Не соблазняй меня - Джулия Ортолон

Последующие два дня Эйдриан, к изумлению Джеки, вел себя безупречно. Он не позволил себе ни единой двусмысленности, даже когда они собирались все вместе для разработки программы круизов. И в утро отъезда Джеки, провожая ее до пикапа, он только напомнил, чтобы она не забыла забронировать ему каюту на первое путешествие в одну сторону — из Галвестона до Жемчужного острова, и все.

«Вот гад!» — негодовала про себя Джеки, катя по прибрежному шоссе в Корпус-Кристи. Она понимала, что так лучше, однако в какой-то момент словесные поединки с Эйдрианом начали доставлять ей удовольствие. Но как это по-мужски — менять правила игры именно в тот момент, когда она их усвоила и вошла во вкус!

И позже, всякий раз общаясь с ним по телефону — а это случалось теперь довольно часто, поскольку реализация намеченного, стала стремительно набирать силу, — Джеки то переживала разочарование, то испытывала досаду.

Первый круиз был намечен на неделю перед Днем святого Валентина. Времени на рекламную кампанию, таким образом, оставалось достаточно. Программа включала в себя романтический ужин в гостинице и танцы под живую музыку на четвертом этаже особняка. На март был запланирован круиз Марди-Гра[5], а потом, в апреле — празднество с угощениями на берегу.

Экстравагантность предлагаемых идей изумляла Джеки, вызывая радостное предвкушение. Она начинала позволять себе лелеять надежду — хоть и не без опаски — на то, что совместная работа с владельцами гостиницы Жемчужного острова принесет ей долгожданную финансовую стабильность.

Весь сезон отпусков Джеки работала в тесном контакте с Рори и Чансом, которые собирали материалы для турагентов, необходимые для организации успешной рекламной кампании. Затраты на воплощение проектов, по предварительным прикидкам, выливались в целое состояние. Всякий раз, как Рори беспечно называла какую-нибудь сумму затрат, Джеки буквально немела. Неужели этой женщине знакомо такое слово, как «осторожность»?

Как-то в середине января, когда Джеки самозабвенно, вместе со взмокшими от усердия членами своей команды трудилась на своей шхуне, шлифуя и лакируя деревянные панели пассажирских кают, ее порадовал телефонный звонок: поступила первая заявка на круиз в неделю Дня святого Валентина. Джеки с Таем победно ударили ладонями поднятых рук, и она, взяв мобильный телефон, отправилась в кают-компанию на корме, чтобы спокойно, в тишине позвонить в гостиницу.

Телефон взяла Рори, которая тут же передала трубку Эйдриану, чтобы Джеки смогла лично поделиться с ним радостнойновостью. В трубке послышалось позвякивание кастрюль и сковородок, и Джеки тут же представила себе, как Эйдриан, прижав телефон к уху плечом, перемещается по кухне. Она сообщила ему о поступившем первом заказе, а он посвятил ее в план подводных раскопок. Все разрешения были получены, и начало работ предварительно намечалось на середину февраля.

— Значит, если все сложится, — сказал Эйдриан, — во время этого знаменательного события ты будешь здесь?

И Карл Райдер тоже.

— О! Это… просто здорово.

— Ну ладно, а теперь давай признавайся, — вздохнул Эйдриан. — Что тебя сейчас-то беспокоит?

— С чего ты взял, что меня что-то беспокоит? — Джеки нервно расхаживала между побитым деревянным дорожным сундуком, заваленным журналами по судоходству, и служившими диваном обитыми скамьями, расставленными в форме буквы «Г».

— Чувствую по твоему голосу. И вообще, тебя вечно что-то гложет.

— Привычка, усвоенная с годами.

— Не забывай, — сказал Эйдриан, — нам благодаря Маргарите сопутствует удача. Все будет о'кей, так что прекрати без конца переживать, хорошо?

— Постараюсь. — После этих увещеваний желудочные спазмы у Джеки немного утихли. — Эйдриан… спасибо тебе. Ты настоящий друг.

— Да. Именно это говорят все женщины.

Джеки со смехом отключилась. Может быть, им все же удастся стать добрыми друзьями. А почему бы и нет? Джеки уже привыкла к тому, что мужчины считают ее своим парнем. Только Богу известно, сколько времени ей пришлось провести среди них. У Эйдриана же, кажется, немало друзей среди женщин.

Да, Эйдриан, безусловно, потрясающе сексуальный мужчина, но за последние два месяца, общаясь с ним только по телефону, Джеки поняла, что все же главная составляющая его обаяния — это ум, чувство юмора и великодушие. Он умел сделать так, чтобы женщина чувствовала себя комфортно и оставалась довольна и собой, и жизнью вообще. Какая женщина променяет шанс обрести такого верного друга на ничего не стоящую, скоротечную, хотя, наверное, приятную любовную интрижку с ним? Тем более, когда третьего все равно не дано. Никаких намеков на возможные серьезные романтические отношения от него не поступало. Поэтому поддаться искушению было бы с ее стороны безрассудством. Ведь так?

«Вне всяких сомнений», — сказала себе одна половина Джеки.

«Вне всяких сомнений, — вздохнула другая, — мимолетная связь с Эйдрианом — это большое и ни с чем не сравнимое удовольствие».

Наконец подошло время круиза, приуроченного ко Дню святого Валентина. Поднимаясь по трапу на квартердек, Джеки страшно волновалась. Она пыталась убедить себя, что виной тому первый круиз, а сердце бьется так часто вовсе не оттого, что.с минуты на минуту на корабле должен появиться Эйдриан.

Справившись у Тая относительно готовности судна и команды к отплытию, Джеки пошла проследить за посадкой пассажиров. Слишком многое было связано у нее с этим предприятием, и поэтому желудочные спазмы от нервного перенапряжения казались делом естественным. Остатки ее сбережений почти полностью ушли на отделку кают и на то, чтобы нанять дополнительных людей в команду, без этого четырехдневный круиз был бы невозможен.

Сунув в рот очередную желудочную таблетку, Джеки смотрела на главную палубу, где бармен и матросы из камбуза угощали охваченных радостным волнением туристов коктейлем «Мимоза» из шампанского и апельсинового сока. Февральское солнышко редко улыбалось из-за туч — оно словно играло в прятки, но льющаяся из динамиков тропическая мелодия помогала создавать праздничное настроение.