Экстрим по праздникам - Марина Серова

— Если Колюня купит парочку курочек, я их так запеку в духовке, что пальчики оближете. У нас в магазине еще осетрина продается, из нее отличное заливное получается. Только вот дорогая она очень… — Галина внимательно на меня посмотрела.

Я сделала вид, что не понимаю ее намека на то, что не мешало бы дать не пятьсот рублей, а тысячу. Протянув деньги Толкачеву, я развернулась к его жене:

— Ну, пойдемте к вам в гости? — И широко улыбнулась.

Что, не удалось содрать побольше денег с проезжей командированной с первой попытки? Приношу свои соболезнования и даю еще один шанс. А вдруг я квартирная воровка «на доверии»? Или Галина просто не допускает мысли, что кто-то может ее обхитрить? Надо же, ведь и не спрашивает, к кому я приехала, как меня зовут. Мало ли чья я родственница? Во дворе стояло немало навороченных иномарок, да и пластиковые окна с кондиционерами в доме не редкость. Вдруг я родственница одного из обитателей этих квартир, владельца какой-нибудь роскошной машины? Ведь потом не составит труда вычислить, кто меня обчистил. Ну совсем обнаглела подруга!

Сама я решила пока скромно молчать и первой ни о чем не говорить. Галя, показывая всем своим видом, что она несказанно счастлива приютить меня в своем доме, произнесла:

— Пойдемте, накроем на стол, пока Колюня ходит. Ну, быстрее иди, что ты стоишь, как памятник? — поторопила Толкачева мужа.

Жили они в двухкомнатной квартире.

Обстановка была так себе — дешевая мягкая мебель, которая продается в Тарасове последнее время на каждом углу, да стенка тридцатилетней давности, в которой стояло невероятное количество дешевой хрустальной посуды вперемешку с дешевыми же сервизами. Главное место на полке занимал сервиз «Мадонна», за которым люди в начале восьмидесятых давились в очередях или доставали по великому блату.

Чеканки с полуобнаженными охотницами заполняли все пустое место на стенах, которое осталось после того, как повесили ковры ужасной расцветки. Видеомагнитофон и телевизор были хоть и импортные, но не такие уж новые и дорогие. В общем, здесь имелось все, о чем мог мечтать в свое время простой советский человек со средней зарплатой. Но при этом полное отсутствие книг. Журнальчики типа «Отдохни», «Вне закона» и «Интим», валяющиеся на диване, не в счет. Вероятно, выражение «Книга — источник знаний» Толкачевы никогда не слышали.

В коридоре и на кухне тоже ничего примечательного. Скатерть, полотенца в горошек. Пластмассовые разноцветные кухонные принадлежности, которые продаются на рынках по семь рублей за кучку и ломаются в день покупки. В глазах рябило от котят и щенков с бантиками, смотревших на меня грустными глазенками с календарей и плакатов.

Пока я извлекала из сумки бутылки, Галюня достала палку колбасы, весьма небрежно нарезала ее и положила на тарелку.

Пока она лазила в холодильник, я успела заметить, что Толкачевы отнюдь не голодают. Им просто было жалко своих продуктов и денег, которые, конечно же, у них водились.

Послышался звук открываемой двери — вернулся Колюня с большим пакетом. И Галина заговорила приторным тоном:

— Колюня, как ты быстро вернулся.

Молодец какой. Не задерживался. Иди мой руки и садись за стол. Уже все готово.

Она разговаривала со своим мужем как с дураком. Может, она ко всем так относится?

Когда Галина сказала, что уже «все готово», она, видимо, имела в виду нарезанную колбасу и бутылки с рюмками. Ничего другого она на стол ставить пока не собиралась. Даже хлеба не достала. Колюня тем временем принялся разгружать сумку.

Я мысленно подсчитала в уме стоимость приобретенных продуктов, благо посещала этот магазин сегодня днем и знаю, что почем. Получилась сумма около четырехсот рублей.

Галя как будто прочитала мои мысли и обратилась к мужу:

— Как хорошо, что ты в пятьсот рублей уложился. Или тебе пришлось доплатить?

— Да, пришлось доплатить почти пятьдесят рублей, — не моргнув глазом, соврал ее супруг.

Колюня был сейчас похож на зомбированного теленка. От лихого парняги, которому наплевать на жену и который приглашал к себе в гости девушку легкого поведения, не осталось и следа. Он скромно присел в сторонке на табуретку и, казалось, боялся сделать лишнее движение без разрешения грозной жены. Галя быстро доставала принесенные им свертки, в которых находилась ветчина в вакуумной упаковке, разнообразная селедка в пластиковых корытцах, консервированная фасоль, маринованные шампиньоны в крошечной баночке, соленые огурцы и помидоры, хлеб и двухлитровая бутылка «Пепси».

— Ну что же, давайте выпьем за знакомство.

Галя открыла бутылку водки, наполнила маленькие пузатые рюмки и посмотрела на меня:

— Мы, кстати, так и не познакомились.

Вас как зовут?

Вспомнила! Уже полчаса разговариваем, а она только сейчас поинтересовалась моим именем. Сами они, между прочим, тоже не представились.

— Меня зовут Лина.

Голкачевы на секунд очку замерли. Знакомое имя, правда? Галя быстрее супруга пришла в чувство:

— Какое красивое имя. У меня нет знакомых с таким именем. А у тебя, Колюня?

Колюня отрицательно помотал головой. Рюмка у него уже была пустая, и теперь он жевал ветчину. Галя тоже выпила.

Я лишь слегка пригубила, чем вызвала легкое возмущение со стороны хозяйки:

— Нет, Линочка, так нечестно. Мы выпили все, а вы и половину не осилили. Это неуважение к хозяевам. Давайте до дна.

Я начала сопротивляться:

— Что вы, я много не пью, потому что быстро пьянею, а мне еще на вокзал ехать и на поезд садиться. Вы меня извините, но я лучше понемножку. Не обращайте на меня внимания, наливайте себе сколько хотите.

И они начали наливать себе, сколько хотели. Я тем временем старательно делала вид, что мне уже очень хорошо и что после следующей рюмки я, вероятно, свалюсь на пол. Через пятнадцать минут хозяева окосели. Колюня широко улыбался и рассказывал пошлые анекдоты. Его жена, глупо хихикая, говорила мне, какой у нее замечательный муж.

— Он такой добрый, заботливый, так меня любит. Я его тоже очень люблю. Вот центр музыкальный ему недавно подарила.

Хотите музыку послушать?

Я «заплетающимся» языком сказала:

— Конечно, хочу. Я так люблю танцевать.

— Колюня, включи магнитофон. Линочка хочет слушать музыку, и мы сейчас будем танцевать.

Колюня скрылся в комнате. Через несколько секунд раздался шум, треск и его голос:

— Галка, тут все кассеты на пол свалились. Иди, помоги собрать.

— Я быстренько, — сообщила мне Галюня и выскочила из кухни на помощь своему мужу.

Я достала из кармана маленький флакончик. В нем лежали синенькие капсулы.