

– Обживаюсь потихоньку. Зато недорого. И ведь не навсегда! Мне бы только полгода перекантоваться.

– Вот, раньше за стеной буянили Барановы. Теперь буянит Лиза, – сообщил Андрей.

– Я?! – вытаращила глаза переводчица. – Но я же не…

– Лиза тоже буянит? – заулыбалась публика.

– Ещё как! – сдал соседку майор. – Врубает постхардкор. От этих звуков вылетают окна и осыпается штукатурка.

– Я не в курсе, что такое «постхардкор», – признался дед.

– Одно из направлений рок-музыки, – пояснила Настя. – Ух ты! Лиза, вы этим увлекаетесь?

– А с виду – приличная девочка, правда? – улыбнулся Андрей. – Как-то устроила вакханалию в три часа ночи. А я уже спал. Подскочил, подумал – война началась, бомбы падают, надо срочно эвакуироваться. Схватил самое ценное – шахматы, папины швейцарские часы – и босиком, в одних трусах выскочил в подъезд.

– Надо было ещё прихватить каску и пулемет, – вставила младшая сестра.

– Я не виновата! – воскликнула Лиза. – Это вышло случайно! Я думала, что слушаю через наушники, а на самом деле, как потом выяснилось, не воткнула штекер в гнездо.