Последний хит сезона - Ирина Комарова

— Почему вы считаете, что именно она украла карточку? — Я почувствовала себя обязанной заступиться за Надежду. — Сколько времени она у вас была? Полчаса? Час? Как она вообще могла в ваш бумажник залезть?

— Да больше чем достаточно у нее времени было! И карманы мои обшарить, и кредитку увести! Портмоне у меня всегда в пиджаке, а пиджак на стуле висит весь день, у меня в офисе тепло, и я в рубашке хожу!

Я машинально кивнула. Действительно, в офисе было тепло, и Солодцев разгуливал в рубашке, без пиджака.

— Но вы же не оставляли ее одну в кабинете?

— В том-то и дело, что оставлял! Два раза выходил по делам. На пять минут всего, но Надьке и одной минуты хватило бы, она прекрасно знает, где карточку искать!

— А код? — вспомнил Гошка. — Она ПИН-код вашей кредитки знает?

— Его и знать не надо! Он у меня на банковской визитке записан, вместе с телефонами.

— И визитка тоже в портмоне лежит? — опешил напарник.

— Конечно, рядом с карточкой. А что такого? Ну не держатся цифры у меня в голове, ну что теперь?

Гоша только руками развел:

— Действительно, теперь уже ничего.

— И все-таки почему обязательно Надежда? — снова вступила я. — Зачем ей с вами отношения портить? То есть я понимаю, конечно, пятьсот тысяч — деньги серьезные, но она должна понимать, что, обворовав вас, больше потеряет. Вы ведь с ней уже договорились по-хорошему, обещали ей…

— Да потому, что она жадная идиотка! И мозгов у нее нет, и ничего она не соображает!

— Все равно, карточку мог взять кто-то другой. Та же Светлана, например, или Наташа. Оснований у них не меньше, а отступные им никто не обещал.

— Ты из меня дурака не делай! Я говорю, что это Надька, больше некому! Тем более она сбежала — значит, и вину свою признала.

— А вы уверены, что она сбежала?

— Так ее же нет нигде! Вот найдите ее и сами убедитесь, что она сбежала!

— Кхм, — кашлянул Баринов. — То есть вы хотите, чтобы мы нашли вашу супругу…

— Об этом я вам уже и толкую целый час! Найдите Надьку и отберите у нее мою кредитку… хотя на кой черт она мне теперь нужна? Просто найдите Надьку! Тем более вы должны чувствовать свою моральную ответственность!

— Моральную ответственность?

— Конечно! Если бы вы мне не посоветовали с Надькой помириться, она бы не явилась ко мне в офис, значит, и карточку бы не увела. Конечно, вы несете моральную ответственность!

— Пожалуй, в чем-то вы правы. — Баринов неожиданно улыбнулся. — Но я предлагаю вам такой вариант: мы ищем вора, а если этим вором окажется ваша супруга, то мы признаем свою ответственность и счет вам выставлять не будем.

— Это почему еще? — возмутился Солодцев. — Или вы думаете, мне денег жалко? Я Надьку хочу прищучить, она же совсем страх потеряла! И она мне не жена, она бывшая жена, наш развод дело месяца, максимум — двух! Да я вам вдвое заплачу, если докажете, что Надька воровка!

— Хорошо, хорошо, вопрос с оплатой мы, я думаю, решим. А сейчас передайте Нине, пожалуйста, телефоны и адреса всех известных вам людей, к которым может обратиться за помощью ваша будущая бывшая жена. Родственники, подруги, однокурсники, школьные друзья…

— Да я их всех объехал уже!

— Тем не менее нам надо с чего-то начинать. Еще номер ее машины. Список магазинов, которые она предпочитает. В общем, Нина вам объяснит, что еще может понадобиться.

Пока Солодцев делился с Ниной сведениями, постоянно отвлекаясь на изложение своего мнения о Надежде, я спросила у шефа:

— Александр Сергеевич, а с чего вдруг мы решили заняться благотворительностью? Почему это, если карточку действительно Солодцева украла, мы должны ее бесплатно искать?

— Вот! — обрадовался Гошка. — Все время про меня говорила, что я меркантильный! А я, обратите внимание, ничего такого не спрашиваю!

— Так ты же знаешь, что я отвечу, — меланхолично ответил Баринов. — Если карточку взяла жена, то действительно, наша моральная ответственность присутствует. Но тогда это работа небольшая, несложная, можно и без дополнительной оплаты сделать. Ты согласна?

— С тем, что работа несложная? Пожалуй, да. Вряд ли у мадам Солодцевой хватит хитрости спрятаться так, что мы ее не сумеем найти.

В кабинет вошла Ниночка и отсалютовала:

— Все списки есть, телефоны, адреса — все, что Солодцев сумел вспомнить.

— А сам он?..

— Я отправила его домой. Пообещала держать в курсе.

— Спасибо. По поводу денег с карточки что-нибудь сейчас уже можешь сказать?

— Сейчас — ничего. Это же банковские операции, и быстро выяснить, куда денежки утекли, не получится. Если только завтра, часам к одиннадцати.

— А пораньше?

— Ну, если повезет, то к десяти.

— Хорошо. Гоша, ты завтра прямо из дома отправляйся искать жену Солодцева. Рита, постарайся с текстом интервью побыстрее закончить, чтобы можно было позвонить Мурашову. Вопросов нет? Значит, по домам!

— Разбегаемся быстро, пока еще кто-нибудь не явился, — скомандовал Гошка. — Ритка, ты готова?

— Готова. — Я схватила сумку.

Оказывается, это большая удача, что я осталась без машины. Мне давно, очень давно, с самого утра, хотелось поговорить с Гошкой, но тема разговора — что у них произошло с Витькой Кирилловым и не касается ли это каким-то образом меня — была слишком деликатной, чтобы вести его в присутствии третьих лиц. Пусть даже этими третьими лицами являются Ниночка и Александр Сергеевич. Нет, я хотела поговорить с Гошкой наедине, и совместная поездка в машине для этого прекрасно подходила.

Увы, похоже, сегодня был не мой день.

— Гоша, и меня захвати, пожалуйста, — попросила Нина, доставая из холодильника объемистый пакет. — Мы Риту высадим, а потом ты меня еще пару кварталов провезешь, ладно? У меня там тетя старенькая живет, а я сегодня — Красная Шапочка. Несу ей пирожок и горшочек масла.

— Нет проблем, Красная Шапочка, — ухмыльнулся Гошка. — Не отправлять же тебя в густой лес, волкам на съедение!

Ладно, сегодня поговорить не получится, значит, подождем до утра. Гошка ведь обещал заехать за мной, так? Вот по дороге на работу я все и выспрошу.

К сожалению, мои надежды на утро тоже не оправдались. Я вообще-то сова: по утрам довольно медлительна и соображаю не слишком хорошо. Тем более вчера я допоздна сидела, выстраивая на основе диктофонной записи классическое, как учил меня Старостин, интервью.

А напарник мой — ярко выраженный жаворонок. Когда я, мрачно зевая, загрузилась в машину, он уже фонтанировал идеями, как нам склонить Мурашова к сотрудничеству. Пока мы обсуждали его предложения, я немного оживилась, и надо сказать, для работы наш разговор был очень полезен. Вот только интересующие меня вопросы я задать не успела.