Рваные чувства - Владимир Колычев

– Ну да, у вас тут крутой семейный клан, все свои, а я с улицы, так, погулять к вам зашла.

– А ты не гуляла?

– Я, может, и гуляла, но мужа своего не бросала.

– А это не твое дело!

– А ты нос не задирай! – Римма презрительно скривила губы, усаживаясь на нижний полок. – Не в том ты положении, чтобы нос задирать. Семейный клан ваш – того, тю-тю! Обанкротился твой муженек!

– Как обанкротился? – похолодела Кристина.

Не любила она Штагова, не хотела жить с ним, но боялась остаться без его поддержки. Привыкла она жить в достатке, но и бедности бы не боялась, если бы не дети. Они учатся в частной школе, у них свой воспитатель. И как быть, если деньги пропадут?

– Накрылся его бизнес, не выдержал конкуренции… Я так понимаю, он тебе ничего не сказал. Ну, может, это и правильно. Еще успеешь хлебнуть… У меня хоть бизнес есть, а у тебя? Могу кассиром к себе в магазин взять, товар пробивать будешь. Зарплата так себе, но лучше что-то, чем ничего.

– Издеваешься? – возмутилась Кристина.

– Забочусь о тебе, жаль дуру, пропадешь без меня… И не надо на меня таращиться. Вся эта бодяга из-за тебя заварилась.

– Ты совсем рехнулась?

– Не было бы тебя, жил бы Валерий Семенович спокойно, в ус не дул, – усмехнулась Римма. – А нет, в тебя влюбился, у Ильи тебя отбил. А Илья ему этого не простил. И опустил. Такая вот ситуация, дорогая моя. Ты, конечно, не знаешь, кем стал Илья, а у него теперь большой бизнес – зерно, мука, макароны. Что там еще, не знаю… Короче, он твоему Штагову войну объявил. И победил.

– Ты это серьезно? – не веря своим ушам, спросила Кристина.

– Серьезно все. Очень серьезно. Проиграл твой Штагов, не выдержал конкуренции.

– Ну да, он терял рынки, – вспоминая, кивнула Кристина.

– Это все Илья, он его отжимал.

– Из-за меня?

Кристина очень расстроилась, узнав о банкротстве мужа, но сама причина, по которой это произошло, льстила ее самолюбию.

– Ну, он со мной не объяснялся, – рассеянно пожала плечами Римма. – Да и зачем? И так все ясно. Штагов его обидел, он отомстил. Все просто. Только путь между обидой и местью большой и трудный, но Чижов смог его пройти. Я его уважаю. Мужик! Такого мужика упустила!..

– Но я думала… – начала было Кристина.

– Не знаю я, чем ты думала! Ты хотела поверить в то, что Илья тебе изменяет. И ты поверила. Ты хотела уйти к Штагову, и ты ушла. Нашла повод и ушла!

– Но это неправда, я не хотела…

– Так не хотела, что замуж за него вышла?

– Но я думала, что Илья… – Кристина не договорила, слезы хлынули из глаз, горло сжал спазм, и она разрыдалась, закрыв лицо ладонями.

– Думала, думала… Пойду я, – буркнула Римма и поднялась.

Послышалось шлепанье босых ног, где-то в отдалении закрылась дверь, и стало тихо. А Кристина все продолжала плакать. Она пыталась успокоиться, осаживала себя, но слезы сами по себе крупными каплями стекали по щекам.

Вдруг послышались чьи-то голоса, и в парилку вошел Штагов. Угрюмый, расстроенный, плечи опущены. Не было в нем привычной уверенности, а без нее он похож был на сердитого, но воробья.

– Вот ты где? – Он отгонял рукой человека, который стоял в предбаннике у него за спиной.

– А Римма где? – спросил оттуда Семен.

– Ушла, – бросила Кристина.

Она зло взглянула на мужа, словно он был во всем виноват. А разве нет? Если бы он отказал ей тогда в приюте, она бы осталась с Ильей. Она нашла бы с ним общий язык…

– Что с тобой? – подозрительно глядя на нее, спросил Штагов. – Что тебе Римма наговорила?

– Сказала, что ты – банкрот!

– Ну, не совсем… – Он отвернулся от нее, и голос его завибрировал от напряжения. – В смысле, у меня есть кое-какие сбережения. С голоду не умрем…

– Это правда? Это Илья?

– Будь он проклят! – сдавленно простонал Штагов.

Он вдруг пошатнулся и, хватая ртом воздух, протянул руку в поисках опоры. Кристина подставила ему плечо, помогла сесть на скамейку, сбегала домой за таблетками, которые могли помочь. Больше вопросов об Илье она не задавала, а он старательно обходил эту тему.