Долина молчания - Нора Робертс

— Да. Я хочу получить твой дар. Дай мне отомстить. Дай мне...

Клыки вонзились в нее, и тело девушки забилось в конвульсиях. И наслаждение, которое она знала прежде или только рисовала в своем воображении, побледнело в сравнении с затопившим ее чувством. Здесь, именно здесь, она обрела блаженство, которого не находила даже в храме. Ее захлестнула непреодолимая черная сила, существовавшая всегда, — она это твердо знала, — но недосягаемая.

Вот то запретное, к чему она всегда стремилась.

Переполненная этой силой и наслаждением, девушка довела его до оргазма. А потом, без всякой подсказки, приподнялась, чтобы попробовать кровь, текшую по его исцарапанной щеке.

Она умерла, улыбаясь окровавленными губами.

И проснулась в своей постели через две тысячи лет после сна.

Все тело болело, мысли путались. Где море? Где храм? Кирио?

— Любовь? Кто бы мог подумать. — Киан вышел из тени. — Зовешь любовника, который отверг и предал тебя?

— Джарл? — Так она называла того, кто изменил ее. Но сон постепенно отделялся от реальности, и Лилит поняла, что перед ней стоит Киан. — Значит, ты в конце концов пришел. Мое предложение... — Она все еще сомневалась.

— А что стало с парнем? — Словно устраиваясь для дружеской беседы, Киан присел на край кровати.

— Каким парнем? Дэви?

— Нет, нет, не с этим щенком, твоим порождением. С любовником, который у тебя был при жизни.

Губы Лилит дрогнули — она все поняла.

— Значит, забавляешься с моими снами? Хотя какое это имеет значение? — Тем не менее она была потрясена до глубины души. — Его звали Кирио. Как ты думаешь, что с ним стало?

— Думаю, твой господин устроил так, что Кирио стал твоей первой жертвой.

Лилит улыбнулась одному из своих самых приятных воспоминаний.

— Он обмочился, пока Джарл держал его передо мной, хныкал, словно ребенок, умоляя пощадить его. Я была новичком, но у меня хватило сил продержать его живым еще несколько часов — после того, как он стал просить о смерти. С тобой все будет иначе. Я подарю тебе годы боли.

— Она взмахнула рукой и выругалась, увидев, что ее скрюченные пальцы с длинными острыми ногтями прошли сквозь Киана.

— Забавно, правда? А Джарл? Сколько прошло времени, прежде чем ты избавилась от него?

Откинувшись на подушки, она раздраженно поморщилась. Потом пожала плечами:

— Около трехсот лет. Мне нужно было многому у него научиться. Он начал бояться меня, потому что моя сила росла и крепла. Я чувствовала его страх. Джарл сам убил бы меня, если бы я его не опередила.

— Тебя звали Лилией.

— Да — жалкого человека, которым я когда-то была. Он назвал меня Лилит, когда я восстала из мертвых. — Она намотала на палец локон золотистых волос, пристально глядя на Киана. — Тешишь себя глупой надеждой, что, узнав, как все начиналось, сможешь увидеть мой конец?

Отбросив простыни, она встала и, обнаженная, подошла к серебряному кувшину.

Когда Лилит наливала кровь в чашу, руки ее дрожали.

— Давай начистоту, — предложил Киан. — Ведь нас тут только двое. Кстати, странно, что ты не спишь с Лорой, с мальчишкой или с другим избранником на сегодняшнюю ночь.

— Даже мне иногда нужно побыть одной.

—Хорошо. Итак, будем откровенны. Ты испытываешь волнение и некоторую растерянность, снова став человеком, — хотя бы во сне. Увидев, как все начиналось, словно это было вчера. Вновь почувствовав себя земной женщиной или, по крайней мере, вспомнив об этом.

Словно только что вспомнив о своей наготе, Лилит накинула халат.

— Я не прочь снова стать человеком.

Киан удивленно приподнял брови.

— Ты? Теперь мой черед удивляться.

— Чтобы снова пережить смерть и возрождение. Это такое восхитительное, потрясающе чувство. Я согласна стать слабой и слепой, чтобы снова получить этот дар.

— Конечно. Ты по-прежнему предсказуема. — Киан встал. — Послушай меня. Если ты и твой чародей еще раз проникнете в мои сны, я отплачу той же монетой, но втройне. Не жди от меня покоя.

Киан растворился в воздухе, но пока еще не вернулся в свое тело. Разум Мойры и воля Гленны тянули его назад, но он медлил.

Ему хотелось знать, что будет делать Лилит.

Она швырнула в стену чашу с остатками крови. Расколотила шкатулку и начала молотить кулаками по стенам, пока не разбила пальцы в кровь.

Потом позвала охрану.

—Приведите ко мне этого никчемного чародея. В цепях. Приведите его... Нет, подождите. — Она отвернулась, явно пытаясь взять себя в руки. — Я убью его, если он попадется мне на глаза, но будет ли от этого польза? Приведите мне кого-нибудь — я хочу есть.

Помедлив, Лилит резко обернулась.

—Мужчину. Молодого. Лет двадцати. Блондина, если такой у нас есть. Быстро!

Оставшись одна, Лилит потерла виски.

—Я еще раз убью его, — прошептала она. — Мне станет лучше. Назову его Кирио и еще раз убью.

Лилит схватила стоявшее на комоде драгоценное зеркало. Собственное лицо напомнило ей, по какой еще причине не стоит убивать Мидира. Чародей преподнес ей этот подарок.

—Вот я, — тихо произнесла королева вампиров. — Такая красивая. Луна бледнеет и исчезает с небосклона. Да, да, да. А я здесь. И всегда буду здесь. Остальные — всего лишь призраки. А я здесь.

Лилит взяла гребень и начала расчесывать свои великолепные волосы, тихонько напевая. В ее глазах стояли слезы.

—Выпей это. — Гленна поднесла стакан к губам Киана, однако он его оттолкнул.

— Со мной все в порядке. Я не собираюсь ни пить виски, ни падать в обморок.

— Ты бледен.

Губы Киана дрогнули.

—Как и все вампиры. Ладно. Отличная получилась прогулка.

Поскольку Киан отказался от виски, Гленна сама сделала глоток, а потом передала стакан Мойре.

—Она нас не почувствовала. — Ведьма повернулась к Мойре. — Приятно думать, что все дело в моей защите, но, скорее всего, Лилит просто была слишком увлечена.

— Она была так молода. — Мойра села. — Так хороша собой и так сильно влюблена в того никчемного мужчину. Я не знаю языка, на котором они разговаривали. Каким-то образом я все понимала, хотя язык мне незнаком.

— Это греческий. Лилит была жрицей какой-то богини. Девственность была обязательным условием для служительниц этого культа. — Киану хотелось крови, но пришлось довольствоваться водой. — И не стоит ее жалеть. Она была готова к тому, что случилось.

— Как и ты? — парировала Мойра. — Только не делай вид, что абсолютно равнодушен к ней. Я чувствовала твою жалость. Она так страдала. А через несколько минут ее изнасиловал и убил демон. Я могу презирать Лилит и одновременно жалеть Лилию.