Акварель для Матадора - Вячеслав Курицын

Демонический Министр — «Таместь пуля, которой убили отца» — Чемпион Думы по компьютерным играм оказался коммунистом — Коричневая кровь немецкого гражданина — Матадорвпервые видит влагалище изнутри — Крыльцо для электронов — Дикий чечен по прозвищу Кинг-Конг — Гаев жаждет депутатской неприкосновенности — Голову Янаулову, пожалуй, не отрежут, но легче ему от этого не станет

Шестьдесят шесть лет назад в семье офицера Генерального штаба Николая Анисимова родился страшный ребёнок.

На теле ребёнка не было ни одного волоска. Не было волос на голове, не было бровей и ресниц. При этом мальчик — его назвали Марленом, в честь Маркса и Ленина — обладал отменным аппетитом, богатырским здоровьем и зычным голосом.

— Уродец родился, быть беде, головы не сносить, — шушукалась с соседками Анна Петровна, няня старшей дочки, Маши. — Лысое, дьявольское отродье.

Через три месяца Маша утонула в Патриарших прудах, а гулявшая с ней Анна Петровна, не дожидаясь возмездия, бросилась под колёса первого попавшегося автомобиля. Как на грех, за рулём оказался родной брат Николая Анисимова Александр, который после этого происшествия повредился в уме и остаток жизни провёл в больнице имени Кащенко.

Когда Марлену исполнился год, за отцом приехал чёрный воронок. И ни звука больше, ни слуха, ни письма.

Мать, как жену изменника Родины, этапировали строить Беломорканал, где она сгинула очень быстро.

Маленького Марлена определили в детский дом в Калуге. Дом вскоре сгорел. В огне погибли все воспитанники, воспитатели и пожарники. Только Марлен Анисимов целым и невредимым выбрался из огня.

Так было и дальше. На людей, которые связывали с ним свою судьбу, сыпались несчастья. Гибли соратники, начальники, подчинённые, скопытились две жены. Без связей, с испорченной анкетой, без малейшего намёка на личное обаяние, Анисимов забирался все выше и выше.

Шесть лет назад, после августа 91-го, он возглавил Силовое Министерство. Все эти годы он находился под постоянным огнём сокрушительной критики. За коррумпированность, за дружбу с патриотами и коммунистами, за провалы операций в Чечне и Таджикистане.

В результате его стали называть главным претендентом на победу в следующих выборах. Президент намекал, что именно ему передаст бразды и административный ресурс. Пока не появился этот лубянский поганец Барышев…

Когда Марлен узнал, что на столе влиятельного комитетчика Барановского стоит череп, отлитый из лубянских пуль, он прошипел сквозь зубы:

— Там есть пуля, которой убили отца.

Самым заветным его желанием было поглотить Лубянку Силовым Министерством. Пройти, хозяйски позвякивая ключами, по легендарным подвалам и этажам.

Сегодня генерал Дубичев, курировавший тайное и самое опасное предприятие Марлена, Акварель, привёл маленького лопоухого человека. Этот лопоухий был одним из главных приводных ремней всей афёры с мухоморами и героином.

Не отвечая на приветствия, Марлен Николаевич с ходу бросил в лицо Дубичеву вопрос:

— Что произошло на Ленинском?

Дубичев провёл ладонью по лицу, словно вопрос имел вес и плоть. Ушиб его или обрызгал.

— Разгромили небольшой склад в гостинице. В шесть утра. Не спится нашим друзьям с площади Дзержинского. Номер снимал герр Ханс Шульц, гражданин Германии. Вернее, лицо под таким именем. С ним всё обошлось.

— Погибло? — спросил Анисимов.

— Лицо? Погибло.

— Чисто погибло?

— Чище не бывает. Повязали двух пацанов, которые знали только Шульца… Всё в порядке, шеф.

Анисимов внимательно посмотрел на Дубичева маленькими бесцветными глазами, которые едва заметны были на огромной блестящей голове. Как два таракана-альбиноса на кухонном кафеле. Дубичев выдержал взгляд.

— Хорошо. Давайте о главном.

Главное касалось таинственных файлов погибшего депутата Значкова. Вице-премьер Барышев — гэбэшник, снюхавшийся с либерал-педократами, выдрал из его рук злосчастный компьютер и передал его своим пакостникам.

Глаза-тараканы перебежали на лопоухого гостя. Какая-то простая у него фамилия… Как мычание…

— Всего в секретной папке Значкова обнаружено тридцать четыре документа… — гость принял взгляд генерала за приказ начинать. — Пятнадцать из них…

— Как к вам попали файлы? — резко перебил Анисимов.

Он с детства терпеть не мог цифр. Любое математическое действие вызывало у него головную боль. В Силовом Министерстве даже циферблаты на часах были только с рисками и кружочками.

На дверях его квартиры в доме Силового Министерства вместо цифры 11 были изображены барабанные палочки.

«И деньги не надо считать, — говорил генерал Анисимов, — Надо просто знать, где записана сумма. Всё остальное можно сказать словами…»

— В Государственной Думе, — объяснил гость, — все компьютеры соединены в сеть. Мы не смогли взломать файлы, но поставили там небольшую программку, которая… Которая, когда файлы были открыты, сразу скопировала их по сети на нашу машину.