Искусство заводить врагов - Наталия Левитина

– И кто у нас в результате остался? – почесал затылок Миша, рассматривая списки и схемы, нарисованные на бумаге. – Дина Померанцева?

В понедельник утром парни без приглашения оккупировали кабинет следователя Павлова. Геннадий Валерьевич жаловался на инертность сыщиков, и те заявились с докладом. Видимо, их замучила совесть, и они решили доказать, что недаром едят свой хлеб.

Последние полчаса группа мужчин усиленно шевелила извилинами. Вернее, Андрей и Михаил шевелили, а Павлов с затаённой ненавистью прислушивался к рассуждениям парней. У следователя болела голова после воскресного барбекю с друзьями. Возраст Геннадия Валерьевича (ему недавно стукнуло пятьдесят) уже не позволял петь гимн Бахусу с прежним азартом, но следователь всё никак не мог этого понять.

Сейчас внутри его черепной коробки сопело и хлюпало неповоротливое нечто, возилось, сдавливало мозги, причиняло страдания. Поэтому следователю хотелось убить оперативников дыроколом, лишь бы замолчали и не сотрясали воздух. И зачём вообще припёрлись? Кто звал?

– У Дины Померанцевой, конечно, идеальный мотив, – согласился майор. – Если бы Померанцев не отправился на тот свет, она превратилась бы в нищую. А так – миллионерша.

– Но ведь она истеричка. Разве она смогла бы всё это провернуть? Смогла бы хладнокровно выжидать в подъезде?

– Вот она и рассеяла пули по организму бизнесмена, как семена по пашне. Веером раскидала, – превозмогая боль, промычал следователь. – Почерк истерички. Наверное, вся тряслась от ужаса, когда супруга мочила.

– Напомню вам, что каждая из трёх пуль, полученных Померанцевым, была смертельной, – заметил майор. – Возможно, здесь вовсе не игра нервов, а холодный расчёт. Померанцеву не оставили ни одного шанса выжить.

– Почему бы тогда прямо в лоб не засветить? – удивился следователь. – Если ты считаешь, что убийца был хладнокровным и умелым, ну и стрелял бы, как приличный киллер, а не психованная дамочка.

– А чтобы Померанцев умер не сразу. Чтобы помучился, – объяснил Миша.

– Таким образом, мы снова возвращаемся к персоне Дины Померанцевой, – сказал Андрей. – Она возненавидела мужа, когда он решил развестись и оставить её без средств к существованию. Да ещё и завёл красивую любовницу… Викторию… – добавил майор через паузу, посмотрев куда-то вверх. – Должен заметить, Дина Померанцева вовсе не показалась мне истеричкой. Скорее, она пыталась ею прикинуться.

– А если она не сама стреляла? Могла же она кого-то нанять? Вы в этом направлении почву зондировали? – спросил следователь, прикладывая к виску дырокол. Так как использовать прибор по его прямому назначению (для убийства оперативников) не удалось, Павлов решил хотя бы им охладиться. В голове теперь звенели гитарные струны, в висках пульсировало и жгло.

– Безусловно! – воскликнул Миша. – Я же всех её подруг и знакомых опросил!

– И?

– Ну… Конкретно, пока ничего не могу сказать, – развёл руками старлей. – Миллион сведений о Дине Померанцевой, и всё – мимо кассы. Не в тему. Сплошная глупая болтовня.

– Из этой глупой болтовни как раз и удаётся порой выудить что-то очень важное. Как кусок мяса из кастрюли с борщом, – назидательно заметил следователь и тут же сморщился: при упоминании еды Геннадия одолел приступ тошноты. – А этот Кулемза, помощник? С ним что?

– Сергей Кулемза, скорее всего, «кандидат на вылет». Если у Дины Померанцевой хотя бы есть твёрдый мотив, то адъютанту от смерти начальника одни убытки.